— В чем дело, дорогая? — спросила Венера.
— Ну... если бы ты вчера сказала, что мне придется вести урок танцев, я бы могла купить что-нибудь посимпатичнее, чем те штаны и футболка, которые я обычно надеваю на занятиях в танцевальной студии.
Венера понимающе улыбнулась.
— Я уже позаботилась об этой маленькой детали. Там, в шкафу, лежит чудесная новая спортивная сумка. А в ней ты найдешь все, что понадобится для новой роли — роли учительницы танцев.
— Ты обо всем успеваешь подумать, Венера! — Пия обняла богиню любви.
Венера похлопала девушку по руке.
— Не обо всем, дорогая. Только о том, что действительно важно.
С некоторым усилием Венера выбросила из головы мысль о том, что, если бы она действительно подумала обо всем и если бы действительно владела собой так, как то представляется Пие, она бы никогда не позволила тому мужчине одурачить ее и ни за что не скрыла бы происшедшее от девушки.
«Но это неважно, — думала богиня любви, ожидая, пока немного остынет кофе в ее чашке и наблюдая, как Пия поспешно отправилась к шкафу, чтобы достать новую сумку. — Я уж как-нибудь заставлю его пожалеть о том, что он вздумал подшутить над самой воплощенной Любовью, и я уж как-нибудь придумаю, как избавить Пию от одержимости этим хамом».
Богиня не обратила внимания на тяжесть в груди. Просто невозможно, чтобы Гриффин сумел причинить ей боль или страдал сам. И он всего лишь удивился, вернувшись наконец и не найдя Венеру. И ничего больше. Венера поможет девушке найти того загадочного мужчину или, если он окажется не слишком подходящей кандидатурой, подыщет ей кого-то другого, честного, доброго и сексуального. А потом вернется наконец на Олимп, к своей обычной жизни. Может быть, она устроит прелестную оргию с сатирами и лесными нимфами. Да, именно так. Оргия поможет ей окончательно прийти в себя.
В конце концов, это невозможно, невообразимо — чтобы богиня любви страдала от одиночества.
— Ты прекрасно выглядишь, дорогая! Просто великолепно! — Венера смахнула с плеча девушки несуществующую пушинку. — Я так и знала, что ярко-розовое трико и легкая юбка отлично подчеркнут и твою фигуру, и цвет лица. И не тревожься! У тебя совершенно нет причин нервничать!
— Меня может затошнить от страха.
— Нет, не может!
— Ладно, повтори еще раз. Ты уверена, что ты... ну, так заманила всех ко мне на урок, что они сочтут все это совершенно нормальным?
— То, что они увидят, сегодня покажется им совершенно нормальным. А завтра они ни о чем не вспомнят. Пожарные будут просто думать, что они посетили какие-то занятия, на которые им приказали пойти... а в этом нет совершенно ничего необычного. Вот разве что они вспомнят некую красавицу по имени Пия, которая им что-то объясняла...
Венера немного помолчала.
— Знаешь, если тебя заинтересует хоть кто-нибудь из них, обязательно скажи мне. Я заставлю его «вспомнить», что он попросил у тебя номер телефона.
— Bay! Ты можешь такое проделать?
— Дорогая, воплощенная Любовь может проделать все, что угодно!
— Ох да. Я иногда забываю... У меня, видишь ли, нет большого опыта настоящей любви.
— Ну, скоро мы это исправим. — Венера погладила девушку по плечу. — Итак, если ты готова, вперед!
Они прошли по короткому коридору из кабинета Пии к большой комнате для занятий. И остановились перед дверью, заглядывая внутрь через небольшое треугольное окошко.
— Я не могу этого сделать! — простонала побледневшая Пия, прислоняясь к стене рядом с дверью.
— Разумеется, ты можешь. Я буду рядом, и...
— Нет! Я не могу войти туда, не зная, чего ожидать!
Венера, стремительно соображая, что делать, сказала:
— Отлично. Я войду первой, и... и...
Богиня замялась. И что?
— Проверишь список присутствующих? — предположила Пия.
— Именно так, — с облегчением кивнула Венера. — Я проверю присутствующих по списку, чтобы знать, все ли явились на занятия. А пока я этим занимаюсь, ты понаблюдаешь отсюда. И узнаешь, здесь ли Гриффин и — или — тот загадочный мужчина, и тогда уже представишь, чего ожидать.
— Л-ладно, — с большим сомнением пробормотала Пия.
— Вот и хорошо,— решительно произнесла Венера.
Она поправила отличный фиолетовый костюм, провела ладонью по черной шелковой вставке вокруг выреза, достаточно открывавшего ее грудь сливочного цвета. И слегка пошевелила пальцами. В ее руке тут же появились авторучка и деловой блокнот со списком фамилий.
— Знаешь, мне бы очень хотелось, чтобы ты предупреждала меня заранее, когда собираешься добыть что-нибудь прямо из воздуха, — жалобно попросила Пия.