Из-за этого договора Аба попала в зависимость от МИРа. Эта корпорация скупила почти все акции местных компаний, и у Абы почти не осталось собственного производства. Эта нанесло сильный удар по экономике и состоянию народа.
Нищета стала все более частым явлением.
Я не знал, что заставило отца поступить так, а потому я действительно стал презирать его за такой поступок. К этому добавились мои детские обиды. И так, к 19 годам, я на полном серьезе стал недолюбливать нашего отца.
Я вступил в «Аба-Альтам!», дабы помочь нашему народу выбраться из этой зависимости. Понимаешь, я с детства тяготел к нашим корням. Лет в 16 я решил для себя, что пойду по пути политики, чтобы добиться независимости Абы от иностранных захватчиков. Я стал вращаться в широких массах, чтобы слушать и слышать бродящие там настроения. Так я и попал в группировку.
Они доверились мне, и поведали мне о своем плане убить тебя и родителей. Они сказали, что это будет месть за то, что наш отец предал их доверие когда-то.
(а ведь это и правда было так. Я вспомнила, что в тот разговор родителей в детстве, отец упоминал об этой группировке)
- Я воспротивился этому. Но я понимал, что эта ненависть никуда не денется. Поэтому решил покинуть семью, чтобы лидеры группировки могли мне полностью доверять. Тогда я бы смог отсрочить исполнение этого плана.
Так я и сделал. Ты не представляешь, насколько было сложно видеть своих собственных родителей в таком состоянии. Но мне пришлось. Я ушел. И, заметь, вы прожили спокойно еще 3 года.
- Ты способствовал этому? – спросила я.
- Верно. Я старался перенаправить их активность в другие русла. И мне это удавалось. Но в один день я больше не смог этого сделать.
«Аба-Альтам!» собрал секретное собрание, на котором было принято решение зачистить наш особняк. Я не мог ничего сказать, потому что их воля была непоколебима. Наш отец мешал им, как кость в горле, ну или как старая беспокоящая рана.
- Ты действительно не мог ничего сделать? – с мольбой в голосе спросила я.
- Мог. И я сделал. Поверь мне. Но я всё же не смог спасти их жизни.
Вскоре я узнал, что ты выжила и поспешил к тебе. Но в особняке тебя не оказалось. Я очень долго разыскивал твои следы. Это оказалось сложным делом. Но я очень рад, что ты всё еще жива, сестренка!
- Почему ты не рассказал этого родителям? Мать так переживала за тебя! И отец скорее всего тоже! – я не знаю от чего я плакала.
- Они всё знают. Не плачь. Так что там с наследством? – резко переменил тему Илуладо.
- Да черт бы побрал эти деньги! – сквозь слезы прокричала я. – Всё, ради чего я живу, - желание отыскать настоящего убийцу и отомстить. За это и умереть не жалко, – выдала я ему.
Мне почудилось, что грусть, печаль промелькнули у него в глазах. Он будто замялся.
- Отомстить…? Да? Неужели только это держит тебя на этой земле?
Я кивнула.
Илуладо в ответ тяжело вздохнул.
- Не знаю, как тебе сказать, но Гроск – человек, проводивший зачистку, уже мертв. Он погиб во время штурма одного здания. Так что твоя месть бессмысленна…
У меня внутри будто что-то оборвали. Я мягко опустилась на пол. «Уже погиб» - крутилось у меня в голове.
Илуладо довольно долго смотрел на меня задумчиво.
Затем, кивнув и, видимо, что-то решив для себя, начал говорить:
- У меня к тебе предложение, Роксана. Хочешь послушать?
Я подняла свой опустошенный стеклянный взгляд.
Я старалась собраться, чтобы понять смысл его слов.
Хотя в тот момент, я не знала, зачем вообще что-то слушать. «Ведь то, ради чего я жила, опять ускользнуло из моих рук. Сначала жизнь родителей, теперь – убийцы. Я ничего не могу довести до конца, так зачем же жить дальше» - думала я. Но всё же сосредоточилась и послушала.
Илуладо заметил мой осознанный взгляд и начал:
- Я предлагаю тебе выгодную сделку. Я дам тебе цель в жизни. Да такую, что желание жить точно в тебе появится. В обмен ты перепишешь наследство на меня. Не беспокойся, я буду полностью обеспечивать твою жизнь. Да так, что ты не будешь ни в чем нуждаться. Ну, как тебе?
- Что такого ты можешь предложить мне, что я захочу жить?