— Предлагаю отпустить её и поиграть в весёлые прятки, — предлагает один из них, останавливаясь передо мной. Мне не нужно видеть их глаза, чтобы понять, что они скользят взглядом по моему обнажённому телу. — Первый, кто поймает, получит её рот. Второй получит эту сладкую киску.
Другой мужчина смеётся.
— Зачем гоняться за этой сучкой, когда мы можем заполучить её прямо там, где она есть?
— С тобой неинтересно, — дуется первый.
Меня хватают за волосы и запрокидывают голову, заставляя кричать в кляп. Моя слюна разлетается вокруг него. Руки впиваются в мои и без того чувствительные щёки, больно сдавливая, и из глаз текут слёзы.
— Нет. Я думаю, мы трахнем её прямо здесь.
Он отпускает руку и опускает её к своим чёрным джинсам. Звук расстегиваемой молнии заставляет меня сильнее бороться с верёвкой. Извиваюсь телом взад-вперёд, насколько это возможно. Кровь стучит у меня в ушах, а верёвка вокруг лодыжек натягивается с каждым лёгким движением, перекрывая кровообращение.
— Держи её голову на месте. Я хочу, чтобы она смотрела на меня, пока я её трахаю, — говорит он мужчине позади меня. — Чёрт, не могу поверить, что мне доведётся трахнуть сучку Сента.
Тот, что стоит позади меня, смеётся, и я дёргаюсь, борясь с путами, крича в кляп. Я пытаюсь высвободить голову, но он только ещё сильнее запрокидывает её назад, заставляя меня смотреть на свои связанные руки над головой. Слюна, скопившаяся во рту, стекает в горло, душит меня, и я кашляю сквозь кляп, моё тело бьётся в конвульсиях, пока я пытаюсь не умереть.
— Это тот звук, который я хочу услышать.
— Какого хрена вы двое тут делаете?
Меня отпускают, и моя голова падает вниз, так что слюни стекают по щекам.
— Сэр... мы...
— Тащите свои задницы внутрь, — рявкает новенький.
Я слышу, как они шаркают ботинками по веткам и листьям, перекрывая моё тяжёлое дыхание.
— Давай-ка устроим тебя поудобнее, — говорит новый парень, и я быстро моргаю, чтобы прогнать слёзы и прояснить зрение.
Секунду спустя кляп у меня на затылке расстегнут. Я пытаюсь выплюнуть его, но мои руки так сильно стянуты над головой, что кожаные ремни застряли между моими руками и врезались в щёки.
Парень встаёт передо мной, хватает кляп и вытаскивает его изо рта.
Я сплёвываю скопившуюся во рту слюну, лицо начинает гореть от того, как туго он был затянут.
— Пож-жалуйста, — начинаю всхлипывать я.
— Ш-ш-ш.
Он берёт меня за подбородок и поднимает голову.
— Видишь тот дом впереди. Там больше двадцати человек. И угадай, чего они хотят?
Он не даёт мне ответить.
— Тебя.
Я всхлипываю.
— Если кто-нибудь из них выйдет наружу, я позволю им получить то, что они хотят. Понятно? — Он отпускает мой подбородок.
Я киваю изо всех сил. Если привлеку их внимание, они могут меня изнасиловать. Точно так же, как те двое, которых он только что остановил.
— Давай проведём тест.
Парень протягивает руку, больно сжимает мои соски и дёргает их.
Я запрокидываю голову и стискиваю зубы, задерживая дыхание от боли, которую причиняет растягивающаяся кожа.
— Умница.
Он отпускает меня, и я обвисаю на верёвках, из моих опухших глаз снова текут слёзы.
— Мне это нравится. — Он тянется к моему клейму «666», и я вздрагиваю от мягкого прикосновения его пальцев. — Тогда я понял, что Сент в тебя влюблён. Он был достаточно мил, чтобы вырубить тебя. Я бы не стал.
«Откуда он это знает?»
— Я бы точно не давал тебе спать. Смотрел, как ты плачешь и кричишь. Умоляла меня остановиться, пока я убеждался, что это самый болезненный опыт в твоей жизни. Но, с другой стороны, тебе это нравится, не так ли?
Нравится. Да. Но Сент понимает, как далеко можно зайти. Он никогда не причинял мне настоящей боли. Не так.
Его руки в перчатках опускаются к брюкам, и он расстёгивает ремень. Я тяну за верёвки.
— Нет...
— Ш-ш-ш. Помни, Эштин. Если кто-нибудь выйдет наружу... — замолкает он, и я начинаю учащённо дышать. Моё дыхание становится всё быстрее и быстрее. Я чувствую, что у меня начинается приступ паники. Я стою прямо, но мне кажется, что что-то давит на грудь.
— Это просто ещё одно испытание, — говорит парень, срывая ремень с джинсов. Затем хлопает им меня по груди.
Ощущение такое, будто меня одновременно кусают миллионы огненных муравьёв, и у меня перехватывает дыхание. Как только мне удаётся сделать один вдох, он снова бьёт меня. На этот раз по верхней части бёдер.
Я дрожу в верёвках, когда кожа снова ударяет меня по рёбрам, обхватывая спину.