Она часто замечала крупную птицу, взлетающую с ветки дерева или сидящую на электрическом столбе. Хоть создание и спешило скрыться, она узнавала тускло-синие перья и зоркий взгляд — то был Алке. Похоже, даже спустя столько времени, мёртвая оболочка птицы всё ещё не покидала Финниана.
Одним из любимых занятий Найи было сидеть в гостиной с Теоном и слушать, затаив дыхание, как Юки, Акане и Ронин говорят на родном языке из кухни. Они переходили на него только втроём, но это напоминало ей об этнических корнях Ронина и о том, что он двуязычен.
Она начинала понимать отдельные слова.
Однажды утром Юки вошла на кухню и ударилась пальцем ноги о стул. «Itai!» — вскрикнула она и, прихрамывая, поплелась к стойке, чтобы опереться. А несколько вечеров назад, ужиная, Акане откусила большой кусок карри и с видом чистого наслаждения произнесла: «Umai!»
Найя хотела узнать всё об их культуре не только ради Ронина, но и чтобы передать это своему ребёнку.
Но выпадет ли им шанс научить его хоть чему-то?
Эта мысль загоняла Найю в болезненный круг раздумий.
Тревога отступала, когда она напоминала себе, что божества — Марина — не могут явиться за ней, пока она носит ребёнка. На данный момент она была по-настоящему свободна, и это заставляло её стремиться сохранять осознанность и жить настоящим в месяцы беременности.
Затем она просыпалась утром, и мысли забредали слишком далеко в будущее. Скоро девять месяцев истекут, словно в глубине сознания остановились невидимые часы. Наслаждаться хоть чем-то становилось всё труднее.
В такие моменты она искала утешения в интернете, изучая культурные традиции семьи Ронина или гримуары Кахале, погружаясь в историю Клана Химура. Теон, развалившись в кресле в углу комнаты, не обращал на неё внимания, листая ленту в телефоне. Изредка она задавала вопросы о прочитанном. Знал ли ты, что в Клан Химура входило сто человек? Знал ли ты, что их предки создали имя Кахале как псевдоним, чтобы скрыть свою личность?
Его ответы сводились к односложным бурчаниям, но он слушал её болтовню. В конце концов он исчезал, чтобы помочь Ави с зельем или подсобить Юки по дому.
Найя никогда не оставалась одна дольше, чем на несколько минут. Ронин неизменно находил её, забившуюся в комнату, что когда-то была мастерской его матери — ныне кабинет Юки, — с ногами, подтянутыми к креслу, книгами на столе, глубоко зарывшись в страницы и нервно постукивая пальцами по бёдрам.
Он подходил со спины, обвивая руками её шею. «Я нашёл рецепт, который может тебя заинтересовать», — задумчиво произносил он. — «Шоколад и фундук».
Они пекли торты, иногда — партию печенья, а в редких случаях пытались приготовить изысканную выпечку. Часто это заканчивалось кулинарным фиаско из-за этапа расстойки теста. После нескольких провальных попыток Найя поняла, как сильно ненавидит дрожжи и их капризный нрав.
После школы Акане учила Найю готовить онигири. Найе нравилось само занятие, работать руками: вкладывать начинку в рис и формировать пальцами треугольник. Это, да ещё рассказы Акане о школьном дне, не давали Найе слишком глубоко уходить в свои мысли.
На пятом месяце почтальон доставил на крыльцо кроватку. Найя втащила гигантскую коробку в детскую. Она стояла в стороне, скрестив руки на груди, выставив бедро и стараясь не сжимать челюсти, наблюдая, как Ронин распаковывает детали.
— Я же сказала: нет, Ронин.
— Детка, это чертовски глупо. — Он выпрямился из полусогнутого положения, волосы падали на глаза, когда он развернулся к ней. — Тут сотня деталей. Инструкция по сборке толщиной с грёбаный гримуар моей матери.
— У нас полно времени. — Она прошла мимо него и набрала в охапку столько прутьев от кроватки, сколько могла удержать. Пакет с шурупами зацепился за одну из деталей и рассыпался по комнате. — Мы сделаем по-моему.
— Это пустая трата времени, когда есть решение проще, — возразил он.
Часть прутьев выскользнула из её рук и ударилась о ковер. Ещё один с грохотом упал ей на ногу, и она прижала язык к нёбу, чтобы не завыть от боли.
— Будет легко! — огрызнулась она, нагибаясь, чтобы подобрать их. — Если бы ты просто перестал жаловаться и помог!
— Ты уже растеряла половину шурупов, необходимых для сборки. — Он указал рукой на перемешанные детали, разбросанные по полу спальни.
Найя прижала детали кроватки крепче к груди.
— Я сама разберусь. Оставь меня.
Рука Ронина поднялась в воздух. Найя сузила глаза.
— Даже не думай об этом.
— Это смешно, Найя. Просто позволь мне собрать её по-моему.
— С помощью магии. Это жульничество.