«Это был первый курс. Всемирная история. Январь. Середина семестра. Мы тогда проходили как раз эту корпорацию. Но из-за отвращения, которое она у меня вызывала, я плохо слушала ту лекцию» - внутри у девушки все похолодело.
«…руководимая Амосом…» - эти слова вертелись у нее в голове.
- Нет, не может быть! – прошептала обескураженная внезапной догадкой девушка. - Так Амос специально привел меня к Энн, чтобы она рассказала мне всё это? Чтобы я пришла сюда и поняла, что он уже все забрал?
- Нет! – Мёбиус как громом поразило, - нет! Этого не может быть!
Мёбиус не хотела верить в такую правду. Но факты четко складывались в цельную картину, как ни посмотри.
Осознание пришло к Мёбиус, как удар под дых:
«Неужели…? Неужели Амос натравил Илуладо на семью Энн только для того, чтобы убить последнего Хранителя. А затем, будто смеясь над ними, позволил Илуладо оставить их дочь у себя, чтобы насадиться ее страданиями?
Тогда всё наше путешествие прошло по его плану?
Неужели всё, что мы сделали было им задумано?
И даже моё воодушевление и то, что я надеялась найти что-либо в этом доме, - всё это он подстроил».
Слезы душили Мёбиус. Горькая правда была всего тяжелее.
«Ну да, это ведь странно, как ни посмотри.
Нам удивительно везет, и мы целые добираемся до столицы, там мы поразительно четко попадаем на собрание Илуладо и узнаем все его планы, затем мы поразительно легко, почти без препятствий, добираемся до замка Энн. Здесь мы находим Энн, которая уже знает о нас и готова помогать нам во всем, чтобы спасти своего мужа. Затем мы довольно просто убеждаем Менеев отступить, Всемирный конгресс дарует прощение Илуладо, и жизнь подозрительно прекрасна.
Амос заставил меня считать, что я наконец впереди него. Заставил подумать, что я действую самостоятельно. Привел меня в дом к Энн, чтобы я узнала о Хранителе и воодушевилась мыслью о возможной удаче.
Он наслаждался тем, как я радею за Абу, как я пытаюсь всё уладить, чтобы затем с надеждой прийти в этот дом.
Амос привел меня сюда, заранее понимая, как сильно я понадеялась на удачу. Он привел меня к мысли о скором успехе. А затем насладился тем, как мои надежды рушатся у меня на глазах; тем, как я, перебирая книгу за книгой, свиток за свитком, теряю уверенность и всё глубже погружаюсь в пучины отчаяния».
Мёбиус внезапно осознала.
«Так Энн не случайно оказалась жертвой…? Она приняла на себя весь мстительный удар Амоса, направленный на ее семью. Он сполна отомстил им за то, что они скрыли факт своей присяги. Факт, что они – Хранители. Он убил их руками Илуладо, а затем будто специально отдал горячо любимую ими дочь в руки их же убийцы. В качестве игрушки. Наверное, он остался доволен».
Одного Мёбиус не могла понять.
«Почему дал мне сделать всё это? Неужели…
Неужто просто потому, что игра с Илуладо и Энн стала слишком скучна для него?
Ведь они слишком простые, как пешки. Потому он направил меня сюда. Я рассеяла его скуку. Теперь он смог поиграть вдоволь и со мной.
Он переиграл меня, не спорю, но эта игра была куда интереснее, чем простая месть. Он заставил меня поверить, и разорвал мои надежды в клочья, смеясь при этом мне в лицо.
Почему смеясь? Да потому что я всё это поняла только сейчас. Только придя сюда и исполнив свою роль, я осознала своё поражение. Я всё еще марионетка в его руках» - слеза скатилась по пылающим щекам девушки. Ей было обидно и стыдно за свою наивность. Но теперь всё стало на свои места.
«Почву для игры он построил давным-давно. Расставил все пешки. Завлек меня своей королевой и сокрушил конем.
Блестящая партия! Его искусность достойна восхищения!
Амос уничтожил последних Хранителей и скорее всего успел покопаться в их доме. Даже если там и были какие-то сведения, он вынес их уже годы тому назад. Я изначально не смогла бы ничего отыскать здесь.
Одно я не могу понять. А что, если бы Энн не знала о нашем приходе? Что если бы она воспротивилась нам, и мы не смогли бы провернуть всё это? Ведь тогда я бы, возможно, не узнала о связи семьи Энн с Тайной, и тогда скорее всего не попала бы в этот дом. Тогда, получается, Амос бы не смог сыграть эту партию?