— Она не могла сбежать.
Мне по барабану, что говорят другие, я в это не верю. Они отпустили Эш, зная, что она вернётся ко мне. Вот почему? Чтобы она вернулась изнасилованной и избитой? Они думают, что я её брошу? Отшвырну в сторону, как будто она ничего для меня не значила? Я потратил четыре года на её поиски, поэтому с ней не могло случиться ничего, что заставило бы меня перестать любить или отказаться от неё.
И в машине было трое мужчин? Сколько разных мужчин было на видео, которые они нам прислали? Они все были одинаково одеты, так что те, кто был с ней в комнате, могли уйти и быть с Хайдином. Мне прислали два разных видео. Кто знает, на каком расстоянии друг от друга они были сняты, потому что он ждал два часа, чтобы отправить мне видео с Эштин.
Дверь распахивается, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть, как в комнату входит Тайсон. Он смотрит на Эштин, затем на меня. От его пустого взгляда у меня учащается пульс.
— Что не так? — спрашиваю я, подходя к нему.
Тай нервно сглатывает.
— Это Хайдин...
— Я останусь здесь с Эштин, — говорит Дэвин. — С ней всё в порядке. Обещаю.
Я выбегаю из комнаты, недоумевая какого хрена происходит. Сердце бешено колотится, когда я вижу, как Тайсон входит в палату Хайдина, расположенную дальше по коридору от палаты Эштин. Он придерживает для меня дверь, и у меня внутри всё сжимается, когда я вхожу.
Син стоит у дальней стены, закрыв лицо руками. Раят сидит на стуле, уставившись на окровавленный пол. Кэштон стоит у изголовья больничной койки Хайдина, его предплечья по обе стороны от головы Хайдина, он согнут в талии, лоб Кэштона покоится на лбу Хайдина. Гэвин стоит рядом с кроватью, держа в руках дефибриллятор.
Тишину в комнате заполняет громкий звуковой сигнал. Я пытаюсь осознать то, что вижу, но моё сердце не хочет в это верить.
— Мне очень жаль, — шепчет Гэвин и кладёт дефибриллятор на тележку рядом с собой.
Я вижу, как дрожит тело Кэштона, когда он сжимает кулаки. Жасмин стоит позади него, скрестив руки на груди, по её лицу текут слёзы. Мне сказали, что она приехала пару часов назад. После того как Эштин позвонила ей, Жасмин села в частный самолёт своего отца и прилетела сюда. Она не собиралась уезжать, пока не убедится, что её подруга в порядке. Не уверен, знают ли Короли, что Жасмин здесь, но я не собираюсь доносить на неё. Позвоню, если она будет мешать мне, но пока что Кэштон может сам с этим разобраться.
Облизываю губы, пульс учащается. Шагнув вперёд, я смотрю на Хайдина, лежащего на больничной койке. У него из носа течёт кровь, и у меня подкашиваются колени при мысли о том, что я могу потерять брата.
Кэштон приподнимается с кровати, и Жасмин касается его спины. Он разворачивается и опрокидывает тележку. Всё с грохотом падает на пол, и Жасмин вскрикивает от удивления, услышав, как что-то со звоном падает на пол.
— ЧТОБ ТЕБЯ! — кричит Кэш и выбегает из комнаты, толкая меня плечом, а она бежит за ним.
Я делаю шаг вглубь комнаты, и глаза Гэвина встречаются с моими.
— Мы сделали всё, что могли... — Он протягивает руку и выключает аппарат, и в комнате воцаряется оглушительная тишина.
Кровь стучит у меня в ушах, как товарный поезд. Я смотрю на спокойное, но окровавленное лицо Хайдина, когда Гэвин натягивает на него белую простыню, закрывая моего мёртвого брата от всего мира.
ШЕСТЬДЕСЯТ
СЕНТ
Я выбегаю из лифта в подвале. Слышу голоса за спиной, но не обращаю на них внимания. У меня есть цель.
Мою жену и брата похитили. И теперь один из них мёртв. Кто-то должен за это заплатить. Это будут три куска дерьма, которые вернули её. Потому что эти трое кажутся мне наиболее вероятными подозреваемыми. А если они невиновны? Тогда им не повезло. Оказались не в том месте, не в то время.
— Сент? — Меня хватают и тащат назад.
Я разворачиваюсь и оказываюсь лицом к лицу с Тайсоном. Сжимаю руку в кулак, и он отступает назад, широко расставив руки, в то время как Син и Раят стоят по обе стороны от него.
— Я сожалею о Хайдине, — тихо говорит он.
Я не слушаю его. Отказываюсь верить, что мой брат лежит наверху, под простыней, как будто его никогда и не было. Кислый привкус во рту вызывает у меня тошноту. Но я сглатываю его.
— Куда вы их посадили? — требую ответа я. — Где эти трое парней, которых вы отводили?
— Мы разделили их, — отвечает Раят. — Кэштон не хотел, чтобы они были рядом друг с другом, потому что они могли бы разговаривать.
Я поворачиваюсь к ним спиной.
— А Люк? — резко спрашиваю я.
— Там же, где и был, — отвечает Син.