Он отпустил её руку, и поток людей подхватил её. Тело двигалось по памяти, попадая в такт музыке. Смех вырывался из неё, когда она покачивала бёдрами и кружилась.
Даже если бы всё закончилось ужасно, этот момент стоил того.
Найя не знала, как долго она танцевала. Когда группа перешла к следующей песне, она почувствовала необходимость найти Ронина.
Он стоял сбоку от танцпола, скрестив руки на груди, с удовольствием наблюдая за ней издалека.
Она проскользнула сквозь толпу, чтобы добраться до него.
— Давай! — Она дёрнула его за рукав, рассмеявшись, когда он посмотрел на неё своим обычным непринуждённым видом, даже не пытаясь последовать за ней. Если бы только он знал, как легко она могла бы победить его упрямую силу и вытащить на танцпол вместе с собой. — Пожалуйста?
— Найя, я ненавижу танцевать, — отрезал он безэмоционально.
Дрожь пробежала по её груди, когда она услышала, как он называет её по имени.
Она притворилась обиженной, выпятив нижнюю губу.
— Ну же. Один танец.
Прошла долгая секунда, и суровая линия его губ смягчилась.
Он закатил глаза.
— Твою мать, ладно, но только один.
Она издала победный визг и потащила его на танцпол.
Когда Ронин спросил, какая музыка ей нравится, она вспомнила время, когда слушала радио, ещё тогда, когда они только были изобретены. Векс принёс его из Смертной Земли, и она нашла его одного в саду.
Это было доказательством того, как далеко она зашла. От попыток услышать музыку из кустов издалека до вращения под звуки, наполняющие её уши. Это было исполнением мечты — иметь кого-то, с кем можно поделиться таким сентиментальным моментом.
Ронин кружил её, спотыкаясь о её ноги. Глубокий, искренний смех выплескивался из неё, когда она брала инициативу на себя и учила его, как вращать бёдрами.
Глубокий гул тромбона, плавный ритм перкуссии резонировали в её крови.
Навеки маленький, яркий момент.
— Это наш пильзнер, — Вайолет постучала розовым лакированным ногтём по ламинированной наклейке над рычагом. — Самый ходовой, особенно во время бранча, потому что он лёгкий.
Найя подставила бокал пивоварни под кран. Нерешительно ухватившись за деревянный рычаг, она спросила:
— И нужно потянуть вниз, чтобы налить?
Вайолет широко улыбнулась и утвердительно кивнула:
— Ага! Именно так.
В понедельник в пивоварне было почти пусто, и только поэтому Найя набралась храбрости выйти из зоны комфорта и вызвалась помочь, когда на рассвете приехала сюда вместе с Ронином.
Сам он сослался на встречи. Всю дорогу он был вялым, едва проснувшимся и беспрестанно глушил кофе. Она не могла не заметить, как он оживился, стоило кофеину попасть в кровь: он начал расспрашивать, выспалась ли она и понравилось ли ей в джаз-баре, куда он водил её накануне.
Работая за стойкой вместе с Вайолет, Найя не могла перестать думать о той ночи. Танцы, музыка, то чувство свободы, которое охватывало её при каждом движении… Вечер был настолько чудесным, что Найя забыла о потенциальной угрозе, исходящей от Марины и Соляриса. Хуже того — её главная цель, поиск Финниана, отошла на второй план.
Мысли постоянно возвращались к рукам Ронина на своей талии, к тому, как задирался край майки, а его пальцы подрагивали на коже. Она вспоминала румянец на его щеках, когда учила его танцевать, и его недовольную гримасу, когда она смеялась, потому что он наступал ей на ноги.
Ронин Кахале был неуклюжим, и ей нравилась каждая секунда, проведённая в компании этой его стороны…
Нет. Хватит.
В сердце расцветали чувства к смертному, которых она не желала. Это было доказательством того, что они уже пустили корни. Она представила, как вырывает их с корнем и выбрасывает прочь, а затем переключила внимание на Ави, подходившего к стойке.
Передник Ави был заляпан пятнами кетчупа; бежевая ткань скрывала ярко-бирюзовую майку и белые шорты. Медные пряди волос растрепались — казалось, у него не было времени даже принять душ перед сменой.
Найя сидела на табурете рядом с Вайолет и наблюдала, как та ест сэндвич, приготовленный Ноа. Тот лишь раз показался в зале, чтобы стащить цельное молоко из мини-холодильника под баром, и едва заметно кивнул Вайолет, метнув острый взгляд в сторону Найи. Она не знала, как расценивать поведение Ноа, но уважала его очевидное желание держаться от неё подальше.
— ещё два часа, дамы, и на сегодня всё! — Ави вскинул вверх массивную татуированную руку, второй придерживая грязные тарелки, чтобы подчеркнуть свой восторг.