– Куда? – изумилась Полина.
– В театр, – ответил Петр. – Вот билеты. Это замечательная труппа, она сейчас гастролирует, и это редкий случай увидеть ее на сцене. Вы любите классику?
Полина сделала неопределенный жест рукой.
– «Ревизор», – заторопился объяснить Петр. – Это еще из школьного… уморительно смешно смотрится и сейчас!
Полина вспомнила историю о прощелыге-обманщике Хлестакове. Она не так давно перечитывала эту пьесу, и воспоминания были совсем свежими.
– Как вам идея? – спросил Петр. – Сеанс через сорок минут. Я даже костюм подобрал под ваше платье! Хотите, возьму розу и сделаю бутоньерку? Мы пройдем по улицам, как аристократы по бульварам Парижа, вы возьмете меня под руку… А в театре в антракте будем пить шампанское и есть бутерброды с икрой. У вас нет шляпки? Вам бы очень пошла шляпка!
– Вы серьезно? – засмеялась Полина.
– Абсолютно серьезно, – улыбнулся Петр.
Когда он улыбался, от уголков его глаз бежали привычные к смеху лучики морщинок.
– Знаете, сейчас все старомодное называют красивым словом «ретро». Я приглашаю вас в театр. Ложа заказана!
– У вас легкость в мыслях необыкновенная! – пошутила Полина цитатой из книги.
– Ведь на то живешь, чтобы срывать цветы удовольствия! – незамедлительно откликнулся Петр. – Значит, идем?
Полина кивнула.
– Подождите меня внизу.
Перед зеркалом она снова распустила и расчесала волосы, освежила лицо холодной водой, сунула ноги в туфельки и вышла, прихватив с собой розу для бутоньерки.
Номер остался темен и тих. Рама окна опустела: словно ушла из картины давно и, казалось, навечно застывшая в ней печальная женщина. Ушла и оставила лишь застывший букет на столике, превратив портрет в натюрморт.
Они шли по улицам, и Полина держала Петра под руку. Он сунул розу в петлицу пиджака и напустил на себя торжественный вид. Полина чувствовала усталость, но приятную, спокойную. Она простила Петру его вопросы о родителях и с интересом расспрашивала его сама.
– Ваша сестра живет здесь, а вы?..
– Я живу в Москве. Моя сестра – очень самостоятельная девушка, и такой была с самого детства. Она даже не позволяла помогать себе строить пирамидку из кубиков, когда мама хотела с ней поиграть. Ее любимое слово было: «сама!». Она очень творческая натура, глубокая, ранимая. Занималась танцами, мечтала стать балериной, но не всем удается сиять на сцене Большого. Мы не были в ней разочарованы, мы поддерживали ее, но она сама себе не смогла простить провала. Она говорила, что не может быть одной из сотен тысяч. Ей показалось, что лучше быть одной хотя бы из десятка тысяч! И она уехала из Москвы сюда, выступала в местном театре, а потом нашла себя в преподавании танцев. Работает в небольшой студии, обучает девчушек. Ее очень любят и хвалят и ученицы, и их родители. Но ее гордость не дает ей покоя, она до сих пор страдает оттого, что не добралась до вершины, что мечта не осуществилась. Вроде бы, даже обращалась к психологу. Я сам сто раз пытался ей помочь, но почему-то я для нее не авторитет. – Петр рассмеялся, на этот раз невесело. – Мне кажется, что ей хочется окончательно отгородиться от семьи, чтобы забыть прошлое. Но я узнал, что у нее объявился жених, и решил приехать, пообщаться… Видимо, зря. Она так со мной пока и не встретилась. Вам интересно меня слушать?
– Да.
Полина не лукавила. Ей была близка эта тема. Она чувствовала, как свои, метания этой девушки. Слышала в голове вопросы, которыми та задавалась: кто я? Что я могу?
– А вы?
– Я? В детстве был весьма непримечательным ребенком. О таких говорят: очень хороший мальчик. С тех пор мало что изменилось. Я журналист. Обозреваю политические события. Это довольно интересно.
– А семья? – спросила Полина.
– Семьи у меня нет, – ответил Петр. – Я был женат, но оказалось, что мы оба рассматривали наш брак как веселое приключение, а жизнь оказалась прозаичнее сказки, поэтому не сложилось.
Он не спросил ее о семье, но вопрос, казалось, повис в воздухе, и Полина решилась рассказать.
– Знаете, а я замужем и даже не знаю, не расценивается ли наш вечерний променад как…
– Как флирт с другим мужчиной? – догадался Петр. – Ну что вы, это просто случайный лишний билет. Как если бы вы пошли с коллегой, потому что выиграли вдвоем билеты в качестве премии за хорошую работу.