- Ну почему вы все пытаетесь меня отправить в страну, где много диких обезьян? Я патриот своей страны и хочу жить в России.
- Это что за страна такая, где много диких обезьян? – Удивлённо спросил император.
- Бразилия.
- А почему там много диких обезьян? – Вновь вопрос.
- Ну это, как в пьесе Брэндона Томаса «Тётка Чарлея».
Император удивлённо на меня смотрел. Потом улыбнулся.
- Что Андрей Ярославович, Вам нравится эта комедия?
- Да. – Я тихо засмеялся, вспомнив фильм с Калягиным в главной роли, «Здравствуйте, я ваша тётя».
- Мне тоже эта комедия нравится. В своё время я ходил на каждую постановку этой пьесы у нас в театрах. Вы никак театрал, Андрей Ярославович?
- Да, я театрал. Я думаю, все люди театралы.
- Это почему так решили?
- Ну а как ещё? Как сказал великий Шекспир в одном своём произведении: «Весь мир театр. В нём женщины, мужчины, все актёры».
- Комедия «Как вам это нравится?»
- Совершенно верно. Ну так как, Ваше Величество?
- Насчёт чего?
- Моей просьбы? Прогуляться с Ольгой Николаевной?
- Андрей Ярославович, так может вам в театр сходить?
- Ваше Величество? – Удивлённо посмотрел Берестин на Императора.
- Алексей. Я не думаю, что от этого кто-то пострадает.
- Ваше Величество, в театр с Ольгой Николаевной мы обязательно сходим… Извините, конечно, если Вы дадите согласие, и она захочет. А сегодня просто прокатиться на байке? Обещаю, привезу её в целости и сохранности.
Некоторое время все молчали. Я ждал. На Берестина старался не смотреть.
- Я даже не знаю, Андрей Ярославович. Алексей, набери номер Ольги и дай мне трубку.
Полковник недовольно взглянул на меня, вытащил из кармана сотовый, сделал вызов и передал трубку императору.
- Алё, Оля?! Это папа. Тут у меня разговор с неким молодым человеком… Да-да, с Самариным Андреем Ярославовичем. Скажи мне, пожалуйста, дочь моя, он приглашал тебя сегодня прогуляться с ним?.. Значит приглашал? И что ты решила?.. Хочешь прогуляться… Понятно… Нет, тебе не запрещено покидать территорию Кремля… Но сама подумай, а как Фридрих на это… Так, стоп! Пожалуйста потише, я ничего не понял… Объясни, нормально и доходчиво, что произошло?.. Что значит он ворвался к тебе в спальную комнату? Ты что раздета была? – У императора округлились глаза. Я взглянул на полковника, заметил, как у того дернулся глаз. Весело! Император о вчерашнем косяке саксонца оказывается ничего не знает. Николай Александрович посмотрел на меня. Я с умным видом кивнул, подтверждая слова его дочери. – Алё, Оля, алё?! – Он посмотрел на сотовый. Похоже связь прервалась. Взглянул на Берестина. – Алексей, что происходит?
- Николай, Ваше Величество. Ничего страшного не произошло. Фридрих пришёл выяснить со своей невестой почему она так поступила? Бросив его и гостей, и сбежала вот с этим молодчиком на крышу гостиницы. Её Высочество разбираться не стала и выгнала принца из своих апартаментов. Вот и всё. Фридрих даже попросил у неё прощения.
- Ничего себе ничего страшного, Алексей Николаевич! – Вставил я свои пять копеек. – Ольга Николаевна, Цесаревна Российская, была в короткой полупрозрачной комбинации. Готовилась ко сну и вспоминала прошедший вечер, а тут этот ввалился в тру… в штанах и ночном саксонском колпаке. А Фридрих ей ещё не муж. И не имел права шарить похотливыми глазами по телу царевны. Я лично считаю это национальным унижением, о чём, кстати, Фридриху и сказал. И вообще поставил под сомнение, что Ольга Николаевна его женщина. На что он намекает?..
- Самарин заткнись! – Прошипел главный жандарм.
- Как интересно, Андрей Ярославович. А Вы откуда в курсе таких пикантных подробностей?
- Так я же говорю, мы с утра с Её Высочеством мило пообщались по телефону. Она мне и рассказала. Я её похвали, что она выперла наглеца под зад коленом. Я же говорю, Ваше Величество, что Ваша дочь может быть жёсткой. Только за одно это Цесаревной можно восхищаться и гордиться.
Император посмотрел на полковника.
- Алексей, я надеюсь, что подобное больше не случиться? И с Фридрихом была проведена соответствующая беседа?! Андрей Ярославович прав, моя дочь пока что ещё ему не жена.
- Конечно, Ваше Величество. Беседу провёл я лично. И он прощения попросил у Цесаревны. Я думаю, что инцидент на этом окончен. А если сейчас разрешить Самарину устроить свидание с Ольгой, думаю Фридрих это может посчитать за оскорбление.
- Какое оскорбление, господин полковник? Невеста не жена и Ольга Николаевна свободный человек, и не давала обета хранить супружескую верность… - Я опять заткнулся.