Они продолжали идти вперёд, потому что другого выбора не было. Мечи рассвета подбадривали паломников, оглядывая местность в поисках убежища, но ничего не видели. Нолл покачивался, спотыкался, его кашель в промежутках между ударами грома был слишком сильным. Мальчик упадёт, если в ближайшее время они не найдут укрытие, а двигались они чересчур медленно.
Васен отошёл в тыл колонны, где Элдрис пытался удержать Нолла в вертикальном положении. Элора, чьи тёмные, волнистые волосы прилипли к бледному лицу, не находила себе места. Дождь не мог скрыть её слёз.
— Разве вы не можете помочь ему? — спросила она Васена, схватив его за руку. — Пожалуйста, меч рассвета.
Васен мягко сказал:
— Надеюсь, что могу, но мне нужно убежище, чтобы провести более действенный ритуал. Кроме прочего, мне нужен огонь, и ни один огонь не продержится под этим ливнем.
Он опустился на колени и посмотрел мальчику в лицо. Ветер трепал их плащи. Глаза Нолла были подёрнуты дымкой, лицо посерело.
— Я понесу тебя, Нолл, но мне понадобится твоя помощь. Сможешь удержаться на мне?
Взгляд мальчика сфокусировался на Васене и он кивнул.
Васен избавился от своего мешка, щита и меча. Новый удар молнии озарил равнину.
— Пошли уже! — крикнул один из паломников. — Будем здесь стоять — попадёт молния!
Элдрис понёс вещи Васена, а Васен усадил Нолла себе на спину. Мальчик обхватил руками его шею, оплёл ногами туловище. Даже сквозь доспехи Васен чувствовал жар его лихорадки. Какое–то время он привыкал к весу.
— Просто держись, Нолл, — сказал Васен.
— Далеко ты его не унесёшь, — сказал Элдрис.
— Этого хватит, — сказал Васен и зашагал вперёд. Он крикнул паломникам:
— Пошли! Быстрее!
Небо потемнело ещё сильнее. Приближалась ночь, шторм усилился, а они так и не нашли подходящего убежища. Орсин не вернулся. Молния расколола небо и ударила в скрюченный, давно засохший вяз в броске копья от паломников. Дерево с громким треском раскололось, и две половинки мёртвого вяза упали на землю. Загорелись они лишь на мгновение, прежде чем дождь погасил пламя.
— Где–нибудь ещё осталась проклятая роща с живыми деревьями? — крикнул Васен, когда Нолл затрясся от очередного приступа кашля. Его мать держалась рядом с Васеном, хлопоча вокруг сына.
Васен сосредоточился на том, чтобы ставить одну ногу впереди другой. Тени текли с его кожи. Нолл либо уже не замечал их, либо ему было всё равно. Как и его разбитой горем матери. Усталость Васена угрожала смениться истощением, а дождь всё не переставал.
Бирн перешёл в конец колонны.
— Ты как?
— Более–менее. Как мальчик?
Бирн проверил мальчика, снова взглянул на Васена.
— Не очень.
— Только не мой сын, только не мой сыночек, — запричитала мать Нолла. — Я уже потеряла его отца из–за сембийской армии. Я не могу потерять и его.
— Найди мне место, — сказал Васен Бирну. — Любое место. Мы должны попробовать провести ритуал.
— Ничего нет, первый клинок, — ответил Бирн.
Их внимание привлёк раздавшийся в колонне возглас. Двое из паломников указывали влево, но дождь и темнота мешали Васену разглядеть там хоть что–нибудь. Небеса снова пронзила молния.
— Там! Там!
Васен увидел. В сотне шагов от них на холме стоял Орсин и размахивал над головой своим посохом. В Васене загорелась надежда.
— Подсвети нас, чтобы он знал, что мы его увидели, — сказал Васен Бирну.
Бирн кивнул и прошептал молитву, которую заглушил вой ветра. Его щит засиял, тёплым, розовым светом благословения Амонатора. Бирн пошёл туда, где они в последний раз видели Орсина.
— Поспешите, — крикнул Васен. — Быстрее. Торопитесь.
Оскальзываясь на мокрой земле, отряд пошёл вслед за Бирном в сторону Орсина, который спустился с холма им на встречу. Грохотнул гром.
— Я нашёл пещеру. Она вместит всех.
Васен схватил его за плащ, опёрся на него, пытаясь найти силы.
— Как далеко?
Глаза Орсина казались лунами на его лице.
— Чем быстрее пойдём, тем ближе.
Васен отпустил его, и они зашагали сквозь бурю. От усталости зрение Васена затуманилось, но Орсин, казалось, точно знал, куда идти. Они пересекли гребень холма, спустились, обнаружили внизу широкий ручей, который дождь превратил в настоящую реку, и пошли вдоль него. Поток проделал траншею в земле, берега круто обрывались к его краям.