От ничегонеделания, пока не приедут из Редклиффа, лорды промывали кости всех вокруг за выпивкой и угощениями. Вспоминали о годах правления Кайлана и Аноры, об отсутствии наследника, о резне в Хайевере, о болезни Эамона, предательстве Хоу, о порождениях тьмы, и о всяких темных личностях, рыскающих в закоулках. В городе поговаривали, что начали бесследно пропадать много народу, а в гавани то и дело приплывали и отплывали подозрительные корабли без опознавательных парусов. Некоторые предполагали, что это работорговцы из Тевинтера. Однако подтверждения этому не было, а официально расследовать эти пропажи никто не взялся: на поиски бедняков вряд ли кто-нибудь стал бы тратить время и силы. И вообще сейчас совсем не то время.
— Побереги силы для Мора, приятель, — к Дайлен, все последние дни проводившего на тренировочном поле в своем резиденции, подошел Ромерик.
Его приятель весь запыхавшийся и вспотевший мутузил бедный манекен.
— Когда же прибудут из Редклиффа! Я уже не могу смотреть на его крысиную рожу! — последний удар снес голову манекена, отправив его в полет.
— Говорят, через три дня. Если погода будет хорошей.
— Ещё три дня! — сокрушенно выдал Дайлен и отошел попить.
— Знаешь, ты вместо своего уединенного самоистязания мог бы взять пример с других.
— Ты о чем? — уставился на него в изумлении волчонок Хайевера.
— О королеве, разумеется. Сейчас каждый хочет показать себя во всей красе перед ней. И тебе бы тоже стоило. Ну, чтоб развеется.
— Сейчас мне не до того. Я думаю лишь о том, как бы увидеть голову Хоу на лезвии моего меча! Увидеть его захлебывающимся от собственной крови… — Дайлен умыл лицо холодной водой. — Кстати, а почему ты здесь, а не с теми, кто хочет выпендриваться перед королевой? Думаю, у тебя есть неплохой шанс стать королем.
— Ха. Шанс-то, конечно, есть, не спорю. Но в моем сердце только одна дама, — подумал об Ал бывший гвардеец. — Ладно, пойду я, а то нас обвинят в сговоре против короны. Я слышал, у Хоу везде глаза и уши. Иногда мне кажется, что он здесь всем управляет, а не Логейн или Анора. Так что, будь осторожен.
«Пусть это он будет осторожен. Хоу… Дыши, пока можешь…», — заскрипел зубами Дайлен, провожая взглядом отдаляющуюся спину Ромерика. «Три дня… Осталось дождаться всего три дня».
Для Северной делегации предоставили пустовавшую бывшую резиденцию тейрна Кусланда напротив резиденции Эамона в центральном районе Денерима. Дайлен лишь пару раз бывал в столице: в детстве и во время королевских турниров. Попрощавшись с чемпионом и утолив жажду, младший Кусланд вернулся к манекену.
***
Каждый день тронный зал заполнялся всякими разными людьми до отказа. Мрачные думы и нервозность нависшей ситуации пытались маскировать приглашенными музыкантами, артистами, и, естественно, представителями прекрасного пола во главе с Анорой. Королева по-настоящему блистала на приемах. Изысканное платье нежно лазурного цвета дополняла и подчеркивала одаренную от природы красоту светловолосой женщины с фарфоровой кожей. Каждый представитель мужского пола невольно желал обратить на себе хоть капельку внимания королевы. Анора с легкой улыбкой встречала всех гостей и держалась с достоинством, чего не скажешь об её отце.
Видя весь этот фарс, Логейн терпел что есть силы. Хотя терпение его иссякало неумолимо быстро. Его посеревшее от усталости лицо становилось хмурым с каждым часом пребывание в заполненном зале. Он всегда ненавидел подобные торжества, считая их поганой заразой Орлесианской швали. Только они могли придумать столь бессмысленные традиции, танцы… и все эти красочные тряпки, которые скрывают их лживую натуру за масками, как у них там принято всё это называть — Великой Игрой.
Последние дни он всё чаще и чаще задавался вопросами, когда особенно уставал: «этого ли он хотел?», «за это ли он проливал кровь и жертвовал дорогими людьми?». Он вспомнил давние дни, времена войны с Орлеем плечом к плечу со своим, как оказалось, единственным другом… И отчего-то те дни казались ему более настоящими, чем сейчас. Откинув нелепые мысли, он вернул себе прежний холодный настрой. По крайней мере, скоро весь этот фарс закончится, когда прибудет Эамон со своим кандидатом в руки и сердце для королевы. Ферелден вновь объединится под началом нового короля и королевы, даст отпор Мору, низвергнет Архидемона обратно в подземный мир и тогда слава молодого Королевства прогремит на весь мир, что заставит уважать их.
В честь предстоящей свадьбы жителям раздали зерно и хлеб из хранилища. Это немного улучшило ситуацию в городе, но все равно положение было удручающим. Слишком много голодных ртов рыскало по трущобам, где бурная жизнь кипела не только на улицах столицы, но и в порту. О грядущем событии узнали и за морем, откуда приплывало множество кораблей. Гавань Денерима как-никогда был заполнен до отказа и уже не мог вмещать столько кораблей.
***
Через три дня настал момент истины. Благо погода соблаговолила путникам и они добрались за короткое время. Караульные заметили приближение огромного отряда и раструбили об этом тем, кому надо. Делегация гномов прибыла вместе с представителями Эамона и Серых Стражей, среди которых при полном параде находились все: Дункан, Риордан, вернувшиеся с Орзаммара Алистер, Алдуин и Морриган, а также Лелиана. После формального приветствия возле королевских врат, гостей отправили на отдых. Официальные переговоры начнутся завтра. Нужно же было дать гостям смыть грязь и пот от длительного путешествия и принарядиться к торжеству. Огромную толпу людей и гномов встретили в резиденции Эамона во всей красе. Каждому выдали покои, и приготовили ванны после трапезы.
Наутро в кабинете Эамона собрались все кроме двух Серых Стражей, чтобы ещё раз обсудить детали Собрания.
— Так и знал, надо было остаться в Глубинных Тропах. Там было уютнее, чем здесь, честное слово, — из всех своих компаньонов Алистер выглядел самым несчастным. Хотя, с чего бы? Его выдвинули на кандидатуру в мужья к прекрасной молодой королеве. Многие бы отдали всё, чтобы оказаться на его месте.
— Алистер, ты должен показать себя во всей красе, — твердил Эамон.
— Знаю, знаю… — пробубнил страж чуть слышно, в уме добавляя: пусть Архидемон появится, чтобы спасти меня.
— Хватит, Алистер, мы же уже обсуждали, ты должен понять, ты — лучший кандидат. За тобой люди пойдут, — в который раз уверял его Эамон.
— И в который раз я отвечаю, никто за мной не пойдет, — кривил лицо страж.
— Алистер, он прав. Иногда нужно пойти на жертвы ради благого дела. Разве так плохо, что твое решение, которое не нравится только тебе, может спасти другие жизни? — слова Ал добили последний рубеж сопротивления молодого стража.
— Ладно, Создатель с ним… В конце концов, что я теряю? И вообще королева же не дура, и не факт, что выберет именно меня. Вон, полно же красавцев в замке, как я заметил.
— Мм… Насчет интеллекта королевских особ я не была бы так уверенной. Вполне вероятно, что вы окажетесь идеальной парой, — Алистер ничего не ответил едким словам ведьмы. Молодой Страж отметил, что без Ильмы рядом, Морриган была особенно холодной и неприветливой, а казалось бы куда ещё.
— А где Дункан с Риорданом? — решил он отвлечься от этой темы.
— Я их с утра не видел. Они что-то делают в форте Драккон, — беспечно ответил Эамон. — А, Теган, мы готовы идти в тронный зал?
— Да, сейчас кареты доставят, — пришел брат Эамона.
— Какие кареты, тут всего пятьдесят шагов до дворца!
— Алистер, так принято. Иди, переоденься, — страж от бессилия закатил глаза и ушел к себе, проклиная тот жутко тесный камзол, который ждет его там. Дамы в отличие от него уже были готовы.
— Мм… Морриган, а тебе идет это платье.
— Ни слова больше, — зло процедила ведьма Лелиане, окинув барда недобрым взглядом, но ту это никак не проняло.
Дождавшись Алистера, вместе со своими кавалерами они выдвинулись к месту торжества. В торжественном зале уже собрались все стороны. Людей было просто не протолкнуться. Логейн что-то обсуждал и подписывал с представителями Орзаммара, пока в зал стягивались последние участники. Первым на глаза бросался громадный стол из камня. Огромный стол посередине зала был накрыт угощениями и напитками на любой вкус. Помимо убранства зал украшали другие люди. В скромном углу уединились и играли тихую музыку приглашенные музыканты, а слуги своевременно наполняли стол, стараясь не привлекать к себе внимания. Каждый был занят своим делами, пока не начнется Собрание.