В рубке вели беседы. В рубке играли в шахматы и нарды. Доктор, правда, неизменно называл эту благородную игру на европейский манер: «трик-трак». В рубке по любому мало-мальски значимому поводу пили коктейль «Милый Джон». Механик в рубке курил, а Доктор писал мемуары. «Не понимаю, как мы еще умудряемся управлять кораблем», — недовольно ворчал Капитан, однако экипаж в полном составе мужественно игнорировал его хмурый вид. В конечном счете, Капитан плюнул и сдался. «Черт с вами, — сказал он как-то всем, — сидите в рубке сколько влезет. Об одном предупреждаю: при смене и расчете нового курса, а также во время взлета и посадки, чтобы духу вашего здесь не было!»
— Да разве мы не понимаем, Капитан! — хором согласился экипаж.
Итак, экипаж торчал в рубке и с видимым удовольствием разглядывал зеленоватый шарик Терры, мягко светящийся на обзорном экране.
— Хорошая планета, — сказал Оружейник. — Пять лет назад я в тамошних лесах охотился на тигророга. Это, доложу я вам, была охота!
— Варвар, — хмыкнул Доктор. — Как можно убивать живое?
— Почему сразу убивать? — обиделся Оружейник. — Мы его для московского зоопарка ловили.
— А какие там женщины! — мечтательно поднял глаза к металлопластиковому потолку Штурман. — Красавицы! И все как одна гордые и неприступные!
— Где, в зоопарке? — с ухмылкой осведомился Доктор.
Механик загоготал и поперхнулся сигаретным дымом.
— Да-а… — неопределенно протянул Капитан. — Как-никак, а самая крупная колония Земли!
— Основана сто пятьдесят лет назад. Население: два и две десятых миллиарда человек. Самостоятельно освоили и колонизировали близлежащие звездные системы, — прокомментировал Умник и, пожужжав чем-то внутри себя, неуверенно добавил: — Развитая промышленность.
— Молодец, Умник, — буркнул Капитан. — Можешь взять в каптерке склянку машинного масла. Там две, возьми ту, что посередине.
— Я уже слышал эту шутку, — сообщил Умник. — Не смешно.
Еще через сутки «Пахарь» твердо стоял всеми своими опорными амортизаторами на керамическом покрытии крупнейшего космопорта Терры. Команда спустилась вниз и теперь с радостью подставляла лица теплому солнышку и дышала воздухом, крепко настоянным на ароматах сгоревшего и свежеразлитого топлива, нагретого на солнце керамита, а также металла и пластика космических кораблей, там и сям разбросанных по взлетному полю. Впрочем, иногда сюда примешивалась и свежая чистая струя, долетавшая из знаменитых на всю Галактику лесов Терры.
— А, вон они, едут… — заметил Механик, прикладывая ладонь козырьком ко лбу.
Все посмотрели в том направлении. К «Пахарю» от едва видимого отсюда здания космопорта приближалась машина портовых чиновников.
— Что-то они быстро, — удивился Оружейник. — Обычно как минимум час их ждать приходится.
— Что час! — воодушевился Доктор. — Мы однажды на Синеглазке прождали портовиков ровно одни земные сутки и не дождались.
— Как так? — полюбопытствовал Капитан.
— Да вот так. Потом выяснилось, что у них как раз начался традиционный карнавал, ежегодно устраиваемый в день высадки на планету первых колонистов.
— И что же вы? — спросил Штурман.
— А что мы… — усмехнулся Доктор. — Приняли горячее участие. А груз сдали и приняли только через неделю, причем, помнится, с похмелья здорово там напутали. Тогда в Управлении…
Машина затормозила, не доезжая десятка метров до трапа. Шесть человек, вооруженных парализаторами дальнего действия, в какой-то непонятной форме, вылезли из нее. Седьмой — хмурый коренастый человек с обильной сединой в коротко остриженных темно-русых волосах и красноватыми усталыми глазами подошел к экипажу и мрачно сказал:
— От имени Временного правительства Терры я вас приветствую. Также с прискорбием вынужден сообщить, что ваш корабль арестован. Прошу в машину.
Он подал едва заметный знак рукой, и парализаторы охраны уставились на команду «Пахаря» бездушными черными зрачками стволов.
— Что за черт… — начал закипать Капитан.
— Без разговоров, — оборвал седой. — В машину. Вам все объяснят.
— Против лома нет приема, — пробормотал Оружейник и первым шагнул к машине.
В здании космопорта их эскортировали к дверям кабинета начальника порта. Седовласый сделал приглашающий жест, но в кабинет почему-то вошел первым. Экипаж «Пахаря» ввалился следом. Седой быстро обогнул громадный, как боксерский ринг, стол, уселся в кресло и властно сказал:
— Садитесь.
Капитан, Штурман, Механик, Оружейник и Доктор расселись на стульях.
— Очень много работы, — неожиданно пожаловался седой и потер кулаками глаза. — Сплю совсем мало. Впрочем, к делу это не относится. Корабль, как я понимаю, с Земли?
— С Земли, — сквозь зубы подтвердил Капитан. — Надеюсь, объяснение вашего неслыханного поведения нас удовлетворит, иначе мы будем вынуждены…
— Спокойно, — протянул руку ладонью вперед седой. — Спокойно, Капитан. Как я уже говорил, ваш корабль арестован Временным правительством Терры. Старое правительство свергнуто возмущенным народом. Собственно, это было не правительство вовсе, а наместники Земли у нас, на Терре. Что вы привезли?
— Медикаменты, — процедил Капитан. — Все-таки я ни черта не понимаю. Какое Временное правительство? Какие наместники? Какой еще, к чертовой матери, возмущенный народ?
— Медикаменты — это хорошо, — удовлетворенно сказал седой. — Медикаменты могут пригодиться в самое ближайшее время. А насчет народа… Народу Терры, господа земляне, надоело терпеть ваш гнет, которому он подвергался сто пятьдесят лет. И вот он возмутился, низложил земных наместников, избрал Временное правительство, и оно, это правительство, представителем которого я в данный момент являюсь, объявило полный суверенитет Терры и ее колоний от Земли. У нас есть свой герб, флаг и гимн. Мы больше не потерпим неравного положения с Землей. Мы требуем признания Землей того факта, что мы, народ Терры, являемся полноправными членами Галактического Сообщества, наряду с землянами, таукитянами и веганцами. С признанием нашего безусловного статуса независимости со всеми вытекающими отсюда последствиями. Хватит, — добавил он с оттенком злорадства, — пограбили нас.
— Позвольте, — вмешался Доктор. — Насколько я помню, прежнее правительство Терры выбиралось здесь, на месте, самими террянами и вовсе не из землян!
— Эти люди предали и продали интересы Терры, — пренебрежительно махнул рукой седовласый. — Временное правительство целиком и полностью состоит из тех, кто готов отдать самую жизнь за суверенитет Терры. Впрочем, господа, споры бесполезны. Полное сообщение о состоявшемся суверенитете Терры уже послано на Землю по каналам гиперсвязи. В случае необходимости мы готовы драться за свою независимость. У нас мощный космический флот, и он уже на всякий случай приводится в боевую готовность.
— Это безумие, — покачал головой Оружейник. — Вас сомнут.
— Возможно, — улыбнулся седовласый. — Но какой ценой?
— Вы готовы пролить человеческую кровь? — презрительно приподнял бровь Доктор.
— Если Земля на это пойдет, мы готовы ко всему, — отрезал седой. — Ваш корабль, господа, и груз, находящийся на нем, арестован впредь до особого распоряжения. Сами вы свободны и вольны заниматься на Терре чем угодно, кроме, разумеется, подрывной деятельности, куда входит и пропаганда против нашего суверенитета. Буде такое случится, вам грозит тюремное заключение. Надеюсь, у вас есть деньги?__ — Мы должны были получить комиссионные здесь, на Терре, после доставки груза, — хмуро ответствовал Капитан.
— Что ж, — секунду подумав, сказал седой, — мы люди честные. Груз вы доставили. Я отдам распоряжение о разгрузке и о том, чтобы вы получили причитающуюся вам сумму. Деньги у нас пока земные. Все. Я вас не задерживаю.
Вечером команда «Пахаря» сидела за столиком в дальнем углу портовой таверны с оригинальным названием «У пилота». Ужин был окончен, и экипаж в тяжелом молчании потягивал коктейль «Милый Джон». Мысли у экипажа разбегались в разные стороны.