Выступающий всё еще был здесь. Он выжидающе стоял и, когда последний покинул зал, тихо сказал:
- Выйди из теней, Даск!
- Сир! Рад вас видеть в добром здравии! – протараторила вышедшая из теней фигура. С позиции героев было трудно различить хоть какие-то черты этого человека.
- Давай без этих твоих формальностей! – гаркнул оратор. - Докладывай! А если нечего, то и мне пора идти!
- Нет, сир, на этот раз новости есть.
- Слушаю.
- Сегодня днем в город прибыли двое незнакомцев.
Мёбиус вздрогнула, Зереф тоже вытаращил глаза и даже забыл, как дышать.
- Что? Незнакомцев? Ты хочешь сказать врагов-Менеев?
- Нет, сир, я так не думаю. Как бы лучше сказать, - говоривший замялся, - они не были при оружии. И вообще были больше похожи на туристов.
Мужчина засмеялся холодным смехом, а затем резко сменил выражение лица и стал серьезен.
- Не шути со мной! В этой стране вот уже 2 года не может быть туристов! Есть или товарищи, или враги. Третьего не дано.
- Но, сир, я не шучу. Они были одеты в наряды другой страны, и ехали на бесшумном маленьком средстве передвижения.
Мёбиус была готова закопаться от стыда. Как она могла не подумать, что за ними могли следить!
- Бесшумном маленьком средстве передвижения..., да? Это интересно. Что ж, тогда поймай их и приведи ко мне. Ты знаешь, где меня найти. Я с удовольствием допрошу этих твоих «туристов», у меня ведь уже так давно не было игрушек, – он осклабился.
Мёбиус задрожала. Теперь она вспомнила. Теперь понятно, почему от него мурашки побежали. Он только своим видом внушал такое чувство отвращения и ужаса, что представить невозможно, как этот несчастный мог говорить с ним.
Зереф почувствовал дрожь Мёбиус. Но, по правде говоря, он и сам понял, что этот человек предельно опасен. Его аура была убийственно черной. От него исходили волны злобы и ненависти.
Эти двое наверху переговорили еще о чем-то, не особо важном для наших героев, а затем тот второй, что вышел из тени, исчез так же быстро, как появился.
Наш оратор постоял на балконе еще несколько минут и неспешно пошел к выходу.
Мёбиус боялась. Боялась, но понимала, что иного шанса приблизиться к этому человеку без посторонних не будет.
Сейчас или никогда!
Она вырвала свою руку из руки Зерефа и самым бесшумным бегом, на который она только была способна, устремилась вслед за вышедшим.
Зереф ничего не понял, но еще ни разу не видел, чтобы Мёбиус вела себя так. Он поспешил за ней.
Мужчина не спеша шел через двор. Мёбиус застыла в дверях, боясь сказать первые слова.
«Но я должна. Это и будет началом всего. Если я сейчас этого не сделаю, то мы уже не сможем спасти всех. Давай, Мёбиус! Ты невидима, он не поймает тебя и не сможет убить. Это самый удачный и, наверное, единственный шанс»
- Илуладо Живодер! – громко выговорила она. Если не сказать, что прокричала.
Мужчина обернулся. Вокруг никого не было. Но он отчетливо слышал эти ненавистные слова. Илуладо ненавидел свое прозвище. Причем называли так его только враги.
- Кто здесь? – крикнул он. Но в ответ не было сказано ни слова. Повисла тишина.
- Кто здесь?! – более яростно повторил он. Злоба внутри него начинала булькать, как закипевший бульон.
- Я здесь, … но меня здесь нет. Я та, кто знает твою судьбу. Я та, кто знает исход этой войны. Я та, кто в конце концов, видела твою жалкую смерть! – громко и четко выговаривала Мёбиус. Ее всю трясло. Все силы уходили лишь на то, чтобы поддерживать властность и твердость в голосе.
Если бы это чудовище увидело ее, то оно было посмеялось и сожрало ее, даже косточки не оставив.
Но пока всё шло, как надо.
- Что? Выйди на свет трусиха! Я хочу в лицо видеть своего врага! – исступленно закричал Живодер.
- Врага? – властно и насмешливо сказала наша героиня. - Я тебе не враг! Я – твое спасение! Неужели ты думаешь, что будь я твоим врагом, то я бы просто не уничтожила бы тебя сейчас без единого слова? Думаешь, я бы стала говорить с таким чудовищем как ты и объяснять тебе, кто я? Я не знала, что ты столь же глуп, сколь ужасен. – Почти смеялась Мёбиус. На самом деле ей было ни капли не смешно. Страшно. Очень страшно. Силы кончались. А ведь невидимость еще поддерживать нужно. Хорошо, что Зереф остался там. Он бы ее смутил.