Порой я начинаю ненавидеть это проклятое право выбора, данное вместе с благословенной душой. Это многое усложняет. Мне ли не знать?
Однако успокаивает хотя бы то, что сейчас девушка по-прежнему жива, как и обещал дракон. Вот только объяснить это безутешному отцу явно не получится. Так следует ли пытаться? Нужно поскорее делать ноги…
Стоило об этом подумать, как возле меня, словно из ниоткуда, вырос Ксин. Думаю, не нужно говорить, что взгляд его, обращенный на меня, пылал негодованием и красным светом? Я даже невольно почувствовала за собой вину.
– Мы уходим, – процедил он сквозь зубы, а после схватил за плечо и быстро повел в сторону от настигающих нас людей.
– Где Тайлан? – быстро спросила я, едва поспевая за размашистой походкой высокого демона, наткнувшись на злобный взгляд алеющих глаз.
– Вспомнила про своего мужчину? – не скрывая яда, поинтересовался Ксин, чем вызвал виток раздражения. Однако спорить я не стала. Не время…
– Где он? – настаивала я, так как направлялись мы совершенно не в ту сторону, где было наше убежище.
– Заткнись, – был мне ответ, который породил в моей душе тихую ярость. Пришлось несколько раз напоминать себе в мыслях, что я не могу позволить себе сорваться. Вот никак не могу! Это подействовало, немного успокоив, но ненадолго, так как группа людей неожиданно появилась сбоку и моментально напала на нас, вынудив демона грубо завести меня себе за спину, едва не уронив на мокрый камень, и отразить атаку человеческих воинов, появившимся в руках магическим мечом.
От резкого движения, с головы Ксина упал капюшон, явив людям… собственно, демона. В первое мгновение они отшатнулись в ужасе, а после, закричав что-то про нечисть, ринулись в еще более яростную атаку.
К этому моменту подоспела и первая группа из четырех мужчин, что до этого спорила со Старейшиной. И вот тут пришлось уже уклоняться уже мне: к трем людям, с кем уже сражался демон, присоединились еще двое. А вот оставшаяся пара стала наступать на меня. Я не расслышала, что именно им приказал Старейшина, но из того, что эти двое вполне серьезно замахнулись на меня мечами, следовало, что приказ был однозначным: убить.
Вот только старик и его подручные не учли, кто здесь из нас двоих с демоном, на самом деле, опасен. Точнее, потенциально опаснее. И это стало сильно напрягать. Увернулась раз, угомонив поднимающееся раздражение, отскочила в сторону второй раз, пропустив лезвие клинка человека в паре сантиметрах от своей груди, и новый виток злости против воли поднимался в душе, который подавить уже не удалось.
Понимая, что все закончится плохо в любом случае, я упрямо защищалась, краем глаза наблюдая за тем, что демон расправился уже с тройкой и сейчас сражается с еще выжившими воинами.
Засмотревшись, допустила ошибку и лишь в последний момент успела пригнуться от удара одноручного короткого меча, который срубил прядь волос, знатно укоротив мою прическу сбоку.
Почему-то подумалось, что Тайлан от этого сильно расстроится. Вспомнилось, как он любил возиться с моими волосами, медитируя, пока пропускал их через гребень и переживал каждый раз, когда я заговаривала об укорочении шевелюры.
Этот факт так меня поразил, что сдерживать злобу стало просто невозможно. В Мирах так мало существ, кто мне на самом деле дорог, и так же мало вещей, которые могут доставлять мне радость. Так получилось, что от природы я не сильна в эмоциях и желаниях, но, при этом, мне очень нравилось доставлять радость любимым. А еще, я очень не любила, когда эти же любимые грустили. Пожалуй, эти два момента были безусловными в моей жизни и моих понятиях.
По рукам заструилась магия, а губы растянулись в оскале. Заметив на лицах нападавших ужас и страх, поняла, что и вторая сущность стала проступать на моем лице. Отпустив все сомнения, приготовилась к выбросу магии… но промелькнувшая мимо меня тень отвлекла, мгновенно возвращая ясность сознания. Этого хватило, чтобы в тени узнать Тайлана, который закрыл меня собой, а после, в пируете обрушился на людей, в несколько точных ударов, раня одного в руку, отчего мужчина был вынужден отпустить тяжелое оружие, а второго в бок.
Хоть у Тайлана и получилось перетянуть внимание людей на себя, эльф по-прежнему был плох и, запутавшись в собственных ногах, не смог вовремя затормозить, практически напоровшись на клинок того, что был ранен в бок.