- Заткнись! – заткнув его рот своими губами, пламенно слившись со Стефаном во французском поцелуе.
Прежде Стефан думал, что его уже нечем удивить в его окутанной нигилизмом жизни. Особенно, после того, как побывал с Анной в Италии. Но сейчас ловил себя на мысли, что был не прав. Нельзя утверждать что-то с уверенностью в своем предубеждении. Поскольку, само по себе предубеждение – вещь глупая и неоправданная, впрочем, обильно свойственная людям. И еще Анна… она умела удивлять…
- М-м-а-а... – заканчивая этот длинный поцелуй, не сдержанно произнесла Анна, словно изголодавшаяся. – Я так по тебе соскучилась, мой юный философ!
Стефан не знал, что сказать. Лишь смотрел на Анну с завороженным удивлением, а та смотрела на него так, словно ей это нравилось.
- Я тоже, - улыбнувшись, сказал он, чувствуя, как начинает отходить от этого утреннего шока, пусть и приятного. – Ты так внезапно… непредсказуемо…
- Т-с-с! – коснувшись указательным пальцем губ Стефана, произнесла Анна. – Не пытайся понять женщину! Уходит – отпусти. Дает – бери. Приезжает на Ferrari - пристегнись покрепче.
Анна повернула ключ и зажгла мотор, готовая нажать на педаль газа. Стефан взял ее за руку, приостановив:
- Погоди, Анна… Послушай, я не могу!..
- Это ты послушай меня, милый! Завтра у тебя день рождения! Я считаю должным уделить тебе внимание и сделать подарок, который будет выше твоего страха. Который одолеет его.
- Но…
- Я не могу провести праздник твоей жизни в стороне. Я дарю тебе этот автомобиль, поскольку хочу…
- Анна…
- Не перебивай меня, прошу тебя, солнышко! Я хочу, чтобы ты преодолел свою фобию. Все проблемы у тебя в голове! Знаешь такую поговорку? Ты справишься! Человеку свойственно убегать и прятаться от своих страхов. Но поверь мне, если ты сейчас мужественно посмотришь своему страху в глаза, он исчезнет, как ночь с первыми лучами солнца.
Анна потянула ручку коробки передач. Стефан схватил ее за руку.
- Анна… прошу тебя…
- Ты не хочешь преодолеть свой страх?
Стефан стал выглядеть растерянным. Очень встревоженным, он резко начал потеть. Анна повернула ключ обратно, видя, что ему нездоровится, и он хочет что-то сказать.
- Солнышко, забудь ты уже свое корыто, которое ты ласково называл Capri.
- Не в этом дело, Анна!
- А в чем тогда?
- Хотя, и в этом тоже. В смысле… - Стефан старался подобрать слова, которые забыл в этот момент.
Салон автомобиля и звук зажженного мотора явно окрасил его на несколько тонов в сторону бледности. Анна заметила это, но специально не подала виду.
- Я хочу сказать тебе, что я очень благодарен тебе за этот подарок. Я действительно ценю и уважаю тебя за это! Хоть и не стоило этого делать… Мне, даже, сложно представить, сколько она стоит…
- Ах, так вот что тебя беспокоит? – рассмеялась Анна. – Ей цена всего 181000 $. Срок ей три месяца. Итальянский свежачок. Пылающий жеребец. Посмотрела на него, сразу тебя вспомнила в постели. Подумала, что только эта машина тебя достойна. И ты не смеешь отказываться, если не хочешь обидеть меня. Уяснил?
Стефану не было чем парировать. Единственный человек в его жизни, с которым он даже не пытался спорить. Бескомпромиссный диктатор в голосе, но такой милый и покладистый либерал в лице. Казалось, Анна совмещает в себе несовместимые вещи. Являет собой гротеск. Иначе Стефан и не думал в этот момент, мысленно покоряясь ей. Анна погладила его по плечу, словно спрашивала его, таким образом, готов ли он прокатиться.
- Ты такой напряженный! Как мужчина, который просыпается от поллюций!
- Я?..
- Ну, не я же, - усмехнулась Анна. – Я же шучу, милый! Просто, так давно тебя не видела!
Анна действительно выглядела заскучавшей. Ее игривость была заметнее обычного, да и рот более красноречивым. При этом, она не лишалась свойственного ей великосветского, воспитанного шарма. Даже ее острые шуточки звучали из ее уст мило.
- Как ты нашла мой дом?
- Его искать нечего! Вот, когда я была в Пекине…
- Давай, лучше зайдем ко мне! Выпьем чая! А? - перебил ее Стефан.
- Что? – не расслышала недоговорившая Анна.
- Говорю, идем ко мне! У меня дома есть вкусный чай! Извини, что перебил!
- А вино?
- С утра?
Анна улыбнулась.
- Всеми правдами и неправдами ты стараешься увильнуть от поездки в автомобиле, - иронизировала Анна, все же согласившись с предложением Стефана. – Только ненадолго!
- Почему? У тебя какие-то планы?
- Да. Хочу поскорее забрать тебя отсюда, - сказала Анна, после чего они притянули друг друга взглядами и поцеловались еще раз.
И откуда берется такая страсть? Анна открыла дверцу автомобиля, не оставив места для комментариев Стефана, и ступила своими открытыми красными туфельками на асфальт.
- Какая же здесь холодина! – сказала она, тут же прочувствовав здешнюю температуру своими ногами.
Стефан окутал ее объятиями и провел в дом. Через минуту они были в квартире Стефана.
- Здесь я живу, - отворив дверь, скромно заключил он, вспоминая, в каких апартаментах жил с Анной в Кальяри, даже со скрытой стыдливостью.
Может быть, не стоило ей показывать весь этот быт обычного преподавателя? У Стефана появился новый повод для волнений. Анна разулась, прошла своими элегантными ножками по коврику в зал, затем в кухню, но не выразила даже малейшего неприятия к тому, что увидела. Словно, ее вполне не удивило, или даже не поразило то, как живет Стефан. Словно знала это, ничуть не хуже его самого. Стефан и сам это понял, когда увидел ее спокойную реакцию, подумав о том, что позволил себе глупую мысль пару мгновений назад. Правда, чего стесняться? Далеко не все живут так, как Анна Роккафорте! И если ее что-то привлекает в нем, то его быт никак не отпугнет ее. Ведь так? Снова глупый вопрос в мозгу Стефана…
Анна посмотрела на столик в углу, на котором стояла пишущая машинка. Она сказала с умилением:
- Ах, так значит, здесь ты пишешь? В это окно смотришь, когда задумываешься над очередным моментом? Скромный писательский уголок… Теперь я понимаю, почему тебе не писалось у меня.
- Мда… - выдавил из себя Стефан, почесав затылок.
- И как поживает наш Марк?
- Наш Марк? Не очень.
Анна взяла один из последних напечатанных листов, посмотрела на него, и спросила:
- Сколько ты ее уже пишешь? Год?
- Да. Я знаю, что пишу медленно и с большими перерывами по месяцу или по два. Но я не Стивен Кинг, знаешь ли, писать по несколько романов в год.
- Ах! Какая самокритика!
Анна положила лист обратно. Стефан предложил.
- Может быть, присядем?
- Да, конечно!
- Идем на кухню!
Стефан поставил чайник и зажег конфорку. Посмотрел на календарь. Переместил курсор на пятое число.
- Ты права. В марте в Белвью еще достаточно холодно. Тебе не сложно было?
- Что? Приехать сюда?
- Да.
- Раз приехала, значит, не сложно, - улыбнувшись, заключила Анна.
- Послушай, мне все еще неудобно за твой подарок…
- Не переживай ты так! Никуда твоя совесть не денется от этого! Или ты хочешь сказать, что тебе не понравился мой подарок?
- Нет-нет! Что ты! Конечно, понравился! Даже не думай об этом! Но только представь следующее: Стефан Полански, рядовой преподаватель философии на Ferrari ездит в университет, в городке, в котором ничего не стоит до работы пешком пройтись.
- Не представляю.
- Вот видишь!
- Но я представляю кое-что другое.
- Что именно?
Чайник засвистел. Стефан выключил конфорку, достал чашки, и начал заваривать чай.
- Ты можешь прокатить меня в ней по Нью-Йорку, например. Да, с трафиком там есть некоторые проблемы. Но бродвейский мюзикл или опера того стоят, поверь.
- Что?
- А ты как думал! Будешь спокойно себе поживать в Белвью с Ferrari в гараже? Нет уж, будешь меня катать с ветерком. И по Сардинии тоже.