– Эт-то чего? – охренел лейтенант Светлов.
– Товарищ сержант, потрудитесь объяснить, – кивнул я, прекрасно поняв, что передо мной. А точнее, кто.
– При проведении разведки был обнаружен немецкий пост. Точнее точка корректировщиков. Принял решение о захвате, один немец убит, второй перед вами. Забрали все их пожитки…
– Только хотел спросить, – перебил я его. – Подчистил?
– А то как же! – важно заметил Вадик.
– Иван, они чего, у фрицев наблюдателя выкрали? – Только сейчас до лейтехи дошло, что вообще происходит.
– Поясни нормально, – киваю я.
– Ну да, – кивнул в ответ Светлову Вадим. – Они там вообще мышей не ловят, этот курил на посту, а второй, извините, товарищи лейтенанты, облегчался рядом. Мы его и увидели, точнее услышали. Сидит, кряхтит. Поглядели по сторонам, никого рядом, за стеной этот курит. Ну мы и… Прыгнули к этому, думали, он самый опасный, оказалось, что засранец с пистолетом сидел, но ничего, скрутили. В общем, рацию я нашим связистам отдал, а этого к вам. Второго кончили и оттащили подальше, к нейтралке. Товарищ лейтенант, – это уже ко мне, – вы ведь по-ихнему балакаете, спрашивайте. Он всю дорогу причитал про какие-то киндеры-шминдеры, ни хрена не поняли, но видно, что боится, поэтому все расскажет.
– Эх ты, сержант, – вздохнул я, – он тебе о детях говорил, видимо, просил не убивать. Вы засранца при нем грохнули?
– Ага, пусть видит, что его ждет.
– Ну вот, он и увидел, – я перевел взгляд на немца. Унтер-офицер, кстати, не рядовой. Тот сидел на земле и смотрел исподлобья на нас. Гадает, по лицу видно, что с ним будет. – Имя, звание, номер части, – четко проговорил я.
– Унтер-офицер Пенске, господин офицер, семьсот пятый артиллерийский полк…
– Коллега, значит, так-так. Расположение на карте указать сможете?
Я разговаривал с немцем подчеркнуто вежливо, хотя при моем внешнем виде это было затруднительно. Фашист весь жался, мялся, но все же, хоть и трясущимися руками, но сделал пометки на моей карте. Только взглянув на нее, я крякнул от удивления.
– Однако…
– Чего там, лейтенант? – спросил стоявший рядом Светлов.
– Да хреново, Серега, если этот хлыщ не врет, то тяжко нам будет. Слишком уж больших стволов много, раскиданы по округе веером, достать могут кого угодно. Связь у них хорошо налажена, могут в любой момент с любой точки стрелять, под любыми углами. – Почесав затылок, я продолжил допрос: – Унтер-офицер, где располагаются танковые части, какие и сколько?
– Могу указать только те части, что расположены на участке моего полка, господин офицер. Завтра наступление, командование требует усилить нажим, говорят, что ваших сил здесь мало… Извините, но я штабной офицер, это не моя компетенция… – фриц говорил уже более спокойно, видимо, осознал, что ценен для нас, раз мы его до сих пор не съели. Им же твердят это повсеместно.
– Укажите, и мы отправим вас в наш тыл, война для вас закончилась, поверьте, вы еще будете мне благодарны.
– Конечно, конечно. – Унтер схватил карандаш и быстро начал делать пометки, да подробные какие, молодец, заслужил себе жизнь хотя бы до завтра. – Вы можете гарантировать мне жизнь, господин офицер?
– Я могу лишь гарантировать, что доставлю вас своему командованию, думаю, им также не будет смысла вас расстреливать, вы – военнопленный.
Фриц вновь поник, повесив голову на грудь, лишь перед тем, как Вадик его вывел из подвала, окликнул меня, попросив сигарету. Я перевел вопрос, глядя на Никоненко. Взгляд мой был красноречив. Знаю, что у бойцов всегда проблема с куревом, поэтому предположил, что Вадик стырил сигареты фрица. Я не промахнулся. Долго хлопая себя по карманам, Вадим все же выудил из одного мятую пачку и передал ее фашисту. Унтер жадно схватил курево и попытался достать вонючую палочку, но трясущимися руками сделать это было трудно.
– Сержант, да достань ты ему эту злосчастную папиросу, – захохотал лейтенант Светлов, – может, хоть трястись перестанет.
Фрица увели. Я приказал Вадику лично доставить того в штаб полка и возвращаться сюда. Склонившись над картой, мы, два лейтехи, как какие-нибудь генералы пытались сообразить, что делать.
– Ты понимаешь, если они сегодня ударят вот отсюда, – Сергей указал точку на северо-западе города, – нам хана? Даже с учетом помощи других частей, что рядом еще держатся, нам не выстоять.
– Не суетись, Вадик же сказал, что их немного.
То, что указал фриц, меня обнадеживало. Дело в том, что хоть и много артиллерии у врага, но она вся расположена в доступности для поражения нашими стволами. Причем стоит для этого очень удобно. Вся ствольная артиллерия крупного калибра стоит за городом чуть не в чистом поле. Это было очень хорошо, главное, как-то подобраться поближе.