- Не трогайте. Пусть будет так, как есть, - посмотрев на Брюса, настроенного и готового приступить к практической части устранения очередного очага зла на их острове Спасения.
Люди стали полукругом, оставив лишь коридор в сторону мыса. Ветер обдувал их лица, трепал волосы, нагоняя черные тучи. Их взгляды были неизменчивы. Чьи-то решительно жестоки, чьи-то скрывали свои истинные чувства сожаления. Но такие взгляды Марк практически не уловил. Что же со всеми ними? Он вырвался из объятий матери, решив, что не так должно все закончиться для их семьи. Он сделал протестующий шаг вперед, смотря им в лица:
- Послушайте! – выкрикнул он.
Отец Джулиан иронично улыбнулся.
- Марк… - сипло и бессильно протянул Джек.
- Сынок! – выкрикнула мать, не отпускающая отца, иначе он свалится на землю.
- Как ты смеешь! – резко сказал Брюс, подойдя к Марку.
Тот обернулся на него, встрепенувшись от угрожающего внешнего вида палача.
- Нет-нет, - спокойно остановил его своими словами Джулиан. – Он имеет право на последнее слово.
Брюс послушался Джулиана, и пальцем не тронул Марка, который молча посмотрел на Джулиана, всем сердцем желая ему той же участи. Но как переубедить двести слепых упрямцев, которых никто до этого переубедить не смог? Они сами должны себя переубедить! Никто другой этого не сможет. Но он, по крайней мере, попытается…
- Люди! Послушайте! Ради Бога послушайте, я вас прошу! Я вас умоляю! Посмотрите правде в лицо! Посмотрите! И спросите себя, за что вы обрекаете нашу семью на смерть? Это достойно смерти?
- Ты поступил против нас. И твой отец, когда пошел на юг, чего делать нельзя, - сказал Брюс.
- Нельзя? Разве за это убивают? Вы за это лишаете нас жизни?
- Мы вершим правосудие, - продолжил Брюс.
- Правосудие?
- Да. Кто против Бога, тот враг его. Кто враг его, тот наш враг. Кто наш враг, тот достоин смерти, ибо мы люди праведные, отстаивающие волю Божью, а враг наш, в таком случае, подлежит устранению.
- Устранению? Вы слышите? Единственное, что вы устраняете – это свой страх! Слышите? Вы просто трусы! Иначе это назвать нельзя, - как можно громче стал говорить Марк, надеясь на то, что его слова, таким образом, будут звучать убедительнее. – Вместо того, чтобы встретиться со своим страхом лицом к лицу, решить проблему, вы убегаете от нее, сбрасываете со скалы. Очень умно! Очень!..
- Мальчик, ты заблудился, – спокойно, но с принципами лучшей декламации произнес Джулиан.
- Нет, это вы заблудились! Это вы нарушаете Божьи заповеди! Разве не так? Почему вы убиваете собственноручно, когда сказал Бог «не убей»?
- Что? – насмешливо произнес Джулиан, чувствуя, как градус их спектакля становится горячее, готовясь к словесной перепалке с весьма не глупым юношей.
- Мы вершим правосудие, - снова сказал Брюс, явно решительно настроенный казнить Лоуэллов как можно быстрее.
В его лице читалась нетерпеливость. Почему святой отец тянет, он не понимал, поглядывая на него. Джулиан выглядел спокойным, будто бы вошедшим во вкус.
- Правосудие вершит Бог, раз уж на то пошло. И если нам суждено умереть, то пусть в нас попадет молния, но мы точно не должны погибать от ваших рук, от вашего решения, преподобнейший! С каких это пор мы живем по традициям времен крестовых походов? Ведь, вы еще помните, что это такое? А? Здесь же как минимум две сотни человек с большой земли, и вы должны помнить это из истории! Кровожаднейшей истории нашей веры, за которую убивали. Убиваете и сейчас?
Джулиан встрепенулся, увидев, как некоторые перешепнулись о чем-то.
- С каких это пор мы – цивилизованные люди, живущие без календаря, но явно понимающие, что живем мы в двадцать первом веке, поддерживаем и одобряем методы инквизиции? Иоанн Павел II просил прощения за ее ошибки, признавая ее насилием. Вспомните! Те, кто застал это время! Уверен, таких людей здесь совсем немного, но вы есть. Признайте, что поддерживаете неверное действие!..
- Хватит! – пресек слова Марка раздраженный Джулиан.
Теперь он не выглядел таким спокойным и уверенным. Он видел лица присутствующих стариков. Взгляды их сделались задумчивыми. Джулиан понял, что недооценил Марка в данный момент, впрочем, обычно считая его умным парнем, даже чересчур.
- Почему? Правда уши режет? Но вам придется выслушать… - все громче говорил Марк от того, что Брюс начал закрывать ему рот, с силой обхватывая его голову.
Марк начал сопротивляться, но толку от этого было мало. Брюс был силен, и он отлично справлялся с попытками Марка вырваться из его крепких и жилистых объятий. Даже когда Люси подбежала к нему и стала бить его своими слабыми руками по спине, Брюс не пошатнулся. Наоборот. Легким движением локтя оттолкнул от себя бессильную женщину, и демонстративно шагнул в сторону Джека, показывая ему превосходство системы. То, как она давит их в этот момент. Джек постарался подняться на ноги в ответ, чтобы не быть на коленях перед Брюсом, смотря на то, как губитель душит его сына. Но так и не успел сделать этого, поскольку Брюс пнул его, как только тот еле приподнялся на ногах. Джек снова оказался на земле. Скорчившись от боли, он выкрикнул, но постарался как можно скорее скрыть свою боль и бессилие. То, что начал медведь, потому что он хищник, сейчас заканчивали люди, потому что они свиньи. При этом настоящие свиньи куда человечнее. Так он подумал в этот момент, стараясь быстрее подняться снова. Желал этого больше, чем мог совершить на самом деле. И от этого ему было больно не меньше, чем от ран, нанесенных медведем.
Люси снова подбежала к Джеку, обнимая его за голову. Она не сдерживала эмоций – громко рыдала. Кричала. И крик ее все более становился внешним проявлением нарастающей истерики и паники, от которой ей хотелось умереть прежде времени. Не увидеть камней. Прямо здесь и сейчас. Лучше уж так, лишь бы не видеть их при падении. Смотрела на то, как Брюс продолжает сдавливать лицо Марка в своих крупных и сильных ладонях, мечась в мыслях, не зная, кого защитить. Кинулась в сторону Марка. Стала колотить Брюса снова, но тот лишь посмеялся. Один из мужчин решил угомонить ее, выкрикнув, что ему надоело, как шумит «эта сука», схватив ее за плечи и с силой отбросив в сторону. Люси упала, снова оказавшись рядом с Джеком на земле.
Сердце Марка разрывалось на части. Он не мог спокойно смотреть на все это. Он очень постарался вырваться из хватки Брюса снова, и замахал головой так, что тот отпустил его лицо на несколько секунд, а Марк успел выкрикнуть:
- Зайдите к нему в сарай! В подвал! Сейчас же! И сами все увидите, пока не успел замести следы!
Брюс снова попытался закрыть ему рот, но Марк укусил его за ладонь. Брюс выкрикнул. Марк успел сказать:
- Это Джулиан убил Линду! А труп его родного брата до сих пор лежит в земле в его подвале! Посмотрите!
Брюс ударил Марка по лицу, и тот упал.
- Ложь! – выкрикнул Джулиан.
Выкрикнул так, что Марку сразу стало ясно, что он прав. И быстро отплюнув кровь от разбитой губы, он приподнял голову, и сказал:
- Ложь – это твое второе имя!
Брюс, держась за ладонь, не выдержал и ударил Марка с ноги в бок. Затем еще раз. Марк подскочил, чувствуя, как почки его чуть ли не вошли под дых, а затем упал на землю, продолжая ощущать всю мощь и болезненность удара Брюса. Ближайшую минуту он пошевелиться не мог, настолько сковала его боль.
- Сукин сын! – сказал Брюс, все еще не прощая Марку его укус, смотря на основание большого пальца, на котором был глубокий кровяной след от зубов.
Снова Джек попытался собрать в себе все силы. Его настолько изумил этот момент, что он нашел их. Превозмогая боль, он поднялся, с трудом выровнявшись, и сказав:
- Не трогай его! Возьми меня!
Брюс посмотрел на Джулиана, и увидел, как тот готов вступить с Джеком в разговор.
- Он всех возьмет, - сказал преподобнейший, возведя руки вверх с важным видом. – Ты только покайся. И Бог простит тебя.
Вот только это никак не отдалит его даже на шаг от мыса Смерти. Джек знал, что это значило. Все знали. Обычно, в такой момент «еретик» признается в чем-то, все больше веря в свою вину. Если не верит, его сбрасывают без церемоний. Но есть ли смысл оттягивать момент, который и так неминуем? Не больнее ли? Лишняя минута на осознание скорой смерти…