— Сент. — Моё имя слетает с её губ, и я улыбаюсь, мне нравится, как оно звучит.
— Вот так, Эш. Скажи им, кто тебя трахает. Кто, чёрт возьми, владеет тобой.
Я резко подаюсь вперёд, и Эш вздрагивает. Её пизда плотно обхватывает мой окровавленный член. Я всегда мечтал о ней именно такой. Казалось, что это никогда не сбудется. Опускаю руку между нами, и большим пальцем нажимаю на вибрирующую анальную пробку. Я немного двигаю её. Ровно настолько, чтобы дать ей немного больше.
— Сент! — На этот раз Эш вскрикивает, когда я вытаскиваю член и снова толкаюсь вперёд.
Её киска насквозь мокрая. Вот, что такое эта жизнь — контроль. Доминирование.
Эш сжимает руки в кулаки, бёдра дрожат, а пизда сжимает меня, как тиски. Я улыбаюсь, когда она кончает на мой член.
— Хорошая девочка, — хвалю я, и она задыхается, пытаясь отдышаться. — Кончаешь на меня, как шлюха, какой ты и являешься.
Я сдвигаю маску на макушку, наклоняюсь и целую её заплаканное лицо.
— Теперь моя очередь.
Отпустив Эш, я встаю во весь свой рост, хватаю её за бёдра и врезаюсь в неё снова и снова.
Так сильно, что к тому моменту, когда мои яйца напрягаются, я потею и задыхаюсь. Толкаюсь вперёд в последний раз, погружаясь по самые яйца, и кончаю в неё. И горжусь собой, что продержался так долго. Сегодня я уже дважды кончил, дроча.
Когда я выхожу, сперма и кровь стекают с кончика моего члена, а Эш лежит, склонившись над алтарём, заплаканная и измученная, как кукла, которой я только что воспользовался.
— Это только начало, милая.
Я шлёпаю Эш по заднице, на которой уже остался отпечаток моей ладони, и оставляю пробку.
ПЯТНАДЦАТЬ
ЭШТИН
Следующий час проходит как в тумане, я сижу на передней скамье, а Сент рядом со мной. И рада, что слишком охреневшая, чтобы быть свидетелем того, как мой брат берёт свою избранную.
Я чувствую себя пьяной — сильнее, чем раньше, когда приехала. Не знаю, оргазм ли это или на меня так подействовал алкоголь.
У меня пошла кровь.
Я хочу прокричать об этом всему миру. Это странно, что мне хочется втереть это в лицо своей матери и её психотерапевту? Возможно. Но когда тебе говорят, что ты чего-то не можешь, ты хочешь показать им, что на самом деле можешь это сделать, и я это сделала.
А ещё я кончила. Сент сделал боль приятной. Никогда не испытывала ничего подобного. Это было нечто большее, чем то, что я когда-либо считала возможным.
Опускаю отяжелевший взгляд на бедро, где лежит рука Сента. Его кольцо с гербом Лордов холодит мою пылающую кожу. У меня синяки. Они покрывают мои запястья и бёдра. Уверена, что под платьем их гораздо больше.
После того как закончил со мной, Сент развязал мои руки и снова натянул на меня платье, оставив манжеты на месте вместе с пробкой. Я чувствую его сперму внутри себя. Мои бёдра скользкие от смеси нашего оргазма и пота. Они всё ещё дрожат.
По моему телу словно прокатилось землетрясение. Если бы я стояла, то упала бы на колени. Чёрт, ему пришлось помочь мне сесть.
Прежде чем встать, Сент похлопывает меня по бедру. Я поднимаю взгляд и отяжелевшими глазами осматриваю комнату, чтобы увидеть, что Хайдин закончил со своей избранной. Он уходит последним. Я знаю её по Баррингтону, но мы не близки.
Все Лорды встают со скамей и направляются к выходу из собора. Я остаюсь сидеть, боясь, что мои ноги не смогут меня удержать. Они болят от каблуков, не говоря уже о том, что мои ноги превратились в желе.
Сент стоит передо мной, тихо разговаривая с Кэштоном. Его избранная стоит на коленях на полу позади него. Её руки связаны за спиной, и она всё ещё обнажена. Я её не знаю. И никогда раньше не видела.
У Лордов разные рейтинги в обществе. Братья Пик получают только лучших из лучших, так что она должна быть кем-то важным. Или, по крайней мере, её отец.
Возьмём, к примеру, избранную моего брата. Её отец — конгрессмен. Девушка единственный ребёнок, и, насколько знаю, ненавидит моего брата. Я встречала её всего один раз на вечеринке, и она сказала мне, что ненавидит меня и мою семью. Я хотела извиниться, но не смогла заставить себя произнести эти слова. Потому что в большинстве случаев тоже ненавижу свою семью.
— Пойдём, — приказывает Сент, хватая меня за руку и поднимая на ноги. Из-за каблуков мне в десять раз труднее стоять на дрожащих ногах.
— Куда мы идём? — спрашиваю я.
Честно говоря, я не была готова зайти так далеко. Поэтому понятия не имею, что будет дальше. Мы поедем к нему домой? Ко мне?
Сент касается моей щеки, и я поднимаю взгляд на его скрытое маской лицо, но он не отвечает. В ответ я слышу только молчание. Так будет и впредь. Я буду задавать вопросы, а Сент будет что-то скрывать от меня.