аживая ее, как кошку? Только бы она его не треснула, а то мне придется распрощаться со своей пятеркой. - Он… что… прижимается к тебе? – выдавил я. - Да, именно этим он и занимался минуту назад. Слава Богу, теперь он отодвинулся подальше! - пожаловалась она в трубку. А я смеялся, пока слезы не потекли по щекам. – Рада, что тебя это веселит! – прошипела она. - Он что, страдает неврологическим расстройством и у него нервный тик?! И как ему удаётся танцевать, абсолютно не попадая в ритм? Это удивительно – мне не удавалось двигаться не в ритм, даже если я старался, а для него, похоже, это было вполне естественно. Кристина улыбнулась впервые с тех пор, как этот придурок начал свой «судорожный танец» вокруг нее. - Ты не мог бы избавить меня от него? Пожалуйста? – взмолилась девушка. И я уже готов был согласиться, когда он отступил на шаг назад и протянул одну руку перед собой, а второй стал обыгрывать шлепающие движения сзади девушки. У меня отвисла челюсть от такой вопиющей тупости. Панический голос Крис вывел меня из ступора. - Что он делает?! Смех вернулся. - Он делает вид, что шлёпает тебя по попе! ХА! Ни в коем случае не оборачивайся… - Муромский, тащи свой зад сюда и спасай меня! - Кристина вышла из себя. Я посмотрел на блондина позади нее – на его лице сверкала глупейшая улыбка, видно, это была лучшая ночь в его никчемной жизни. - Брось, Кристин. Да он прется сам от себя. О, берегись, он готовится выдать что-то еще. В некоем беспорядочном движении тот повернулся на пятке, как жалкое подобие Майкла Джексона, и очутился перед Кристиной. Он медленно развернулся к ней спиной, и я снова увидел улыбочку на его лице. Он стал неуклюже приседать, и я услышал вздох ужаса в трубке. Это походило на то, как оправляются в общественном туалете, не садясь на унитаз. Миша трясся в приступе хохота, а я в изнеможении завалился на барную стойку. Рита не смогла больше этого выносить и направилась в бар. - Болван конченый, - ругалась она, усаживаясь на стул и наблюдая за апофеозом этого отстойного танца. Я видел, как этот блондин развернулся к ней лицом, а Мишка рядом повторял: - Врежь ему, врежь ему, врежь ему. И пока судьба моих пяти сотен висела в воздухе, я вынужден был наблюдать за всем этим. Я затаил дыхание и услышал ее голос в трубке, когда тот парень стал вращать бедрами. - Муромский, ты меня слышишь? – сквозь смех я утвердительно закивал головой. Она язвительно улыбнулась мне и сказала: - Он только что упёрся своей штуковиной в мою ногу. Что ты теперь об этом скажешь? Что он сделал?! – я мысленно взорвался, - Да я сам ему врежу! Всю мою веселость как рукой сняло, меня затопила… ревность. Сумасшедшая ослепляющая ревность. Еще до того, как я осознал, что со мной, я швырнул телефон на барную стойку и перепрыгнул через нее. Облегчение отразилось на лице девушки, но также там читался гнев, с которым мне придется столкнуться. Она свирепо сверкнула на меня взглядом и бросила: - Не правда ли, это было весьма забавно… до тех пор, пока он не стал прижиматься ко мне чересчур активно, да, Ром?! Я не мог вымолвить ни слова. Я хотел, как можно скорее, утащить ее отсюда, подальше от этого мерзкого типа. Никто, кроме меня, не смеет ее касаться, – внутренне бушевал я. Еще не до конца понимая, что я делаю, я обхватил ее за колени и водрузил себе на плечо. Сзади себя я услышал сдавленный визг. Парень, осознав, что его партнершу умыкнули, стоял и сверлил меня раздраженным взглядом. - Держись подальше от нее, не смей смотреть на нее, не смей даже думать о ней! А если она посетит тебя во сне, немедленно просыпайся и ударь себя по лицу вместо меня. Только попробуй подойти к ней еще раз, я оторву твои «орешки» и заставлю съесть их под пиво. Надеюсь, мы поняли друг друга? Он прям остолбенел от моего напора и только тупо смотрел на меня. Я подарил его другу зловещую усмешку, развернулся и пошел как можно дальше от них. Я чувствовал, что Крис заерзала сзади меня, а потом двинула меня в бедро. Упс! Наверное, я заслужил это за то, что оставил ее с этим фриком. Я взглянул в сторону бара, где Миша и Женя аплодировали тому, как я разрулил ситуацию. Я кивнул на подсобку, давая им понять, куда я ее понесу, и они одобрительно закивали, показывая, что справятся некоторое время без меня. Когда я прошел в коридор, Кристина решила взбунтоваться. Она начала дрыгать ногами у меня перед лицом. - Куда ты меня тащишь? Поставь немедленно! - потребовала она. Какая же она красивая, когда сердится. Я усилил хватку, чтобы не уронить ее, и продолжил свой путь в подсобку. И только когда мы были внутри, а двери – закрыты, я поставил девушку на ноги. - Спасибо за первобытный способ спасения! - съехидничала она. А я не мог оторвать взгляда от ее лица. Ее волосы были растрепаны от долгого висения вниз головой и теперь каскадом ниспадали на плечи и немного на лицо. Ее щеки раскраснелись от того, что кровь прилила к голове. Она выглядела так, будто бы целый день не вылезала из спортзала, бегая на своем тренажере. Она была неотразима и тогда, и сейчас. Затем последовали вопли, что сделало ее лицо еще краснее. - Ты не собираешься сказать что-нибудь типа «Извини, что бросил тебя с этим уродом, Кристин!» или «Я – идиот, Кристин, прости меня, пожалуйста!», а как насчёт хотя бы «Кристин, с тобой всё в порядке?» Ничего такого не приходило в голову? – набросилась она. Но я почувствовал, что мои губы расплываются в улыбке все шире и шире с каждым ругательством. Она была просто прекрасна, ее голос, даже сердитый, был лучшей музыкой для меня. Она так злилась, что ее дыхание сбилось, грудь вздымалась. Крис ждала ответа. Я взял ее разгоряченное лицо в свои руки и держал так нежно, будто бы она была из хрупкого фарфора. Я должен поцеловать эту девушку, или я взорвусь. - Кристин, с тобой все в порядке? – я выбрал один из предложенных вариантов, потому что мои мозги ничего не соображали. Я вглядывался в ее бездонные карие глаза, позволяя себе утонуть в них на несколько секунд. - Да, Ром. Всё хорошо. Просто чувствую себя немного грязной после всего этого, - сказала она с улыбкой. – У тебя есть антибактериальный гель для рук? Мне нравилась ее дурашливость, ее ироничность – мне нравилось абсолютно все в ней. - Ну что мне поделать с тобой? Каждый раз, когда ты начинаешь танцевать, к тебе липнут незваные партнеры, - пошутил я. - Да ну! Такое случилось лишь дважды. В этот раз все было ужасно, а вот первый раз был довольно приятным, - выдохнула она, и ее сладкое дыхание затопило мои чувства. Я нежно поглаживал ее лицо большими пальцами и твердо решил, что должен поцеловать ее. Я больше не мог ждать, когда она надумает использовать свой «единственный поцелуй». Каждая секунда ожидания убивает меня. Нужно брать дело в свои руки. Я досконально изучил их «правила» - там ясно сказано, что я могу поцеловать ее. Только нужно держать язык за зубами! - Я хочу кое-что попробовать. Не шевелись. Если она удержится, я мог бы получить один быстрый целомудренный поцелуй, не позволяя себе зайти дальше. Если же она сделает хоть одно движение, я чувствую, что схвачу ее и завалю на кушетку позади нее, тем самым дисквалифицируя нас обоих. Не то, чтобы мысль о проигрыше была непривлекательной, я не думал ни о чем другом в течение прошлой недели, но знал, что для Кристины победа была важна, таким образом, я вел себя, чтобы облегчить ей жизнь. Я наклонился к ней и почувствовал разгорающееся пламя внутри себя, когда наши губы соприкоснулись. Ее вкус был таким же сладким, как и запах. Ее губы нежно двигались в унисон с моими. Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди, пульс отбивал неимоверный ритм. Ее тело расслабилось в моих руках. И, собрав последние крохи самоконтроля, я отпрянул от нее. - Впечатляюще… - промурлыкала, не дыша, Кристина. - Спасибо, - я улыбнулся. – Ты всё ещё злишься? - Если я отвечу «да», поцелуешь меня снова? – кокетливо спросила она. Она что, серьезно? Я бы только и делал, что целовал ее, если бы она позволила. - ТАК я могу тебя целовать, когда захочу. Еще одна лазейка… Ее следующие слова заставили меня воспарить. - Тогда поцелуй меня еще, пожалуйста. Крис еще не успела договорить, как я снова с упоением целовал ее. Держи себя в руках, мужик. Не переступай черту, невзирая на то, как сильно тебе этого хочется… ради Кристины. - Я так могу и привыкнуть, - пролепетала она, не отрывая своих губ от моих. Я не мог поверить, как сильно я хочу ее прямо сейчас. - Я тоже, - улыбнулся я. Мой друг выбрал не самый подходящий момент, ворвавшись без приглашения. - Привет, ребята, а что вы тут… - Миша замер. – Никогда бы не подумал… так вы… РИТА!!! Кристина захихикала, повернулась ко мне лицом и быстро схватила меня за руку: - Пойдем скорее, пока Миша не придумал сказать ей, что мы танцуем голышом под дождем. Она протянула руку к моему лицу и мягко стерла следы помады с моих губ. Это легкое прикосновение породило удивительные ощущения, и я незамедлительно потащил ее отсюда, не в силах дольше оставаться с ней рядом. Я увидел пустующее место в баре и указал Крис на стул. - Сиди здесь, а я буду присматривать за тобой, - приказал я, подмигнув. Я не собирался спускать с нее взгляд до конца вечера. Просто не мог. Друзья утащили меня в другой конец бара и засыпали вопросами. - Ну, и как она целуется? Должно быть, хорошо, с такими-то губками… - спросил Мишка. Я предупреждающе рыкнул на него. - Прекрати пялиться на ее губы! Да, я поцеловал ее, но это не был «исключительный» поцелуй, - ответил я насмешливо. - И почему же нет