Чья-то рука хватает меня за мокрые волосы и поднимает мою голову. Я смотрю сквозь слезящиеся ресницы и вижу, как Сент приседает передо мной, а Кэштон удерживает мою голову на месте.
— Мне всегда нравилось, когда ты стояла на коленях, — говорит Сент. Протянув руку, он обхватывает моё заплаканное лицо и проводит большим пальцем по моим дрожащим губам. Я прерывисто вздыхаю, и он проводит пальцем между моих губ.
Я автоматически обхватываю его большой палец, посасывая его. Это как мышечная память.
Сент улыбается.
— Вот так, милая. Такая хорошая девочка.
Он вытаскивает палец, и я делаю ещё один быстрый вдох, прежде чем Сент на этот раз засовывает мне в рот два пальца, заставляя меня подавиться. Я пытаюсь отстраниться, но рука Кэштона в моих волосах не даёт этого сделать.
Сент убирает пальцы, и Кэштон смеётся.
— Похоже, ты была ленивой шлюхой, сладкие щёчки. Слишком много времени проводила на спине, а не на коленях.
Я облизываю мокрые губы и ощущаю вкус своих слёз. Сент хмурится, глядя на меня.
— Сначала ты поработаешь над этим. Мы знаем, как сильно я люблю трахать твоё милое личико. — Его взгляд скользит по моему телу, прежде чем он хлопает меня по бедру. — Раздвинь ноги.
Моя спина выгибается под невероятным углом из-за руки Кэштона в моих волосах. У меня болят колени, ноги дрожат, а ступни уже немеют, пока я пытаюсь отдышаться от удушья. Я больше не чувствую своих рук, кроме наручников, впивающихся в запястья и поясницу.
Я поудобнее расставляю ноги, насколько это возможно в моём положении. Руки Сента скользят по внутренней стороне моих бёдер, и он впивается своими покрытыми татуировками пальцами в мою кожу, заставляя меня зашипеть. У него на пальцах несколько колец, и каждое из них зажигает пламя, когда они медленно приближаются к моей киске.
— Ты мокрая, милая.
Он просовывает два пальца внутрь, загибая их, и я стону. За этим следует его смех.
— Всё та же шлюха, которую я любил трахать.
— Се-нт? — задыхаюсь, когда он вводит в меня третий палец.
В голове мелькает воспоминание о том, как он трахал меня в «Глассе», и мои колени скользят по мокрому мрамору, ещё больше раскрываясь для него. Пол впивается в мою чувствительную кожу.
— Пожалуйста? — О чём я прошу? Я не уверена. Убить меня? Выебать меня? Зная Сента, он сделает так, что оба варианта будут одинаково хороши.
— Уже умоляешь? — усмехается Сент. — Ты всегда была зависимой, Эштин, — добавляет он. — Ты хочешь, чтобы тебя видели, нуждаешься в любви и умоляешь, чтобы тебя трахнули.
Его большой палец играет с моим клитором, нежно поглаживая его, и я подаюсь бёдрами вперёд, желая, чтобы он ущипнул его, шлёпнул, сделал что угодно, лишь бы это было больно.
«Мне нравится боль».
Но Сент убирает пальцы, и Кэштон отпускает мои волосы. Я наклоняю голову, и мокрые пряди падают мне на лицо, чтобы скрыть смущение. С моих запястий снимают наручники, и я поднимаю руки, чтобы закрыть лицо, когда начинаю плакать.
— У тебя есть один день, Эштин.
Я поднимаю взгляд на Сента и вижу, что он прислонился к столешнице, как тогда, когда наблюдал за мной в ванной. Его тело напрягается, а глаза сужаются. Это всего лишь превью того, что должно произойти между нами. Секс, драка и безумное помешательство. Приятно сознавать, что между нами мало что изменилось.
Я любила его, но даже я могу признать, что мы были опасны друг для друга. Я всегда бросала ему вызов, заставляя его доказывать, кто он такой. Этот раз не будет исключением.
На ум приходят слова «сделай мне больно», «трахни меня», «люби меня». Думаю, два из трёх — это неплохо.
— Один день на отдых, восстановление сил. После сегодняшнего... — Сент отталкивается от стойки и встаёт передо мной. Он не утруждает себя тем, чтобы присесть на корточки. Вместо этого я запрокидываю голову, чтобы посмотреть на него, и он смотрит на меня сверху вниз. — Твоё тело принадлежит мне, твой разум — мой, и твоя воля — моя.
С этими словами он выходит из комнаты, и я выпрямляю ноги. Прислоняюсь спиной к бортику ванны и закрываю глаза, пытаясь сдержать слёзы.
СЕНТ
Понимаю, что сижу за своим столом и наблюдаю за ней на экране. Эш лежит на кровати под одеялом и плачет, свернувшись калачиком.
Мой мобильный, лежащий на столе, звонит, и я беру его, видя, как на экране высвечивается имя. Я отвечаю и переключаю разговор на громкую связь.
— Алло?
— У вас проблема, — здоровается мужчина.