— Уже недалеко до перевала, — сказал он.
Герак изучал землю
— Пойдём, — окликнул его Васен.
— Подождите. Взгляните на эти следы, — сказал Герак, нахмурив брови. — Тут прошло много людей. Вчера.
— Мы с паломниками.
— Мы шли по другому участку, — сказал Орсин. — Вон там.
Васен понял, что Орсин прав. Он подошёл к Гераку. Какие бы следы тот не разглядел на земле, Васен их не видел.
— Откуда ты знаешь, что это было вчера?
— Постоянно шёл дождь, — отозвался Орсин. — Мне кажется…
— Орсин, я хорошо умею две вещи, — прервал его Герак. — Стрелять из лука и читать следы. Я уверен.
Васен с Орсином переглянулись. Орсин озвучил сделанный ими обоими вывод.
— Оракул предвидел нападение. Все покинули аббатство.
Васен уже качал головой. Он не мог представить, чтобы жрецы и Оракул покинули святую землю из–за угрозы нападения.
— Оракул немощен. Он не может путешествовать.
— Пришлось, — сказал Герак. — Разве что…
И в одно мгновение Васен всё понял. Он мысленно повторил слова, сказанные ему Оракулом перед уходом из аббатства, вспомнил окончательность его прощания.
— Во имя света, — выругался он. — Он приказал всем уйти. Он остался там один.
— Зачем ему так поступать? — спросил Орсин.
Васен огрызнулся на него, жёстче, чем хотел.
— Откуда мне знать, зачем провидцы поступают так, как поступают?
Орсин посмотрел на него, заморгав от грубого тона.
— Извини, — сказал тот, положив руку Орсину на плечо. — Он… сказал мне кое–что перед моим уходом. Теперь это стало похоже на прощание.
— Тогда нам нужно спешить, — ответил Орсин.
— Да.
Ущелья, расселины и впадины избороздили лицо гор. Но ни одно из них не обмануло Васена. Следуя по пути, которым он мог пройти даже с закрытыми глазами, Васен провёл товарищей ко входу на петляющий перевал, который должен был привести их к аббатству.
— Сюда, — сказал он.
Местность резко поднималась. Васен провёл их через серию развилок и узких, засыпанных камнями проходов. Герак, похоже, запоминал маршрут, кивая на заметные ориентиры, вероятно, запечетлевая в сознании те или иные вехи.
— Неудивительно, что никто без посторонней помощи не мог найти эту долину, — сказал он.
Васен прошептал молитву Амонатору и позволил силе потечь в свой клинок, засверкавший розоватым светом.
— Скоро мы достигнем тумана. Внутри живут духи стражей. Держитесь рядом со мной и не вслушивайтесь в их шёпот.
Предостережение о духах напомнило Васену про его предыдущее путешествие по перевалу. Казалось, будто с тех пор прошли годы, но это произошло совсем недавно. Духи говорили о его отце и об Элгрин Фау. Интересно, что он услышит на сей раз.
Когда проход выровнялся и расширился, он увидел первую веху — булыжник, у основания которого была вырезана крошечная роза. Рядом с камнем лежала скрюченная фигура. Сердце застыло в его груди и он бросился туда, звеня доспехами. Прежде чем достичь тела, он понял, что оно слишком крупное, чтобы принадлежать Оракулу.
Он положил щит на землю и опустился рядом с мертвецом. Тело принадлежало мужчине — толстому, лысеющему, с густой бородой и усами. Его одежда и кожа были разодраны в клочья. Он погиб от потери крови, получив сотни маленьких укусов по всему телу. Камни вокруг него были запятнаны чем–то бурым. Раздоранные остатки его губ обнажали зубы в предсмертной гримасе.
— Минсер Коробейник, — сказал Герак за спиной Васена.
Глаза Васена упали на метку у основания булыжника. На солнце и розе запеклись несколько капель крови Минсера.
— Должно быть, они воспользовались магией, чтобы идти от вехи к вехе, — сказал он. — Надо спешить.
Прежде чем встать, Васен поднял свой меч над телом Минсера и прочитал поминальную молитву. На что–либо другое у него не было времени.
— Иди к свету, — закончил он, поднимая сияющий меч к небу. — Покойся с миром.
— Думаю, он был бы благодарен, — сказал Герак, и на этом они оставили Минсера.
Васен ждал, что у его ног заклубится серый туман, вскарабкается по лодыжкам, ожидал, что в сознании зазвучат тревожащие шепотки и шорохи духов, но ничего не видел и не слышал. Он перепроверил метку дважды, остановился, огляделся кругом.