У неё перехватило дыхание.
— Ронин, что ты только что сказал?
— Высший Бог Смерти и Проклятий не заберёт нашего ребёнка, — произнёс он с мрачной решимостью. — Ты не покинешь этот остров, чтобы защитить меня. И я не собираюсь умирать в ближайшее время.
В его решимости — свирепой страсти и тщетной уверенности, кристаллизовавшихся в глубине его глаз, когда они пронзили её насквозь, — было что-то, что заставило её содрогнуться. Грозная сила, бросающая вызов любому, кто осмелится противостоять ему. В этом он напомнил ей Финниана, внушая ей одновременно благоговение и ужас перед последствиями.
Пока она ломала голову, как снять проклятие, он делал то же самое. Но, в отличие от неё, он нашёл решение.
— Ты собираешься использовать кровь нашего ребёнка, чтобы убить его, когда он придёт забрать его. — Найя выпрямилась в кресле, пульс бешено колотился. — Он Высший Бог, Ронин. Мы не ровня ему. Я сниму проклятие. Позволь мне найти способ. Пожалуйста?
В конечном счете, его план приведёт лишь к его гибели. Кассиан не проявит милосердия к смертному, который пошёл против него, а уж тем более нарушил правила его проклятия.
Ронин достал из кармана маленький стеклянный флакон и откупорил крышку. Он осушил содержимое одним глотком, выдернул иглу из руки и встал.
Найя бросилась к банке с его кровью, прежде чем он успел её схватить.
— Что ты творишь? — проворчал он, хмуро глядя на неё. — Отдай банку, Найя.
Она прижала сосуд с кровью к груди, словно непокорный ребёнок.
— Мы делаем это вместе, — напомнила она ему. — Ты не можешь строить планы без меня.
Он наклонился над ней, опираясь на подлокотники кресла.
— У тебя есть хоть какие-то идеи, как снять это проклятие? — Аромат мяты и гвоздики от его дыхания, оставшийся после зелья, окутал её лицо.
Его тон был искренним, в нём не было ни капли снисходительности, но Найя не могла не воспринять это иначе.
Сквозь зубы она процедила:
— Я найду способ.
— У меня есть вся вера мира в тебя, детка. — Его голос смягчился, пальцы потянулись, чтобы коснуться её щеки. — Но через девять месяцев, если мы не придумаем способ разрушить его, мы сделаем всё по-моему.
Мы означало, что он поможет ей. Вместе.
«Ты не сделаешь этого в одиночку», — сказал он ей несколько дней назад.
В знак капитуляции Найя поставила банку обратно на крыльцо у своих ног. Ярость от его упрямства всё ещё зудела под кожей, и всё же ей нестерпимо хотелось его поцеловать.
Его клятва была признанием в обожании — к ней, к их ребёнку. Обещание любить и стоять рядом с ней, несмотря на все последствия. Это была попытка удержать их блаженный, далекий образ мира после веков скитаний их душ в поисках друг друга. Найя испытывала равные доли цинизма и надежды, веря, что жизнь может быть настолько милосердной.
— Хорошо, — согласилась она.
Он подался вперёд и коснулся губами её губ, вызывая пожар в самой её глубине.
Как удивительно — быть в ярости и одновременно быть безумно влюблённой в кого-то.
Ей хотелось поспорить с ним, выплеснуть часть враждебности, накопившейся за последние дни, пока он отгораживался от неё, но его прикосновение раздуло пламя под её кожей — то самое, в котором она хотела сгореть вместе с ним.
— Ты знаешь, что это сделало со мной? — Его ладонь погладила её щёку, пальцы сомкнулись под челюстью. — Видеть, как ты выходишь за него замуж.
Её руки скользнули по его плечам в волосы, путая пряди между пальцами.
— Я смотрела только на тебя всё это время.
Зрачки Ронина расширились, превращаясь в чёрные дыры, поглотившие насыщенное тепло его радужек.
Он залез в карман, взял её за руку и надел кольцо на безымянный палец.
— Я обещаю тебе: когда всё закончится, мы вернёмся домой с нашим сыном, и я женюсь на тебе перед лицом всего этого чёртова города.
Первым порывом было защититься и не позволить себе мечтать о столь прекрасном будущем, но она отбросила этот рефлекс. Сейчас она позволит себе удержать эту мечту.
Холодный металл кольца на пальце был желанным. В центре сверкал алый камень — такой же, как в её браслете.
— Где ты его взял?
— Это твой браслет, — ответил он. — Ави переделал его в кольцо.
Найя обхватила его лицо ладонями и страстно поцеловала. Слияние душ, где она уже не понимала, где заканчивается она и начинается он.
Она обвила руками его шею, желая большего.
Это принадлежало им.
Он схватил её за талию и поднял. Неуклюже они пробрались в дом и по коридору в его комнату. Ноги Найи упёрлись в каркас кровати, и они рухнули на матрас — он навалился сверху.