Стефан пожал плечами.
- Как-то раз Сартр решил зайти в гости к Камю. Решил спонтанно, тот его не ожидал. В общем, постучал в дверь. Камю спросил: «Кто там?» Сартр задался вопросом: «А действительно, кто я?»
- Мило, - сказал Стефан и улыбнулся.
- Ты правда не знал этот анекдот?
- Не знал.
- Тогда, что будем делать дальше?
- В смысле? – удивленно спросил Стефан.
- Вот мы сейчас придем в номер. Мы же не о Сартре и Камю будем дискутировать?
- В смысле? – стал притворяться дурачком Стефан.
Анна любила его эту игру. Обычно, ей отводилась роль напористой львицы в этой игре.
– Тебе не надоел этот скучный ресторан?
- Скучный? – спросил Стефан. – Ты же говорила, что он…
- Тшш!.. Так мы пойдем? Прямо сейчас? Я беру бутылку этого замечательного вина, и…
Стефан тут же согласился. Он подал Анне руку, и они вышли на Соборную площадь, от которой неспешно пошли в сторону отеля, который находился в десяти минутах ходьбы отсюда. Словно предвкушая продолжение вечера, Анна сверкала, пылала и горела, словно ее женский дух торжествовал, достигнув пика своего расцвета. Словно и дух, и тело ее были единым пахнущим на весь мир цветком, на который дано право присесть одной лишь пчелке. Стефан чувствовал все это в ней. И сам в себе чувствовал нужду делать и видеть ее счастливой. Чтобы каждую секунду, что она проводит с ним, она довольствовалась жизнью. Такое знакомое чувство… Предвкушение еще лучшего продолжения, прогулка по городу под руку… Невольно вспомнилась Мерилу… И тауэры Нью-Йорка.
«Странно» - подумал Стефан, – «Если бог не позволил людям возвести башню до небес, то почему сейчас им это разрешает? И не только строить башни – самолеты, космолеты…» - сам не зная, почему сейчас об этом подумал. Все же, эта привычка внезапно задавать себе философские вопросы в Стефане была непроходимой.
- Знаешь, Стефан! Я хотела тебе кое-что сказать, - молвила Анна, наслаждаясь прогулкой.
- Что же? – спросил Стефан.
- Постой! – сказала она ему, и они остановились.
Анна проникновенно посмотрела ему в глаза. Стефан чуть растерялся.
- Я хотела поблагодарить тебя за все. Спасибо тебе!
- В смысле? За что?
- За то, что ты со мной. За то, что ты такой… неординарный, но простой одновременно, - сказала она, и прижала к себе книгу. – За то, что ты есть. Вот такой человек – Стефан Полански, чью книгу я буду держать следующей в своих руках.
Стефан ухмыльнулся от неловкости.
- Я…
- Спасибо тебе, Стефан! За этот вечер!
- Ты… - начал Стефан, желая сказать Анне, что она пьяна, но тут же понял, что это лишнее, к тому же, она была не пьянее его, снова, – Ты когда-нибудь влюблялась? – не зная, что ответить, спросил он, тут же упрекнув себя в этом.
Что за глупый вопрос! Конечно же влюблялась! Лучше бы он сказал ей, что она пьяна! По крайней мере, посмеялись бы с этого. А теперь… Теперь придется выкручиваться…
- То есть, я имел ввиду, будучи замужем, ты испытывала то самое счастье, которое невозможно испытать ни с каким другим человеком больше? Счастье от любви? - выкручивался Стефан, еще раз спрашивая себя о том, что же он сейчас несет.
Может быть, это он слишком пьян? Анна и глазом не моргнула, все также смотрела на Стефана. Но еще глубже, чем до этого. Словно, начала копаться в самой себе, чего, видно, ей делать не хотелось.
- Нет, - впрочем, недолго думая, ответила она.
- Мы постоянно говорим только обо мне. Ты говоришь, какой я. Но мы не говорим о тебе. Пожалуйста, расскажи хоть что-нибудь! Я о тебе практически ничего не знаю! Знаю лишь то, что твой брат погиб на войне, когда ты была еще совсем маленькой. Что ты из бедной семьи…
Анна отрицательно покивала головой.
- Почему?
- А смысл?
- Действительно, а смысл? Давай займемся практикой нигилизма! – с сарказмом произнес Стефан, и даже с ноткой досады.
- Но ведь ты и так нигилист, Стефан. К тому же, какое это имеет значение! Вот, правда! Я думаю, мы знаем друг о друге достаточно для того, чтобы быть вместе. Больше не нужно. К тому же, имеет значение то, кем мы есть сейчас, сегодня, в эту минуту. Завтра мы проснемся другими людьми. И в прошлое нет смысла возвращаться. Вот ты! Тебя слишком заботит прошлое? Тебе приятно вспоминать о нем?
Стефан задумался, ведь, на самом деле, он знал, что это такое – вспоминать о прошлом. Глупый, глупый разговор!
- Ты права. Нет смысла. Прости, - смиренно согласился Стефан.
- За что, милый? – тут же улыбнулась Анна.
- За то, что так резко…
- Не бери в голову, Стефан! Лишь у мертвых не бывает эмоций, - успокаивающе сказала Анна. – Знаешь, что я всегда любила и люблю до сих пор? – сделавшись игривее, спросила она.
Стефан пожал плечами.
- В мужчинах. Те качества, которые демонстрируешь ты, Стефан! Да, скажу честно, я знала кучу мужчин. Достойных, и не очень. Богатых, и не совсем. Но никто из них не обладал тем, что есть у тебя, Стефан. Всем была интересна та обертка, которую я собой представляю, или то украшение для них, с которым они телепаются на очередное светское мероприятие. Интересны мои длинные ноги, и моя micio между ними, прошу прощения. Целая толпа циничных, отвратительных мужчин не способных чувствовать как ты, Стефан, быть верными как ты, уметь любить как ты. Ведь я вижу это в тебе, и ты от меня этого не скроешь. У тебя большое сердце, Стефан.
Стефан встрепенулся. Похоже, он все больше догадывался, о чем Анна говорит ему. Она подтвердила его догадки.
- Я вижу, как ты любишь ее до сих пор. И это прекрасно. Это вдохновляет, Стефан. Ты богат душой. И к твоей душе тянет. По сути, ты мог не приезжать сюда, и не должен был, но ты приехал. Не из-за того, что я тебе понравилась. Понравилась (и всего лишь) я тебе позже. Скорее, просто потому, что ты настоящий джентльмен, не способный отказать даме. И знаешь, что? Я хочу сказать тебе наперед, чтобы ты знал. И чтобы ты не подумал, что я пьяна, и говорю сейчас все это. Знай: ты имеешь право отказать мне. Мое сердце ты не ранишь этим, не переживай!
Стефан был растерян. Все же она затеяла откровенный разговор. Уже не впервые. И как же метки были ее слова. Поражали в самое сердце, и даже в голову. Он не мог думать от этого. Поэтому, и сказать что-то вразумительное тоже не мог. По сути, после его вопроса все это началось. Анна права, не нужно спрашивать больше, чем следует…
- Помни, ты никому ничего не должен.
Глупо. Глупо молчать! Скажи же что-нибудь, Стефан! Он заставил себя.
- Почему ты заговорила об этом?
- Потому, что я вижу людей насквозь. Я знаю, многие так говорят, но не многие по-настоящему это умеют. И знаешь, что я вижу в тебе? Силу, которую больше никто не сможет обуздать. Никто. Но я могу осмелиться помочь тебе направить ее в нужное русло.
- Ты о моем романе?
- Ты думаешь, я из-за него так распиналась? – насмешливо сказала Анна, тут же переменившись в лице.
Как же быстро она умела меняться.
- Если что, его я тоже имела ввиду.
Стефан выглядел слишком напряженным, впрочем, как всегда в подобных ситуациях.
- Расслабься ты, наконец!
Сейчас он вспомнил Льюиса, который постоянно говорил ему: «расслабься, Стеф».
- Почему для тебя это так важно? Чтобы я написал этот роман?
- Во-первых, я не Маргарита, и связываться с Сатаной ради твоего романа я не собираюсь, - тут же отшутилась Анна. – Поэтому, ты не подумай, что настолько «для меня это важно». Это важно для поколений. Понимаешь? Поэтому, во-вторых, это важно для твоих потомков. Они будут расти на твоей книге, менять мировоззрение, одолевать христианского бога в своем разуме. Ведь, да, ты прав, статьи, научные публикации – простой народ их не читает. Поместить идею в то, что народ съест: роман, фильм… Вот это уже намного лучшая затея, имеющая больше влияния. На тебе лежит огромная ответственность, Стефан. Ты сам взял на себя эту ношу, когда напечатал первую строку на своей печатной машинке. И под силу это только тебе. Ты – пророк своей правды. И никто, даже ты сам, не имеет права изменить и слова в твоей правде. Иначе, она не сработает. Ее примут за ложь. За ересь. За анархию. Скорее всего, ты еще не осознал всю значимость своего труда, коль хочешь покласть его в стол.