— Нам нужно идти, — повторил Орсин.
Васен схватил Герака за руку.
— Она отмщена, Герак. Элли отомщена. Пойдём.
Костяной дьявол был вдвое выше человека, его обнажённое тело обладало цветом старой кости, плоть так сильно натянулась на нём, что, казалось, он состоит из одной лишь кожи, сухожилий и костей. В чёрных, как запятнавшая пол желчь, глазах пылала ненависть. Пальцы на его гипертрофированных руках заканчивались чёрными когтями длиной с лезвие ножа. Дьявол поклацал ими, как будто пробуя новую игрушку.
Наконец, двойные двери поддались, и полдюжины шипастых дьяволов вместе с Сэйидом хлынули внутрь. Они резко остановились при виде возвышающегося в комнате костяного дьявола.
Взгляд безэмоциональных, мёртвых глаз Сэйида упал на груду разодранной плоти на полу у когтистых лап дьявола, на лицо худого мужчины, которое ещё можно было разобрать на вершине груды, его глазницы смотрели в никуда, безвольный рот распахнут в беззвучном крике.
— Зиад? — спросил Сэйид, меч безвольно повис у него в руке.
Орсин схватил Васена и Герака железной хваткой.
— Нас ждёт собственный путь.
Он кивнул на линию теней, что вела из Клинка Пряжи вниз по залу, прочь от дьяволов.
— Мы должны идти. Прямо сейчас.
— Это свобода, Сэйид, — сказал дьявол глубоким и мрачным голосом. — Наконец–то свобода.
Сэйид упал на колени, глядя на дьявола. Его лицо обмякло, и Васен увидел, как что–то в нём умирает. Шипастые дьяволы притихли перед своим крупным собратом.
Васен, Орсин и Герак развернулись и бросились бежать.
Не успели они пробежать и пяти шагов, костяной дьявол сказал:
— Убейте их всех.
Васен обернулся, чтобы увидеть, как шипастые дьяволы несутся вслед за ними, сплошные шипы, чешуя и клыки. Они выпустили в воздух несколько дюжин шипов, загоревшихся в полёте.
Он направил силу Амонатора через свой щит и тот вспыхнул, залив розовым светом весь коридор. Шипы ударили в свет и посыпались на пол. Васен развернулся и побежал дальше, следуя извивающейся нити тени, тянувшейся перед ним из Клинка Пряжи.
Дьяволы завопили и бросились в погоню, их когти заклацали по каменному полу. Орсин слетел по лестнице, преодолел несколько дверей, которые Васен захлопнул вслед за ними, надеясь задержать дьяволов. Он держал Клинок Пряжи перед собой, следуя за сотканной им нитью. Он понятия не имел, куда она ведёт.
— Это может ничего не значить! — крикнул он Орсину, указывая на нить из тени перед ними.
— Следуй за ней, — ответил Орсин. — Доверься мне! Это уже случалось раньше!
Каждый раз, когда они сворачивали за угол, каждый раз, когда открывали дверь, Васен опасался встретить новых дьяволов, но путь оставался чист. Они промчались через наружную дверь в северный двор, пробежали по гладким плитам и сияющему солнцу, символу Амонатора.
— Меч ведёт нас в долину, — сказал Герак. — В лесах мы будем уязвимы. Нам нужно выбрать место для обороны и принять бой.
— Ты только и хочешь принять бой, — с ухмылкой отозвался Орсин, потащив его за собой. — Не останавливайся!
Позади них дьяволы пробились сквозь дверь, заметили троих товарищей и выпустили поток пылающих игл. Снаряды застучали по стенам.
— Не останавливайтесь! — воскликнул Васен, и потянул Герака вперёд. — Следуй за нитью! Следуй за нитью!
Они выбежали со двора, пробежали мимо пристроек и загонов для скота, бросились к соснам. Дьяволы не отставали. Васен слышал, как они рычат — не только позади, но и с обоих боков.
Лихорадочно размышляя, Бреннус стоял перед тёмным прорицательным кубом.
— Будем смотреть? — спросили гомункулы. Конструкты сидели на обоих его плечах.
Бреннус кивнул. Он поднял руку и выпустил разряд энергии в куб, активируя его. Чернота на серебрянной поверхности собралась в тёмные тучи, обнажая блестящую металлическую поверхность.
Тени яростно кружились вокруг него, вторя бешеному ритму сердца. Он сжал в одной руке священный символ в виде розы, а в другую взял ожерелье матери, поднял их перед собой — два украшения, созданных с разницей в тысячу лет, но вместе сложившихся в очередной кусочек головоломки, которую он давно пытался разгадать.
Он сотни раз пробовал найти с помощью магии аббатство Розы и всегда терпел неудачу. Он решил, что это просто миф. Но сейчас понял, что ошибался. Он предпринял не меньшее число попыток отыскать сына Кейла и тоже потерпел неудачу, и тоже решил, что сын был мёртв или за пределами досягаемости. Но сейчас понял, что и на этот счёт ошибся. До этих двух случаев единственной личностью, за которой он не мог следить с помощью магии, был сам Эревис Кейл — Маск закрыл Кейла от прорицания Бреннуса. Но Маск был мёртв, разве нет? Так кто закрывал сына Кейла?