Ира вон она, загребает не спеша, на голове намотано, потому голову не погружает. Владик ускакал далеко вперед, и там, ближе к лодке спасателей, вся тройка пловцов повернула назад — Са, Со и Владик, и пошли обратно с большой мощью, а потом, как дельфины по команде, метнулись опять вперед.
Весело было наблюдать за ними, все увлеклись, кто сдастся первым? И откуда же у Са такое брюхо неспортивное? И что же она сутулится-то? А Со, смотрите, Со как летит! Уже старается.
Владик их, конечно, обогнал и уже мчится обратно и наперерез, навстречу. Это тебе не мелкое хулиганство на воде, которое затеяли остальные мужские крестьяне отряда — утопить, с гоготом поднырнуть, зацепить за резинку чужих трусов, вынырнуть с комком ила и плюхнуть им в морду товарища, потом им кинули мяч, они с размаху бацают мячом в девочек, девочки с визгом, панически гребут к берегу, сейчас потечет тушь с ресниц — а Владик сосредоточенно бороздит пруд, красавец, спортсмен.
Правда, на полотенцах шушукаются, что Владик оказался маленький, ему всего четырнадцать лет, а Ире-то пятнадцать! И Са пятнадцать, а вот Со четырнадцать с половиной.
Вот они выходят на бережок, дылда Са и маленькая Со, головы облизанные, глазки слипшиеся, но мальчики удваивают активность в своем хулиганстве на воде, плюхи, гогот, взволнованные крики, нырки, сопли на мордах. Мелькают белые пятки. Мужики.
Са и Со сохнут. У Со мокрые кудри как у какой-то итальянской артистки, крупная стружка, черные глаза горят. Они с Са стоят спиной к пруду, Оля их фотографирует их же мыльницей. Сразу выстраивается толпа девочек, вроде как очередь на съемки, наблюдает. У Со неожиданно тоненькая талия, а грудь будь здоров, размер второй, наверно.
Потом Со сидит лицом к пруду и рассеянно смотрит вокруг, водит черными глазками, у нее лохматые ресницы оказались, вот неожиданность. Что значит девушка обнажилась! Парни на воде гогочут как гуси, всполошились почему-то. Со смеется тихо, но довольно явственно (это Са ей что-то говорит).
На этот журчащий смех Владик, который выходит из воды, вдруг вскидывает голову и глупо ищет источник звука. Как будто его позвали!
Смех Со — ее фирменный знак, она смеется постоянно, но тут, над прудом, над зеленой и синей поверхностью, сверкающей как бы множеством стеклышек, при запахе воды и помятой травы смех Со резко отличается от всех других звуков, криков, грубого хохота и визга: явственный звон ручья, вот это что.
Вот все идут обедать, Владик за одним столом с Ирой, все нормально.
Но тут Со опять засмеялась, что-то произошло там у них, через два столика направо.
Владик непроизвольно поворачивает туда свою стриженую голову упрямого бычка.
Со не видать, она прячется за широкие плечи Са. Два парня, их соседи, дружно ржут.
Над кем они гогочут, эти кони? Владик смущен и невпопад отвечает Ире, механически допивая сок.
Там, за тем столиком направо, опять грохнули смехом.
На глазах у всех явно образуется новое бандформирование, эти четверо теперь повсюду ходят вместе, трое вокруг малютки Со.
Вместе на танцы, вместе в кино, гуляют, хохочут до визга.
Са явно довольна, те двое парней тоже, а Со мила, скромна и прячется в центре своей свиты, ее уже не достать.
Они и плавают теперь все вместе, а Владик гоняет отдельно, мощно и на скорость, а те теперь плещутся беседуя и смеясь, и шалят по дороге.
Временами Владик выныривает прямо перед Со, как-то угадывает ее передвижения. Со щурит слипшиеся стрелками ресницы и смеется — прямо ему в лицо, такая у нее привычка. Над ним смеется?
Владик в панике ныряет, спасается в толщу воды.
Да, Владик печален теперь, видно, что он задет, как-то ранен, он загрустил, он рассеян за столом и тоскливо поглядывает вправо, глаза какие-то растерянные, а густые брови сомкнуты на переносице.
Он не понимает, что с ним, это видно.
Он невольно следует глазами за хитрой Со, которая прячется в центре своего кружка.
Кружок этот вырос, еще один мальчик появился.
Больше всех довольна высокая, толстая Са. Она, оказывается, очень остроумная и свободная девка и дико смешит Со и ребят.
Она плевать хотела на свою внешность, правда, за отчетное время Са явно похорошела, загорела, над алыми щеками (нос тоже алый) горят бесовским огнем светлые глаза, мелкие кудри свисают надо лбом, скрывая прыщи, и слова летят как стрелы!
Со негромко смеется.
Ребята ржут и тоже вставляют свои реплики. Как им там хорошо, как интересно! И над кем они так хохочут?