– И через полчаса артиллерии у тебя не станет, так же как и танков. Хочешь? – спросил я, в свою очередь удивляясь дурацкому предложению старлея.
– Не-не, тогда совсем плохо будет.
Говорили мы долго, никто не беспокоил. К вечеру пришел приказ явиться в штаб полка. Потопали вместе. Вызвали не просто так. Как я и говорил, танки пришли именно в этот полк. Командиры ставили нам задачу сковырнуть фрицев на противоположном берегу и создать плацдарм. Что-то это все мне напоминало…
Батальон растянут на огромное расстояние, наступать так – самоубийство. Так и сказал старлею, когда мы вернулись к нему на НП.
– Ты думаешь, я дурак, что ли? – усмехнулся старлей. – Ночью соберем кулак чуть левее НП, там самое узкое место на реке, плоты готовы, только притащить.
– А не ударят ли немцы во фланг?
– Могут, – кивнул старлей, – на стыке нажмут – и амба. Поэтому смотри сюда, – старлей стал вдруг серьезным и наклонился над картой.
Ночью была движуха, грохоту-у… Фрицы не дураки, наблюдатели, скорее всего, сидят, начали запускать свои «люстры». Еще бы, когда за окопами батальона взревели танковые дизеля, да грохочущие гуслями «тридцатьчетверки» двинулись к реке, не услышал бы, наверное, только глухой. А когда увидел количество коробочек, вообще чуть не прослезился. Точняк старлей говорил, второстепенное! Да тут не то что второстепенное, а вообще обычный отвлекающий маневр. Тупо разменная монета. Как же боялся именно такого, кто бы знал. Помните отличный советский фильм «Батальоны просят огня»? Во-во, один-в-один! Интересно, мне так же запретят поддерживать батальон, как и в кино? Заставят передвинуть пушки в другое место? Хотя тогда зачем тут я? Ведь без командира батарею не тронут… Значит, все же не как в кино, хоть это хлеб.
Танков было двенадцать, а у фрицев, по данным старлея Никанорова, около тридцати. Что ж, поможем, если сможем. А это значит, что топать мне прямо на тот бережок, вместе с пехтурой, а как иначе?
– Ну что, родимые, задайте немцам жару, – напутствовал старлей, когда пришел приказ на артподготовку. Как оказалось, наступал весь полк. Правда, у нас артиллерии всего две батареи, но и это хлеб. Стреляли пятнадцать минут, согласно приказу. Еще летели последние снаряды, когда к реке пошли танки, а за ними пехтура тащила плоты. Река небольшая, метров тридцать, но и эта преграда опасна.
– Старлей, танкисты помочь просят, немцы танками ударили во фланг слева! – прокричал в трубку Никаноров. Он уже на том берегу. Мне он сам посоветовал пока не переправляться, тут до фрицев всего ничего, уговорил.
– Сейчас к вам выхожу! – бросил я и хотел отдать трубку радисту, но услышал в ответ:
– Давай я скорректирую, я ж уже работал с батареей!
– А если я по своим положу? Сдурел? – бросил я в этот раз трубку и бегом рванул из землянки. Черт, ведь хотел же сразу идти, чего послушался старлея? Просто пока там пехота и танки воюют, наш огонь не требуется, вот и решил, что пока повременю, а теперь как бы поздно не стало.
Реку я пересекал на лодке, опасности не было, первый эшелон у немцев сбили легко, бои идут сейчас в отдалении, в километре отсюда, можно не беспокоиться. Дальше с разведкой и связистами бежали буквально галопом. Сразу забирал левее, туда, откуда, по данным от комбата, ударили немецкие танки. И не прогадал. Уже в трех сотнях метров, может, чуть дальше, шел бой. Выбравшись на небольшой пригорок, я отчетливо увидел танки с крестами.
– Первому, влево десять-ноль, прицел шесть-ноль, один снаряд… – ору связисту, тот дублирует команду.
– Выстрел! – кричит через минуту связист. Разрыв вижу, но также вижу, что совсем не туда выстрелил.
– Вправо три-ноль, прицел пять-пять, один снаряд! – Попробую «вилку».
– Выстрел!
О, точно, как и думал. Еще чуток вправо взять, танки-то двигаются, хоть и медленно, и метров на триста дальше. Командую и фиксирую результат. Вновь кричу команду на открытие огня всей батарее. И началось. Ах, как же я соскучился-то! Уже после третьего залпа всей батареей танки противника начали пятиться. Я не зря говорил, что успел вовремя. Наши танкисты неплохо укрылись, пользуясь складками местности. Поэтому немцы и не смогли их просто сжечь, бой шел позиционный, с той и с другой стороны были подбитые коробочки, но немного. А вот теперь, когда фрицам поплохело от наших стволов, танкисты Красной Армии решили рвануть вперед. Зря они, конечно, но, наверное, им виднее. Угроза с фланга остается, а рывком вперед они провоцируют фрицев подрезать их под корень. Эх, надеюсь, не хватит у врага сил на это.