- Почему? Ты стесняешься? Я удивлён, Андрей.
- Просто я себя не в своей тарелке чувствую, когда на меня смотрят много глаз. Я не шоумен.
- Извини, никак нельзя.
В этот момент из зала вышел генерал. Да, тот самый, который вместе с полковником и цесаревной был в полицейском отделении. Увидев нас, он быстро подошёл.
- Добрый вечер, Алексей Николаевич. Привёз его?
- Привёз.
- Хорошо. А то Цесаревна уже поинтересовалась.
- Всё-таки она о нём помнит?
- Ещё как помнит. Ну-с, молодой человек. – Генерал оглядел меня, как до этого полковник. – Не плохо, не плохо. Хорошая у тебя осанка. Как у гренадёра. Служил?
- Скажем так, проходил службу. Отдавал дог Родине. – Ответил ему. Генерал кивнул мне.
- Правильно, молодой человек. Настоящий мужчина обязан послужить в армии. Так, всё, пойдёмте. Не надо заставлять ждать Её Высочество.
Последняя фраза генерала мне не понравилась. Это что за фигня? Мне что теперь, по первому щелчку пигалицы, пусть и высокородной, вставать передней, как сивка-бурка? Да я в гробу видал такое знакомство. Может у них и есть пиетет перед королями разными, но мне так все эти венценосные особы до одного места. И вообще я за диктатуру пролетариата и сельской босоты. Мы остановились перед большим зеркалом. Полковник уже снял фуражку, отдал её какому-то халдею в ливрее. Теперь причёсывал расчёской свои волосы. Я тоже глянул в зеркало. Нормально... Вроде бы.
Мужик с посохом, я вспомнил, как таких называли – мажордом, стукнул своей палкой об пол, боже какой анахронизм, и объявил нас с полковником.
- Командир Отдельного Корпуса Жандармов, полковник Берестин Алексей Николаевич и… - Он чуть замолчал, похоже не знал, как меня представить по статусу. – И Самарин Андрей Ярославович.
Мы зашли. Ничего себе, зал был полон больше, чем на половину. Это что, немного гостей??? Все обратили внимание на нас. Я увидел на другом конце зала двух женщин. Одна лет 45-ти. В длинном красивом платье. С голубой лентой, шедшей наискось от правого плеча, проходила под левой грудью и до талии. С красиво уложенными волосами и малой императорской короной. Рядом с ней стояла молодая девушка, тоже в красивом белом платье до пола. И тоже с лентой, только красного цвета. На голове что-то типа кокошника, украшенного по верху жемчугом и белой полупрозрачной тканью, похожей на фату. Наши взгляды встретились. Я если честно, сначала даже не узнал в этой девушке ту пигалицу, ради которой влез в разборки с тремя гопниками. Какое-то нереальное перевоплощение. Я даже застыл на какое-то время. Вдруг появилось дикое желание свалить отсюда, так сказать от греха подальше. Но поздно пить боржоми коли печень приказала долго жить.
- Андрей, чего застыл, как истукан? Пошли. – Прошипел мне полковник.
- Что? – Я словно очнулся.
- Пошли.
Мы двинулись к венценосным особам. Я уже понял, кто старшая. Это маман будущей императрицы. Серьёзная такая дама. Она пристально смотрела на меня. Словно пыталась просверлить во мне дополнительные, не предусмотренные природой отверстия. А вот молодая радостно улыбалась. Ну слава богу, хоть кто-то мне рад. Перед нами с полковником образовали коридор к матери с дочерью. Присутствующие во всю глазели на меня. Кстати, заметил довольно много молодых, как парней, так и девушек. Наконец, пересекли зал. Подошли. Полковник поклонился с достоинством.
- Ваше Императорское Величество, Ваше Императорское Высочество. Разрешите представить вам Самарина Андрея Ярославовича.
- Очень мило, Алексей Николаевич. Мы рады видеть Вас здесь. – Сказала мать-императрица. Протянула ему правую руку. Полковник взял её в две своих ладони и приложился губами, очень даже по аристократичному. Потом тоже самое проделал с ладошкой Цесаревны. Ольга только кивнула благодарно Берестину и всё внимание сосредоточила на мне. Стояла и улыбалась. Я ей тоже. Даже засмотрелся на неё. Чуть было не ляпнул, что-то типа, классно выглядишь, крошка. Но вовремя тормознул себя. Здесь такое явно не прокатит. Выпнут на фиг, под зад коленом.
- Молодой человек. – Я посмотрел на маман. Она удивлённо изогнула брови. Берестин взглянул на меня так, словно через 30 секунд меня расстреляют к чертям собачьим. Похоже, я опять допустил косяк. Хотя вроде бы ничего не делал и даже молчал. Она протянула мне свою правую руку. Я постарался галантно изогнуться и поцеловал её руку, держа её в своей правой. Она смотрела на меня заинтересованно. Я взглянул на полковника. Всё ли я правильно сделал? Он закатил глаза. Да чтоб меня. И тут я ляпнул:
- Ваше Величество, позвольте выразить Вам своё восхищение. Вы очаровательны. – Брови маман окончательно выгнулись, у неё было такое удивленно-шокированное выражение лица. Ольга тоже смотрела на меня сначала удивлённо, потом закрыла ладошкой рот и тихо засмеялась. Полковник покраснел. Всё, трындец, меня точно замучают в застенках жандармерии по Особому протоколу. Неожиданно на губах маман скользнула улыбка.