Когда ваше присутствие просят в «Фонтанной комнате», вас автоматически пропускают, когда наступает очередь выступить на сцене, потому что вы зарабатываете значительно больше, чем могли бы заработать на трёхминутной песне.
Поднявшись по лестнице и пройдя по коридору, я вижу одного из наших охранников, стоящего перед чёрными двойными дверями в зал. Джо работает здесь с самого открытия. Он типичный мужчина, который работает в стрип-клубе и пытается трахнуть всех экзотических танцовщиц. И ему всегда нужны бесплатные танцы.
— Кто здесь? — спрашиваю я.
Обычно, когда двое или больше снимают эту комнату, сюда ходят несколько танцовщиц, пока клуб не закроется. Они платят за комнату и обслуживание, а не за девушку конкретно. Мы дополнение.
— Сэди уже там. Они видели тебя на сцене и попросили присоединиться к ним, — говорит Джо с широкой улыбкой, протягивая руку к дверям. — Дайте знать, если вам, дамы, что-нибудь понадобится.
Он подмигивает и открывает двери для меня.
Я делаю глубокий вдох, входя в зал, и атмосфера меняется. «Фонтанная комната» задумана как более уединённая и личная. Даже песни, исполняемые в этой комнате, отличаются от тех, что танцовщица просит поставить на главной сцене, когда наступает её очередь.
Это большая комната, предназначенная для мальчишника или празднования дня рождения. Освещение такое же яркое, но не такое кричащее. Оно более сдержанное. Потолок и чёрные стены украшены красными гирляндами, создающими соблазнительную атмосферу. На чёрном ковре что-то похожее на серо-голубое конфетти. Сцены — их две — матово-чёрные с хромированными стойками.
— Привет, девочка. — Сэди стоит на главной сцене, обхватив рукой горлышко бутылки шампанского.
— Где они? — спрашиваю я, заметив, что она одна.
— Вышли. Сейчас вернутся.
Сэди приседает, протягивая мне бутылку, я беру её и делаю глоток.
— Как ты себя чувствуешь?
— Они начали действовать, — отвечаю я, понимая, о чём она спрашивает.
— Хорошо, — улыбается Сэди. — Просто чтобы ты знала, они при параде.
Я хмурюсь и делаю ещё один глоток из бутылки.
— При параде?
— В масках. — Сэди прикусывает свою накрашенную чёрным нижнюю губу. — Охренеть, это так возбуждает. Типа, «гоняйся за мной по лесу и заставляй меня кричать, умоляя о жизни». Я бы позволила им обоим пошалить со мной.
Я смеюсь, возвращая ей бутылку. Сэди протягивает руку, и я беру её, позволяя помочь мне подтянуться к краю сцены. Потом наступаю на стул и слишком сильно отталкиваюсь от него, что врезаюсь в Сэди. Мы обе, смеясь, падаем на холодную сцену.
— Сколько ты выпила? — спрашиваю я, глядя на Сэди, в то время как она садится верхом на мои бёдра.
— Недостаточно.
Сэди запрокидывает голову и отпивает шампанское. Немного проливается ей на подбородок и грудь.
Я оглядываю её наряд Красной Шапочки. Сжимаю её бёдра и ощущаю мягкость материала между пальцами. Сэди ахает, отрывая горлышко от губ и делая глубокий вдох.
— Откройся пошире, — улыбается она мне.
Я приоткрываю губы, отпускаю её талию и провожу руками по груди и волосам, наслаждаясь ощущением. Таблетки делают своё дело. Сэди подносит горлышко бутылки к моим губам и наклоняет.
Холодный сладкий напиток наполняет мой рот, и я пытаюсь проглотить. Сэди наклоняет бутылку ещё немного, и я кашляю, выплёвывая жидкость прямо на неё, заставляя её рассмеяться. Сэди слезает с меня и помогает подняться. Я подхожу к задней части сцены и смотрю на себя в зеркало во весь рост.
Я провожу руками по шортам и решаю снять их, оставшись в одних белых стрингах с надписью «Папочка». На мне топ в стиле Харли Квинн с надписью «Маленький монстр папочки». Он такой короткий, что видна нижняя часть моей груди. В прошлом году Бенни заплатил за мою грудь. Это был мой рождественский подарок. Я за то, чтобы модифицировать своё тело. Мне плевать, подтянуты ли вы, или колышетесь. Если вы довольны собой, это всё, что имеет значение.
Свет падает на обручальное кольцо на моей левой руке, и это заставляет моё и без того учащённое сердце биться чаще. Большинство танцовщиц надевают кольцо на работу. Некоторые из них действительно замужем, а другие делают это, чтобы парни думали, что они недоступны за пределами клуба. Если мужчины думают, что могут с вами встречаться, то перестают платить. Если думают, что мы недоступны, то предлагают нам больше за потраченное время. К тому же женатые мужчины не хотят, чтобы кто-то знал, что они с нами делают. Они просто хотят, чтобы вы давали им то, что не дают их жены.
Это простая концепция. Я более чем готова ей подыграть.