– Есть! – козырнул я. – Разрешите идти?
– Семенов, приказ напиши! – Дождавшись, когда писарь закончит, его подписал сначала командир дивизиона, затем и полковник, и приказ лег мне в руки. – Пойдем, я бойца дам, – кивнул полковник, и я, козырнув еще раз, развернулся к двери.
– Воюй, как и раньше, лейтенант, – услышал я за спиной и козырнул не оборачиваясь.
– Все понял? – спросил меня на улице полковник.
– Все, – коротко ответил я.
– Я не обращаю внимания на личные оскорбления, не девушка, чай, – продолжил начштаба, – но ты понял, почему я дал приказ на арест?
– Понял, товарищ командир, – вновь кивнул я, – из-за моего отказа выполнять приказ.
– Именно, лейтенант. Именно так. Ты просто представь себе, что твой приказ обсуждают подчиненные и не идут его выполнять. Ты ведь так же посылаешь людей на смерть, так?
– Да.
– А вот пошлет тебя разведчик-наблюдатель или радист не побежит восстанавливать связь, что тогда?
– Попытаюсь выяснить причину и решу…
– Мы на войне, сынок, – по-отечески положил мне руку на плечо командир, рост у него тоже немалый, лапа тяжелая, – здесь нет времени что-то выяснять и церемониться. Любое промедление смерти подобно. Если бы в то время, пока ты тут права качал, немцы прорвали бы нашу линию обороны? Именно в том месте, где должен был быть ты. Если бы это случилось, тебя бы просто расстреляли, никто не стал бы ничего выяснять. Я знаю, что тебе было тяжело и ты только что потерял боевых товарищей, но нет времени, помни. Любые выяснения личных дел после победы, если доживем. Можешь мне в морду дать, если будешь считать нужным, но после победы. Ты меня понял, сынок?
И я, то есть мой гонор кончился. Первый раз со мной говорили с таким теплом и так честно.
– Я все понял, товарищ полковник, извините меня, больше такого не повторится, клянусь, – и я вскинул руку к пилотке.
– Воюй, Некрасов, хорошо воюй, я верю тебе, ты отличный комбат. А о моих штанах, протертых, как ты говорил, в штабе, не волнуйся. У меня третья война, в штабе я только полгода, и дырок у меня на шкуре также хватает. Вот так-то. Грицко!
– Я тут, товарищ командир! – появился посыльный.
– Отведешь лейтенанта Некрасова на вторую батарею, быстро. Сам назад, тут есть и другие дела. Счастливо, лейтенант!
– Спасибо, товарищ полковник! – козырнул я уже в который раз. – Разрешите один вопрос?
– Ну, чего там у тебя?
– А где мой сержант, командир разведчиков-наблюдателей? Вы не в курсе?
– Да на той же батарее, куда тебя и назначили. Там командир погиб вместе с разведкой и радистами. Все с точностью до наоборот, чем у тебя. Найдешь его там.
Добежали мы быстро, посыльный показал мне расположение издали, но батарею было видно, хреново это. Чистое ровное место, даже следов маскировки нет, орудия стоят открыто. В штабе мне выдали приказ о назначении, а кому его предъявить, если я тут как бы старший?
– Здорово, бойцы, – появился я между двух орудий. Подходя, разглядел у одного петлицы старшего сержанта, вот и шел прямо к нему.
– Здравия желаем, товарищ лейтенант. – Все выпрямились и козырнули.
– Я ваш новый командир батареи, лейтенант Некрасов. Любить не заставляю, а вот жаловать необходимо, – улыбаюсь я. Ребята серьезные, почти не улыбнулись. Надо немного смягчить обстановку, перед тем как я начну их песочить за такую установку орудий.
– Так, ребята. Говорю сразу, требовать буду серьезно, без обид, моя батарея погибла именно от того, что мой заместитель не уделил внимания маскировке. Первый вопрос, почему стоите открыто?
– Разрешите, товарищ командир? – приложил руку к виску сержант.
– Докладывайте.
– Старший сержант Буркевич, заместитель командира батареи…
– Не нужно, товарищ сержант, мы не на плацу. Да и знаю я, какой мы полк, дивизия и армия. Я ж с соседней батареи.
– Разрешите ваш приказ? – не отнимал руку от пилотки сержант. Блин, сказал про строгость, теперь и он так будет ко мне относиться.
– Пожалуйста, – кивнул я и передал бумагу сержанту. Тот быстро пробежал короткий текст и выдохнул.
– Выполняем приказ командира дивизиона, велено сменить позицию.
– Сержант, но останавливаться в таком месте…
– Виноват, товарищ командир, но бойцы устали… – повесил голову мой новый зам.
– Почему вручную ворочаете, где ваши машины? Или лошади, на худой конец.
– Если честно, не знаю, товарищ лейтенант. Я посылал бойца в тыл, но он вернулся и сообщил, что машин нет. Тащили вручную…