Харри покачал головой:
– Они поехали домой. Такие, как он, собак своих не обманывают.
– Ты уверен?
– Абсолютно. Когда-нибудь он вот так же крикнет: «Ко мне, Грегор! Мы едем к доктору тебя усыплять».
Харри осмотрелся, затем подошел к стеллажу, остановился и начал водить пальцем по корешкам книг, начиная с самой верхней полки.
Халворсен, мрачно глядя куда-то в сторону, кивнул:– И Грегор послушно побежит, виляя хвостом. Надо же, как это у них, у собак, устроено.
Харри прекратил свое занятие и слегка усмехнулся:
– Что, Халворсен, небось сожалеешь, что ввязался?
– Не больше, чем обо всем остальном.
– Смотри-ка, ты заговорил прямо как я.
– А это и есть ты. Я цитирую твои слова после того, как мы купили кофеварку. Что ты там ищешь?
– Не знаю, – откликнулся Харри, доставая с полки толстую книгу большого формата и раскрывая ее. – Смотри-ка, альбом с фотографиями. Интересно.
– Ну и что там? Снова меня за нос водишь?
Харри указал на пол у себя за спиной, продолжая листать альбом. Халворсен выпрямился, посмотрел в ту сторону и все понял. Сырые отпечатки обуви вели по прямой от двери к полкам, где стоял сейчас Харри.
Харри поставил альбом на место, достал другой и принялся просматривать страницу за страницей.
– Вот оно! – внезапно воскликнул он и поднес альбом к самому лицу. – Точно!
– Что-то нашел?
Харри разложил альбом на столе перед Халворсеном и указал на одну из шести фотографий, расклеенных на черном листе. С нее улыбались женщина и трое детей, лежащие на пляже.
– Тот же самый снимок, что я нашел в туфле у Анны, – сказал Харри. – Теперь понюхай его.
– Зачем мне нюхать, когда и так все ясно – везде воняет клеем.
– Правильно. Он вклеил снимок только что – слегка потяни и почувствуешь, что клей еще не застыл. Нет, ты саму фотографию понюхай.
– О’кей. – Халворсен едва не прикоснулся носом к улыбкам. – Пахнет… химикатами.
– Да, но какими?
– Ну так, как пахнут только что проявленные фотографии.
– Снова правильно. И что из этого можно заключить?
– Что он… э-э, любит вклеивать фотографии?
Харри взглянул на часы. Если Албу отправился прямо домой, он будет там через час.
– Все объясню в машине, – сказал он. – Считай, у нас появилась улика, которой нам так не хватало.
Когда они добрались до шоссе Е-6, снова пошел дождь. Огни встречных машин отражались от мокрого асфальта.
– Теперь мы знаем, откуда взялась фотография, которая была у Анны в туфле, – сказал Харри. – Думаю, Анна улучила момент и вырвала ее из альбома, когда они в последний раз были в загородном доме.
– Но зачем ей понадобилась эта фотография?
– Бог знает. Может, чтобы все время видеть, что стоит между ней и Арне Албу. Чтобы лучше понимать его. Или для того, чтобы прокалывать их иголками.
– И когда ты показал ему фотографию, он догадался, откуда она ее взяла?
– Разумеется. Отпечатки шин «чероки» на подъезде к дому те же, что и оставленные ранее. Это доказывает, что он уже приезжал сюда максимум пару дней назад, может, даже вчера.
– Чтобы вымыть все в доме и стереть отпечатки пальцев?
– И чтобы проверить то, о чем догадывался, – что в альбоме не хватает одной фотографии. Вернувшись домой, он отыскал негатив снимка и отправился прямиком в фотоателье.
– Наверняка в такое, где фотографии бывают готовы в течение часа. А сегодня приехал и вклеил ее на место старой.
– Угу.
Из-под колес шедшего впереди трейлера вырвался фонтан масляных брызг, вмиг заливших все ветровое стекло; лихорадочно заработали дворники.
– Да, Албу далеко зашел, стремясь скрыть следы своих любовных похождений, – сказал Халворсен. – Но неужели ты всерьез думаешь, что он мог убить Анну Бетсен?
Харри вглядывался в логотип на задней дверце трейлера. «AMOROMA – вечно твой».
– Почему бы и нет?
– Мне он показался непохожим на убийцу. Хорошо образованный, порядочный, солидный отец семейства с незапятнанной репутацией, создал собственное дело.
– Но жене-то он изменял.
– А кто не изменяет?
– Вот именно, кто не изменяет, – медленно повторил Харри. И внезапно взорвался: – Мы что, так и будем тащиться за этим трейлером до самого Осло и ловить его дерьмо?
Халворсен взглянул в зеркало заднего вида и перестроился в левый ряд:
– И какой же у него был мотив?
– Вот давай и поинтересуемся, – предложил Харри.
– Как ты себе все это представляешь? Приедем к нему домой и спросим? Сознаемся, что добыли улики незаконно и вообще мы с ним одного поля ягоды?