- Я рад, – улыбнулся он. Затем достал из кармана маленькие сцепленные кольца. – Ты выйдешь за меня, Азалия Кирквуд?
Я не знала, что такое выйти замуж. Я слышала от мамы, что они с отцом были женаты. Но смысла этого я не понимала. Возможно, это была какая-то важная клятва в любви и верности? Так мне показалось в тот момент.
- Да. Согласна. – Не раздумывая, отчеканила я.
Колечко идеально село нам мой худой безымянный палец.
Так мы с Амосом дали клятву. И сладкий поцелуй стал ей подтверждением.
* * *
Прошло вот уже два года с тех пор, как мы «поженились».
Я второй месяц носила нашего малыша. Ради этого я ушла с работы, которую я все-таки нашла.
Краска для волос творила чудеса. Но сидение дома не требовало скрывания истинного цвета. К тому же Амос признался мне, что ему очень нравится мой необычный цвет волос. Сказал, что это прелестно, отличаться от других.
Благодаря ему я смогла примириться с этим фактом.
Амос за это время смог возродить имя Бенефиса Кирквуда. Я нашла записи отца об острове и передала Амосу. С помощью их он смог отстоять существование этой земли. Я, как дочь Бенефиса, выступала свидетелем того, что остров действительно существовал.
Так безымянный остров стал именоваться островом Кирквуд. В честь его первооткрывателя – Бенефиса Кирквуда.
Я многому успела научиться у Амоса за это время. Оказалось, он был очень умен. Обладал познаниями во многих науках и с легкостью мог поддержать любой заумный разговор. Однако, я скрыла другую часть исследований отца. Амос до сих пор не знал обо мне всей правды. Даже спустя столько времени, я так и не решилась сказать ему.
Но вот случай подвернулся сам.
Мне что-то нездоровилось. Амос с утра ушел на работу, так что я одна лежала в комнате.
Я уже три с половиной года не пользовалась своей силой. Но сейчас мне приспичило.
Я просто хотела стакан воды. Вышло же совсем иначе.
Вместо воды из пальцев вырвалось пламя. К тому же я промахнулась мимо стакана и попала прямо в штору.
В дополнение ко всему стакан, который я достала упал на пол и разбился.
Конечно, я быстро смогла погасить огонь. Но обгоревшие шторы заменять я не умела. И стекло с пола я собрала. Только перед этим изранила ноги до крови, потому что неосторожно прошлась прямо по нему, в спешке пытаясь потушить пожар.
Неудачный день.
Я как раз лежала и со стонами смазывала ноги мазью, когда вернулся Амос.
- Азалия, я дома, – он радостно зашел в комнату, и его улыбка тут же исчезла. Черная штора, следы крови на ковре, и я, смазывающая явно пораненные ноги.
- Что тут у тебя произошло? Кто-то приходил? Почему у тебя ноги все в ранах? И что случилось со шторой?
Амос бросил свои вещи и подбежал ко мне.
Я всхлипнула и начала объяснять.
- Я просто хотела стакан воды. Но вместо воды вырвалось пламя. Оно подожгло штору. Я потеряла концентрацию, и стакан упал и разбился. В панике я попыталась потушить пожар и прошлась по осколкам от стакана, – мямлила я, периодически всхлипывая.
Он обнял меня и нежно гладил по голове.
Когда я успокоилась, он еще раз попросил рассказать, что произошло. Мои объяснения насчет воды и огня были ему непонятны.
Только тогда я поняла, что проболталась. Но любопытство в его глазах уже не получится заглушить. Слово не воробей, вылетит не поймаешь. Моя ложь не удовлетворит его любопытства, а значит лгать не было смысла. Я собралась с духом и сказала ему правду. Точнее показала.
Я выставила ладонь и заставила маленький огонек гореть прямо на ней.
- Что это за чертовщина? – вскрикнул Амос, подскочив и попятившись.
Эти слова ранили меня. Я знала, что он не сразу сможет воспринимать все нормально. И думала, что готова к этому. Как оказалось, не совсем.
Я погасила огонек и проговорила, тщательно подбирая слова:
- Я обладаю необычными силами. Из-за этого моя мать покончила с собой. Поэтому те горожане гнались за мной. За мою силу меня прозвали ведьмой. Цвет волос лишь вершина айсберга.