В голосе послышались первые раздражённые нотки, и оборотень сочла за лучшее согласиться скрасить досуг элье. Она честно осмотрелась по сторонам, и Мёней живо догадался о проблеме.
— Ипостась вы можете сменить в соседней комнате, заодно и расскажите, почему не хотите показывать процесс мне.
Оборотень пренебрежительно махнула хвостом и скрылась за приоткрытой дверцей. Только демонстрировать обращение всяким посторонним эльфам ей и не хватало.
Когда со стороны приоткрытой двери раздался приглушённый стон, рад едва удержался от того, чтобы не проверить, всё ли в порядке с его беспокойной гостьей, но усилием воли заставил себя оставаться на месте. Терпение оказалось вознаграждено, когда спустя несколько томительных минут, Милена вышла, завёрнутая в одну из накидок самого рада.
Оказавшись перед проблемой выбора, предстать перед официальным лицом вовсе без одежды, или завёрнутой в покрывало с его же постели, она решила дилемму в пользу разорения радовского гардероба. В конечном счете, именно он настоял на смене облика, так что и ответственность за сохранение приличий так же должна лежать на нём, злорадно подумалось Милене. Однако, заметив, как спал с лица посол, оборотень с досадой осознала, что теперь‑то точно нарушила какое‑то правило неписаного этикета, да такое, что эльф на этот раз не смог остаться равнодушным. Странно, но он смолчал.
Оборотень тоже решила не акцентировать внимание на перекошенной физиономии посла и чинно уселась в соседнее кресло, с удовольствием вслушиваясь в запах, которым была пропитана накидка. Кхм, так дело в том, что она взяла личную вещь? Стоило догадаться, но… она, лаская, провела ладонью по мягкой, скользящей по коже ткани и довольно хмыкнула. Интересно, из чего это сделано? И поспешила поплотнее запахнуться. Не имеющая никаких застёжек, накидка так и норовила расползтись, отказываясь держаться самостоятельно. Двумя руками ещё удавалось заставить ткань прикрывать самые интересные места, но на что‑то большее рассчитывать уже не приходилось.
Эльф поспешно встал, сообщив, что сейчас подберёт что‑то более удобное. Оборотню только осталось пожать плечами. Учитывая, что большая часть найденного Миленой барахла состояла из того же материала, то чтобы в нём можно было показаться в обществе, стоило завернуться подобно капусте, в пять шесть слоёв, как это собственно и делали рады. Она решила не злоупотреблять гостеприимством, и в итоге больно ударила по патриархальным мозгам Мёнея. Лучше, несмотря на всё желание, не получилось, пришлось как всегда.
В итоге, Милена выяснила, что минимально на среднестатистическом раде может быть три слоя одежды. Нижняя рубашка, верхнее «платье» и уже выбранная ей накидка, скрывшая вызывающе обтянутую грудь и бёдра. Пускай Мёный был выше, но в то же время в некоторых местах сильно уступал Милене в объёмах. Оценив плотность материала, оборотень поразилась, как первопроходцы не замёрзли при выходе из портала в первые же минуты! Хотя тогда же была ещё не зима, — в этом им сказочно повезло.
— Прошу прощения, — неохотно, но вполне виновато произнёс Мёней. — Я должен был догадаться на счёт одежды. Просто этот момент ни в одной из найденных мною легенд не освящался подробно. Мне жаль, что я поставил вас в неловкое положение.
Пытающийся выйти из смущающей ситуации рад выглядел до того серьёзно, что Милена, относящаяся к «неловким» ситуациям если не безразлично, то с изрядной долей иронии, слегка подняла себе настроение. Когда в ней берут верх звериные инстинкты, любая одежда кажется лишней. Да и учитывая, сколько раз приходилось оголяться перед совершенно незнакомыми профессорами и лаборантами в период исследования её тела, сложно было не приобрести некоторую безразличность в схожих ситуациях.
— Не страшно. — Она улыбнулась и даже перестала нервно коситься в сторону окна.
— Я слышал вы… м — м-м, стонали, что‑то пошло не так? Или вас задели?
Милена в первые секунды не поняла, о чём её спрашивают, а когда поняла, растерялась.
— Эм, да нет. Кто бы меня задел, когда я не приближалась к демону?
Мёней не стал напоминать о моменте, когда его гостья, совершенно на его взгляд по — глупому, прыгнула к демону, который по счастливой случайности не принял бой. Но сообщать об этом было бы, пожалуй, излишне навязчиво, и посол промолчал.
— Естественно, что изменение физиологических характеристик, в такой сжатый отрезок времени, сопровождается не самыми приятными ощущениями. — Она пожала плечами, тихо радуясь, что не пришлось объяснять всё более подробно, а просить показать «наглядно» высоконравственный эльф больше не будет. Она ещё помнила, как один слабохарактерный профессор, специально приглашенный по случаю из другого отделения прямо на месте расстался с собственным завтраком. Всё‑таки студенческие времена, когда он препарировал трупы бедолаг, давно канули в лету, и малоаппетитное зрелище полной трансформации оказалось старичку не по зубам, сочувственно вспомнилось оборотню. Да тех пор она думала лишь о том, что в миг трансформации становится полностью беззащитна, и как‑то упускала из виду внешнюю сторону вопроса.