— Вставайте. Я все вам объясню. Мне нужна ваша помощь.
Старик натянул старый потертый комбинезон.
— Солнце еще не взошло, — его сухие губы едва шевелились.
— Неважно, — сказал Алган. — У меня нет времени ждать.
— Что вы собираетесь делать? — спросил старик.
— Я долго размышлял над вашими словами. Мне нужен зотл. У вас он есть?
— Нет. Откуда?
— Кто на этой планете может иметь зотл?
— Не знаю. Здесь зотл не произрастает.
Старик толкнул дверь, и Они вышли из лачуги. Ночной свет волшебно преобразил грязный двор. Джунгли вокруг казались столбами пламени, а дом — холодным костром. Над ним в пурпуре ночи ледовым монолитом высилась громада космопорта.
— Погодите, — сказал старик. — Зотл наверняка есть у коменданта порта. Только не знаю, как вы сможете убедить этого человека дать вам его. Чем будете платить? Во всяком случае, скажите, что пришли от меня.
— Непременно, — пробормотал Жерг Алган. — Я сейчас же иду к нему.
— Еще очень рано. Подождите немного.
— Космопорт не ведает покоя ни днем ни ночью, — возразил Алган. — Я слишком долго ждал. Комендант должен запомнить мое посещение. Прощайте.
— Удачи вам, — пожелал старик, но голос его был полон сомнения. Он долго смотрел вслед Алгану, который, поправив рюкзак на спине, двинулся вверх по крутой тропинке, единственной улочке поселка, петлявшей среди жалких строений. Затем зевнул и отправился спать.
— Вы не войдете,— сказал часовой.— В такой поздний час. Кроме того, вы — чужестранец.
Он походил на каменную статую в мундире из мягкого металла. Его пальцы лежали на клавишах контрольного пюпитра — он мог разбудить вокруг ворот адское пламя. Глаза его сверкали как полированный кремний. Каска блистала отблесками благородного металла. Он был бессмертен и неуязвим в своем бесстрастном упрямстве. Он представлял Бетельгейзе и знал, его решимость подкреплена могуществом всей Галактики.
— Я — свободный гражданин Галактики,— громко сказал Алган.— Я имею право войти в космопорт днем и ночью.
— В принципе, да,— ледяным тоном возразил часовой.— Но ночью люди обычно спят. Спать следует и вам. Поговорите с комендантом завтра.
— Обращаюсь к его полномочиям,— заявил Алган.— У вас нет права по собственной инициативе запрещать вход в порт.
— Вижу, вы знаете право,— усмехнулся часовой.— Докажите, что вы свободный гражданин Галактики, и я вас пущу.
— Я — человек, и этого вполне достаточно.
Часовой покачал головой.
— Вы чужестранец. Откуда вы явились? Вы не туземец.— Его голос снисходительно протянул слово «туземец».— И вы не покидали космопорт. В этой дыре визитеров мало. Я бы приметил вас.
— Не имеет значения,— сказал Алган.— Быть может, меня высадил в какой-то точке планеты инспекционный корабль Бетельгейзе? На ваших экранах случайно не появлялся некий корабль?
Тон часового мгновенно изменился.
— Быть может. Быть может. Но даже на этот случай у меня есть строгий приказ. Меня накажут, если я нарушу его.
— Не думаю, что комендант накажет вас, если вы пропустите меня. В противном случае, я ни за что не могу ручаться.
Часовой снова вгляделся в Алгана. Мятая и грязная одежда, небритая борода, усталость на лице доверия не внушали.
— Я пришел от имени Ногаро,— внезапно произнес Алган.
— Ногаро? Откуда вам известно это имя?
В голосе часового зазвучали повелительные нотки.
— Он послал меня. Вот и все.
— Ногаро,— мечтательно протянул часовой.— Я считал, что он умер. Ладно, я вам верю. Но позвоню коменданту, и он сам решит принимать вас или ждать утра. Я умываю руки.
Он нажал клавишу, и высокие бронзовые врата с названием планеты Глания, распахнулись и пропустили чужестранца, который в одиночестве двинулся по пустынной эспланаде порта, направляясь к светящейся башне.
Комендант умышленно повернулся спиной к Алгану. Восходящее солнце высвечивало черные контуры антенн, казавшихся на фоне пурпурного неба ветвями странных геометрически правильных деревьев.
Комендант был невысок и темноволос. С годами он немного располнел, что несомненно испортило его характер. Он с тоской взирал на пустой порт и пустое небо в тщетной надежде разглядеть корабль с посланцем Бетельгейзе на борту.
Время на Глании нередко тянулось слишком долго.
— Вы по делу? — недовольно спросил комендант. — Валяйте. Я вас слушаю.
— Вас даже не интересует, кто я? — удивился Алган.