— Что ты обычно делаешь для развлечения? — спросила она вместо этого, жаждая больше бродить по городу.
— Работаю, — невнятно и без энтузиазма ответил он.
— Это не может быть всем. — Она размешала трубочкой сливки. — Если бы я сейчас не была с тобой, чем бы ты занимался?
Ронин сделал большой глоток кофе. Он вздохнул, когда заметил, что Найя терпеливо ждёт ответа.
— Устроил бы себе выходной от готовки и отправился в любимое место за такояки. Потом поел бы в квартире и убил время на диване за чёрно-белыми фильмами… Пока Ави не начал бы колотить в дверь и не разрушил бы мой мирный вечер.
— Что такое такояки?
— Это горячие жареные шарики, обычно с осьминогом внутри и посыпанные стружкой бонито. — Он на секунду замолчал, похрустывая костяшками свободной руки. — Мама постоянно готовила их, когда я рос. Моё любимое.
Найя взглянула, как его большой палец обхватывает каждый палец, заставляя их хрустеть. То, что он делал только тогда, когда нервничал или был напряжён.
— Звучит вкусно, — сказала она.
— Как-нибудь свожу тебя. — Он посмотрел на неё, произнося эти слова, и если бы она не знала лучше, это прозвучало бы как приглашение на свидание. — Если хочешь.
Лёгкая улыбка тронула её губы.
— С удовольствием. — Она сделала ещё один глоток кофе, а затем поддразнила: — Ты должен быть благодарен мне. Я разорвала ужасный цикл твоей рутины.
Ронин закатил глаза, усмехаясь.
— Я могу быть интересным, когда захочу…
Раздался цепляющий ухо звук.
Они остановились посреди тротуара перед оккультной лавкой, Ронин вытащил телефон из кармана и приложил к уху.
— Чего?
Он слегка повернулся, лицом к улице. Найя дала ему минутку уединения и уставилась на витрину лавки. Бесплатное гадание на картах Таро! Она понятия не имела, что это значит, но мерцающее пламя свечей привлекло её взгляд через тонированное стекло.
Над её отражением нависли густые тени, колыхаясь. Дыхание перехватило. Марина.
Мышцы напряглись, и она резко обернулась.
— Эй. — Ронин был прямо за её спиной, убирая телефон, брови нахмурены. — Ты в порядке?
Пульс колотился в ушах, пока она искала что-то над головой Ронина. Там не было ничего, кроме последних бликов угасающего заката на зданиях центра города.
Глаза Ронина метались по её лицу, ища ответ, который она не давала.
— Д-да, я в порядке, — выдавила она, выдохнув. — Думаю, нам стоит вернуться в твою квартиру.
Он покачал головой.
— Почему?
— Потому что. Там безопаснее.
Ронин изучал её ещё мгновение, его проницательный взгляд пронзал броню, за которой она пряталась.
— Чего ты боишься?
— Ты сказал, что не будешь задавать вопросов. — Найя отвела взгляд к тающей кашице в стакане и прижала язык к нёбу, отказываясь отвечать.
— Сидеть в моей квартире не безопаснее, чем быть под открытым небом. К тому же ночь ещё не закончилась. Есть ещё одно место, куда я хочу тебя сводить.
Она подняла подбородок, глядя на него, пульс участился при мысли о том, что придется оставаться уязвимой.
— Это небезопасно.
Паранойя это или нет, но увиденное в отражении стекла послужило напоминанием о том, с чем ей приходится сталкиваться. Мира. Марина. Кассиан.
Рука Найи легла на плечо, пальцы скользнули под край рубашки, касаясь кожи. Последняя метка проклятия ощущалась как гравировка, и она часто рассеянно обводила её дизайн. Через секунду она вспоминала о её цели и о том, что она прикована к Каймане. Чувство было пустым и бесконечным, и лишь вопрос времени, когда на её коже появится новая метка. Какая бы она ни была, она не имела права втягивать Ронина.
Вся радость и счастье, которые Найя вынесла из кафе, испарились. На их месте появились тошнота и беспокойство.
— Мы же друзья, верно? — спросил Ронин, его голос смягчился.
Она склонила голову, обдумывая определение дружбы.
— Полагаю, но я не уверена. У меня никогда не было друзей.
— На друзей полагаются, — сказал он, глядя на неё мягко. — Опрись на меня хоть немного. От кого бы ты ни бежала, обещаю, я не позволю им забрать тебя. — Он подался вперёд и поднял руку, протянув ей мизинец.
Оборона Найи возросла при одной мысли о том, чтобы положиться на кого-то, кроме себя.
— Не давай клятв, которые не сможешь сдержать, — жёстко сказала она.