В апреле Полковник записал в дневник: «Генри соблазнил служанку с постоялого двора Уэйлера, миловидную девку, и ходит к ней ночевать по субботам. Нрав его заметно смягчился. Женщины на новых местах нужны не меньше, чем кров и очаг. Хорошо будет снова иметь возле себя Сюзан. При удаче она должна добраться сюда до троицына дня».
Сюзан прибыла до троицына дня вместе с кобылами и жеребцом, книгами и винами.
Ей было двадцать четыре года, она была пухленькая и хорошенькая, с маленькими мягкими ручками и маленькими ножками, которыми очень гордилась, и, когда она увидела, что в ее салоне пол все еще земляной, так как во всем округе до сих пор не достать досок, на глазах у нее выступили слезы; однако, поскольку она была наделена не только легкомыслием, но и легким нравом, то уже в тот же вечер, после того как распаковали и поставили на место клавесин (поближе к очагу, чтобы не покоробился от сырости), она уселась за него и очень мило сыграла и спела «Ах, на Запад хочу, где гнездо у орла», и, глядя на нее, Полковник почувствовал себя по крайней мере вдвое моложе. Весь вечер она была оживлена и весела, рассказывала о том, как они ехали по трудным дорогам и плыли по реке. По своей молодости, легкомыслию и легкому характеру она просто не заметила трудностей и смотрела на свое путешествие как на забавное приключение. Джед, по ее мнению, кончит тем, что женится на Марии Саведж — служанке, которую она привезла с собой, — и тогда они останутся без прислуги, с одним только Генри, потому что, женившись, человек в этих новых краях обязательно захочет завести свое хозяйство. Она выложила все мэрилендские новости и в подробностях описала семью, с которой ехала от самого Кембриджа; семья эта направлялась в тот же округ — муж, жена и двенадцать детей, из которых младшему всего шесть месяцев. Они тоже ехали из Мэриленда и провели в пути шесть недель.
Уже давно пробило девять, когда Полковник прервал болтовню жены и повел ее в спальню.
В августе Полковник сделал в дневнике такую запись: «Встал прошлой ночью, чтобы напиться холодной воды из ведра на кухне и обнаружил Джеда в постели Марии Саведж. Посоветовал им узаконить свои отношения. Девка с постоялого двора понесла от Генри. Край плодородный, ничего не скажешь. У Сюзан, увы, никаких признаков».
День ото дня, неделя от недели и от месяца к месяцу записи в дневнике становились все длиннее и сложнее. Три свиньи размножились, от телок пошли телята, Бэль ожеребилась, у служанки с постоялого двора произошел выкидыш, так что Генри не пришлось покрывать грех. Джед и Мария Саведж поженились. На участках с северной и западной стороны появились соседи. Поселение получило статут городка. Каждые несколько месяцев приходило письмо от отца Дюшена. Его письма изобиловали описаниями индейцев и испанских семейств, скал и пустынь и причудливой, неправдоподобной растительности страны, в которую уехал иезуит. А Полковник писал ему о войне и мире, о том, как обживаются понемногу дикие места, о том, как он пристроил к своему домику два крыла из досок и окрасил их в белый цвет, о политике и философии, о ботанике и биологии, но никогда не писал о своей мечте. И настал день, когда он с отвращением записал в дневнике, что коробейник Сайлас Бентэм появился в городке и собирается открыть тут магазин.
Шли годы, десять лет, один за другим, а детей у Сюзан все не было, но вот на одиннадцатом году она подарила ему сына. Полковнику было шестьдесят три года, когда появился на свет его сын, но он отнюдь не поставил точку, и на протяжении следующих восьми лет Сюзан родила ему еще четверых детей — к его негодованию, все это были девочки, и назвали их Сюзан, Эстер, Мария и Джейн. Когда родилась последняя, Полковнику было семьдесят лет. Однако не он, а Сюзан, неимоверно толстая, страдающая одышкой, но все еще кокетливая, слишком состарилась, чтобы продолжать род.
Маленький караван, повстречавшийся Сюзан по дороге в Пентленд, двигался из Андерстауна — города в свободном штате Мэриленд, и во главе его шагал человек по имени Йорг Ван Эссен. В следовавших за ним двух фургонах ехали жена Йорга и те из двенадцати детей, которые были слишком малы, чтобы идти пешком. Время от времени и маленьким разрешали сойти на землю и бежать за фургонами вдоль дороги. Они играли и резвились, собирали фиалки и анемоны, разгребали прелую листву, под которой находили улиток и жучков, а порой даже безобидных полосатых полевых змеек.