Проходя по коридору, я отодвигаю пластиковые занавески и прохожу через ямы. Затем оказываюсь в коридоре с камерами по обеим сторонам. Достаю из кармана ключ и открываю камеру Люка.
Он вздрагивает от громкого скрипа распахиваемой двери.
— Вставай, мать твою! — рявкаю я, бросаясь к Люку. Его мёртвая жена всё ещё лежит на полу, вернее, то, что от неё осталось. От её тела остался только скелет. Тело сгорает за два-три часа. Она лежит там уже четыре дня.
— Не-е-т, — хрипло произносит Люк, вжимаясь всем телом в дальний угол.
Я наступаю на тело Уитни, чувствуя, как хрустят кости под моим весом. Затем хватаю его за волосы и рывком ставлю на колени.
— Кто, черт возьми, убил Хайдина? — ору я в его залитое слезами лицо.
Он рыдает ещё сильнее. Его хрупкое и костлявое тело дрожит.
Я подтаскиваю его к Уитни и ставлю свой ботинок перед его босой ногой, подставляя ему подножку. Люк падает на колени рядом с тем, что осталось от неё, и я вдавливаю его лицо в пепел, рассыпанный по полу. Он кашляет и отплёвывается, пока я тру его лицо о то, что когда-то было его женой.
Запрокидываю его голову. Люк кричит, поднимая руки к лицу и вытирая слёзы.
— Кто, мать твою, это сделал? — кричу, сжимая его волосы рукой. Я дрожу так же сильно, как и он, но по другим причинам.
— Я...
Такое чувство, что меня словно ударили молотком по лицу, отбросив нас обоих к дальней стене. Раздаётся пронзительный сигнал тревоги, и по всему подвалу зажигаются прожектора. Я кашляю и машу рукой перед лицом, чтобы стряхнуть пыль и, вероятно, пепел Уитни, который теперь кружится по маленькой комнате.
— Что за херня? — рявкаю я, хватая Люка, который пытается встать рядом со мной.
— Бомба, — слышу, как Тайсон кашляет, и, подняв глаза, вижу его и остальных в коридоре через пролом в стене. Все трое стоят на коленях, отряхивая с себя обломки.
— Какой идиот взорвал бомбу? — спрашиваю я, качая головой и пытаясь унять звон в ушах. Может, это из-за воя сирены. В любом случае, у меня разболелась голова. Или это может быть из-за того, что меня только что швырнули на бетонную стену.
Люк начинает смеяться, и я опрокидываю его на спину, усаживаясь верхом на его обнажённую грудь. Я обхватываю его за горло и прижимаюсь лицом к его лицу. Оно всё ещё покрыто прахом Уитни.
— Кто, чёрт возьми, взорвал здесь бомбу?
Взгляд Люка становится жёстким, и он напрягается подо мной.
— Ты сделал именно то, что они хотели.
— Кто? — ору я. О чём он, чёрт возьми, говорит? Он может лгать. Или может верить каждому своему слову — известно, что люди в клетке могут сходить с ума.
— Они, — одаривает меня злобной улыбкой Люк, и я вижу грязь и пепел у него на дёснах и на языке. У него нет зубов. Тайсон вырвал их один за другим. — Ты привёл их в «Бойню». Как они того и хотели.
— Парни, которые доставили Эштин, — говорит Раят.
Я поднимаю на него взгляд.
— Куда ты их дел?
Сигнал тревоги прекращается, но звон в ушах продолжается.
— Мы развели их… я отправил своего парня дальше по коридору, — заявляет Син, указывая на заваленный обломками коридор.
— Как, мать вашу, им удалось заложить бомбы? — удивляюсь я. — Вы что, их не обыскивали?
Господи Иисусе, кто, чёрт возьми, эти люди?
Все трое кивают.
— Обыскивали, — отряхивает джинсы Син.
— Мы их полностью раздели, — добавляет Тайсон.
Я хмурюсь и смотрю на Люка.
— Ты врёшь.
Раздевать тех, кто приходит в «Бойню», — это то, чему нас учили наши отцы. Это служит определённой цели. У них нет никакой защиты. Есть что-то очень уязвимое в том, когда мужчину раздевают, обливают из шланга и бросают в клетку, как животное. Это унизительно.
— Это была самоубийственная миссия, — говорит Люк.
— Ты хочешь сказать, что они добровольно проглотили бомбы? — спрашиваю я, презрительно фыркнув.
Люк издаёт грубый смешок, и я прищуриваюсь, глядя на него.
— Они что, в задницу их засунули? — спрашивает Син, заставляя Раята смеяться.
Люк не находит это забавным.
— У каждого из них есть бомба? — смотрю на него.
Приехало трое человек, значит, ещё две бомбы должны взорваться. У них таймеры? Спусковые крючки? Сколько времени осталось до следующего взрыва?
— У четверых из них есть бомбы. — Его злобный смех наполняет комнату.
— Но было только трое мужчин, — хмурится Тайсон.
— Кто четвёртый? — отрываю голову Люка от пола только для того, чтобы снова впечатать её в бетон. — У кого на хрен четвертая бомба?
Его смех нарастает, и с меня хватит этой херни.
— Син, у двери лежит коробка с перчатками. Дай мне две.
— Что? — Люк перестаёт смеяться и начинает извиваться под мной, пытаясь вырваться. — Что ты собираешься делать? — спрашивает он.