Танк выкатился на середину площади и заглох. Люк механика откинулся, и наружу показался доктор Ланцугва. Казалось, вопить сильнее уже невозможно, но народ все-таки еще наддал, словно на бейсбоксном матче охотников против фермеров. Эмиль сделал вольным колонистам ручкой и вылез на гусеницу, а курскодугичане с опаской стали приближаться к металлическому чудовищу — всем хотелось потрогать его за слонопотамий хобот или сфотографироваться рядом на вечную память.
Когда все снова разбрелись по рабочим местам, мастера тайком заволокли тяжелую машину лебедками обратно в ангар — не хотела больше заводиться, зараза. Впрочем, это уже было и неважно. Тут как в науке — если эффект достигнут, хотя бы и кратковременный, можно вертеть новую дырку на погонах: раз получилось однажды, значит, получится и еще раз, если вложить в исследования дополнительные средства.
Вот только у нас уже не было ни времени, ни дополнительных средств на эксперименты.
Тем не менее нашим механикам удалось обуздать капризную технику. Через пару дней бегало уже с десяток железных машин, а один «Леопард» даже добрался своим ходом до леса. Волонтеров понемногу начали пересаживать за рычаги настоящих танков: симуляторы, конечно, вещь прекрасная, однако к реальной технике тоже привыкать надо. Когда еще через сутки танковое звено под командованием Гаса Ганшпуга вразнобой промчалось до кромки леса и вломилось в него, сокрушив стальными бортами несколько вампиробабов и разогнав всякую лесную живность, а потом нестройным орудийным залпом превратило в пыль ультраелочную рощу на опушке, стало окончательно ясно: поселок Единственный — крепкий орешек и просто так на милость имперцев не сдастся.
Была еще, правда, дополнительная сложность: каждым танком в древности управлял экипаж от трех до пяти человек. Слишком много функций приходилось осуществлять танкистам, чтобы с такими громоздкими и тупыми машинами сумел управиться один боец, даже тренированный. В общем, чтобы полностью укомплектовать экипажи нашей железной армады, потребовалось бы, наверное, усадить в самоходные гробы все население колонии, включая стариков и грудных детей, и еще остались бы вакансии. Но доктор Ланцугва у нас умный, зараза, и живо придумал, как обойтись минимумом народу. Вместо людей он разместил в танках рабочих биоморфов, в первую очередь обезьянок-официантов старика Хаджикоюмджиева, а также других приматоидов, собранных со всего поселка — охотничьих и домашнюю прислугу. Для управления танками их слабого интеллекта, конечно, не доставало, но приматоиды вполне способны оказались оперативно выполнять приказы командира танка — прицелиться, там, или перезарядить орудие, так что после интенсивных тренировок на один экипаж вполне хватало одного человека. Близняшки Летерье даже пожертвовали на общее дело своих смышленых домашних горничных, так что облагодетельствованный Родриго Тапиока показывал в учебных боях самые лучшие результаты.
Танки ревели у нас под окнами день и ночь, непрерывно наматывая тренировочные километры. Все были при деле, и в рабочем азарте даже думать забыли о том, чем вызван такой ажиотаж, когда внезапно пришло срочное сообщение от диспетчера Диаманди: зафиксированы обширные пространственные всплески на внешней орбите Фогга. Давно в пределы нашей системы не вторгался такой флот, и сразу стало ясно: началось.
Следующие сорок минут мы наблюдали красивейшее в Галактике явление, которое было видно отовсюду. На Курскую Дугу падали ослепительные звезды, расчерчивая пространство желтыми и синими полосами. Это десантировалась наша смерть. Имперские корабли сразу уничтожили пять старых оборонных спутников Курской Дуги, неплохо зарекомендовавших себя против пиратов, и теперь легионеры беспрепятственно высаживались на лугу за участком дяди Стракаша — другой противовоздушной защиты у нас не было.
Доктор Ланцугва немедленно объявил общий сбор. Танкисты быстро заняли свои места и двинулись к месту построения, а все остальные сгрудились на холме за поселком — наблюдать за битвой. Тут нас всех, наверное, и можно было бы накрыть одним тетроидным залпом, но никто из колонистов об этом не думал, конечно. Да и имперцам нужна была красивая 4D-картинка кошмарных бедствий и разрушений, а не выжженный холм.