— У меня есть одна идейка, — с непривычной для самого себя робостью поделился Артем.
Он вкратце обрисовал свой план, и Дмион довольно закивал:
— А что — вполне неплохо. И необычно, и бабла почти не нужно.
Артем раздражено отмахнулся.
— Да не в бабле дело. Просто… Вдруг она подумает, что это признание и все такое? Если скажу ей все сейчас, она меня точно отошьет. Потом, когда мы выиграем Суперфинал, и я превзойду Олега, вот тогда…
— Да ничего Марина не поймет, — уверенно заявил Димон. — Она же туго…
Вовремя прикусив язык, он поспешил исправиться:
— То есть до нее не доходят тонкие намеки. Она решит, что из песни слов не выкинешь. Ничего Марина не заподозрит, не дрейфь.
Ободренный заверениями Димона Артем с помощью друзей начал подготовку к вручению подарка.
***
Болеть всегда противно, а уж заболеть под Новый год совсем скверно.
У Марины было столько планов, помимо тренировок. Она фантазировала, как в каникулы будет ходить с подружками на каток, на большую горку, поиграет в снежки и слепит снеговика. Особо она предвкушала новогодний праздник в компании Артема. Он так обрадовался приглашению! И сама Марина радовалась вдвойне, видя сияние в его глазах.
А теперь все пошло прахом.
Марина сидела дома с температурой, больным горлом и соплями, водопадом текущими из опухшего носа.
Хорошо хоть она не заразила никого из домашних. Но приход гостей, конечно же, был под запретом. Не хватало еще, чтобы Артем подцепил простуду и пропустил тренировки.
Подружки слали Марине подбадривающие изображения котиков в Контакте. Артем, по словам Андрея, порывался бежать в аптеку за самыми дорогими антибиотиками и насилу его удержали. Бабушка Славы передала малиновое варенье. Но все же Марина пребывала в подавленном настроении, проводя время за ингаляциями, вязанием и просмотром старых баскетбольных матчей.
В новогоднюю ночь Марина посидела за столом с родными, выпила шампанского под бой курантов. Даже умудрилась успеть написать на бумажке желание, сжечь ее и растворить в алкоголе, пока часы отсчитывали последние секунды уходящего года. Естественно Марина пожелала, чтобы их команда выиграла кубок Белова. Пусть практичный Андрей считал, что их потолок — финал Приволжского дивизиона, а победа над СГУ — лучшее достижение, Марина все равно продолжал мечтать. В самом деле, почему нельзя желать большего?
После двенадцати родители и Андрей отправились к городской елке смотреть салют. Они хотели остаться, чтобы Марина не грустила в одиночестве, но она сама настойчиво выпроводила семейство, уверяя, что с ней все будет отлично. Не надо им из-за нее портить себе праздник. К тому же папа успел изрядно нагрузиться, ему стоило проветриться на морозе.
И вот теперь Марина сидела в зале, уныло переключая каналы на телевизоре, где было одно и то же, да подъедая собственноручно приготовленную селедку под шубой. На самом деле хотелось расплакаться от обиды, и каждая вспышка салюта, озарявшая покруженную в полумрак комнату, напоминала Марине о том, что веселье проходит мимо нее. Казалось, она осталась одна-одинешенька в целом мире. Марина понимала, как глупо представиться тоске, ведь простуда скоро пройдет. Все проходит. Она держалась изо всех сил, старательно улыбаясь шуткам Камеди Клаба.
Стоило бы просто пойти спать, но грохот петард, песни и крики на улице не дадут окунуться в целебное забытье.
Вдруг в ставший уже привычным шум вплелся новый звук. Стук в окно зала. Сперва Марина решила, что ей показалось, но стук повторился снова — на сей раз громче.
«Папа с мамой забыли ключи? Да нет, они бы позвонили в дверь».
С некоторой опаской Марина приблизилась к окну, запоздало вспомнив, что район у них далеко не самый фешенебельный.
В свете уличного фонаря и почти полной луны Марина увидела Артема. За его спиной маячили три фигуры неизменных друзей.
В ночном мраке, заполнившем сердце, вспыхнул яркий фейерверк. Марина расплылась в улыбке и, не зная, как выразить охватившие ее чувства, просто постучала по окну.
Показав зажатый в руке микрофон, Артем обернулся и кивнул товарищам. Димон тут же включил маленький магнитофон, который Марина заметила только сейчас. Над двором загремела музыка, мелодия показалась знакомой, но песню Марина узнала только, когда Артем заголосил:
Моря синяя равнина,
Волны катят не спеша.
Я скажу тебе, Марина:
«До чего ж ты хороша!»
Желтый пляж уходит в море,