Тогда у Андрея в душе расцвела надежда, казалось, еще чуть-чуть и вот оно, заветное чемпионство в области, а там и поездка на всероссийские соревнования.
Но СГУ их размазал с разгромным счетом тридцать — шестьдесят семь.
Сейчас все повернулось по-другому, и за спиной у Андрея расправились крылья, которые он считал уже давно сломанными.
Пусть впереди дивизионный этап и там их, скорее всего, разгромят, не важно! Главное здесь и сейчас они уделали СГУ.
В финале.
На глаза навернулись слезы и Андрей даже не попытался их скрыть.
— Капитан, ты чего раскис? — заволновался подошедший Артем. — Эй, эй, соберись! Пидоры смотрят! Ты же наш суровый жоподер Бабуин… то есть супер-капитан! Тебе, наверное, соринка в глаз попала?
— Ага. — Андрей широко улыбнулся, смахивая слезы. — Огромная такая, размером с бревно.
И они с Артемом дружно рассмеялись, а наблюдавший за ними Олег только фыркнул. То ли презрительно, то ли тоже подавляя смех.
Кое-кто из саратовцев тоже украдкой утирал слезы, но по-другому поводу.
Лещинский не был бы собой, если бы не сохранил лицо даже в такой ситуации. Несколько секунд он стоял, сжав кулаки и опустив голову. Но затем, вскинув ее, с невозмутимым видом подошел к Андрею и протянул ладонь для рукопожатия.
— Это была отличная игра. Что ж, невозможно вечно находиться на Олимпе. Видимо, пришло время другим представлять Саратовскую область. Постарайтесь показать себя в Приволжском дивизионе, не хочу слышать, как говорят, что СГУ продул слабакам.
— Будь уверен, постараемся, — пообещал Андрей, пожимая крепкую ладонь.
И, конечно же, Лещинский не преминул затянуть свою любимую песню. Повернувшись к Артему, он заявил:
— У тебя талант, его нужно развивать в сильной баскетбольной школе, оставаясь в Политехе, ты зарываешь свои способности в землю. Переводись после зимней сессии к нам, я договорюсь о спортивной стипендии.
Андрей уже достаточно изучил Артема, чтобы догадаться каков будет ответ.
— Иди на хуй!
Но Лещинского нелегко было смутить, он лишь улыбнулся.
— Мое предложение остается в силе, подумай на досуге.
— Лучше подумай, где вы возьмете бабки, чтобы оплатить проигрыш. — Артем расплылся в гаденькой ухмылке. — Или сделаешь вид, что никакого пари не было?
Саратовцы, и так выглядевшие подавлено, после этого заявления совсем сникли. А вот улыбка Лещинского даже не дрогнула.
— Уговор дороже денег. Я сам все оплачу.
Его сокомандники тут же зашумели, требуя у Леща дать возможность им внести свою лепту и заплатить еще и за него.
В любом случае свои деньги Политех получит и поедет на игры Приволжского этапа белыми людьми.
Саратовцы вернулись к своей скамейке запасных, там Лещинского тут же обступили воркующие черлидерши и просто поклонницы, он сверкал белозубой улыбкой, показывая, что не расстроился.
— Вот ведь… пидор, — досадливо проворчал Андрей, спохватился, что поддался тлетворному влиянию Артема, но было поздно.
Тот уже показывал капитану два больших пальца, а остальные члены команды ржали, как кони.
***
Салон автобуса, едущего сквозь вечерний сумрак из Саратова в Балаково, оглашал храп, которому вторивали попискивания, сопение, бормотание и причмокивание. Утомленные матчем игроки Политеха вырубились, едва сели в автобус. По дороге от стадиона до вокзала они еще обсуждали матч, хвастались успехами, грезили о грядущих играх Приволжского дивизиона. Но когда расселись по салону автобуса, силы оставили игроков основы. Да и остальные тоже постепенно стали клевать носом. Уснули даже Оля со Светой, последняя донельзя довольная тем, что поймала после игры Аньку и сказала той пару ласковых.
Марина пока не спала, глядя, как за окном проносятся огни. В темноте они казались отсветами нездешнего мира, создавая иллюзию, что автобус летит сквозь мрак космоса, а свет — это далекие звезды.
Как-то так получилось (Марина не заметила, что Димон для этого из кожи вон лез), что она села рядом с Артемом. Он один из немногих продержался достаточно долго и, когда все уже заснули, продолжал обсуждать с Мариной игру, размахивая руками и вызывая недовольные окрики желающего отдохнуть Андрея. Но вот дрема сморила и бравого баскетбольного гения.
Сперва Артем сидел прямо, потом его голова свесилась на бок и оказалась на плече у Марины. Та не стала дергаться, не мешая ему спать и рассматривая его лицо, такое по-детски беззащитное сейчас.
Ощутив прилив щемящей нежности, Марина поддалась порыву и чмокнула Артема в лоб. Тут же покраснела и отвернулась, проверяя, не заметил ли кто. Но все в салоне спали…