Утонуть всегда было моим самым большим страхом, и Лорды решили использовать это против меня. Теперь мне остаётся только смириться с этим.
Как раз в тот момент, когда думаю, что умру в яме, воду высасывают, и я начинаю выплёвывать её себе на лицо, задыхаясь от холодного воздуха, который обжигает мне горло. Потом слышу громкий звук открываемых замков и скрежет металла, а затем решётки исчезают, и меня хватают за руки, выдёргивают из ямы и переворачивают на живот.
Чья-то рука бьёт меня по спине, и я корчусь в конвульсиях, лёжа на холодном бетоне. Руки повсюду... тянут и дёргают. С меня срывают мокрую одежду.
— Хорошая работа, сынок, — слышу я голос отца сквозь свой кашель и прерывистое дыхание. — Я знал, что ты справишься.
Я отстраняюсь от него, но падаю ничком. Поднимаю отяжелевшие веки и вижу склонившуюся в углу фигуру мужчины. У него копна тёмных, падающих на лоб волос. Он голый и весь в грязи. Он висит, закованный в наручники. Его глаза закрыты. Не знаю, то ли это он мне помогал, то ли со мной играл мой разум. Но его глаза приоткрываются и встречаются с моими, после чего я теряю сознание.
ТРИ
СЕНТ
ИНИЦИАЦИЯ
ПРИВЕРЖЕННОСТЬ
ТРЕТИЙ КУРС УНИВЕРСИТЕТА БАРРИНГТОН
— Одна нога здесь, другая там, — говорит Хайдин, в пятый раз за последнюю минуту взглянув на свои часы «Патек Филипп».
Кэштон ворчит.
— Ты ведёшь себя так, будто я хочу потусоваться и выпить пива. — Он поправляет пиджак, пожирая глазами официантку-блондинку, которая проходит мимо и подмигивает ему.
Хайдин пихает Кэштона в руку, привлекая его внимание.
— Из нас четверых ты единственный, кто заставил бы нас задержаться здесь дольше, чем следовало бы.
Кэштон кивает в знак согласия.
— Эх, если бы. — Он подмигивает блондинке в ответ, когда она в очередной раз проходит мимо.
— Он не может трахнуть тебя, дорогая, — отмахивается от неё Адам. — Его член не работает.
Блонди распахивает глаза от изумления, а затем разворачивается и убегает. Хайдин смотрит на Кэштона, который только смеётся над ним.
— Я бы хотел убраться отсюда до восхода солнца, — добавляет Адам.
Не хочу их расстраивать, но мы пробудем здесь ещё некоторое время.
— Все запомнили свои карточки? — спрашиваю я, засовывая руки в карманы своих чёрных брюк.
— Да, папуля, — улыбается мне Кэштон.
Адам кивает, а Хайдин постукивает его по голове в знак того, что он всё запомнил.
— Тогда пойдёмте.
Каждому из нас выдали карточку с именем, местом и временем. Для этого посвящения мы должны работать сообща. Как по мне, Лорды издеваются над нами. Они хотят, чтобы мы провалились, разозлились друг на друга или сбросили друг друга с борта мегаяхты, на которой сейчас находимся. Или чтобы нас поймали, чтобы они могли подстроить так, чтобы нас тоже убрали.
— Кого-нибудь ещё укачивает? — Кэштон кладёт руку на грудь и раскачивается взад-вперёд.
— Она около трёхсот футов в длину. Я даже не могу сказать, что мы на воде, — отвечает ему Адам.
— Мы на яхте уже час, — напоминает ему Хайдин.
— Я никогда не любил воду, — огрызается в свою защиту Кэштон. — Помнишь то лето перед первым курсом в Баррингтоне, когда мы катались на лодке отца Адама и я заблевал всю носовую часть?
— Это потому, что ты выпил целую бутылку «Егеря»4 и ничего не ел в тот день, — смеётся Адам. — А ещё ты измазал свой член плавленым сыром и предлагал женщинам свою «сырную палочку».
— Эй, мне не светила киска в течение следующих трёх лет. Я жил своей лучшей жизнью, — ворчит Кэштон, хватаясь за свои брюки, как будто ему не терпится снова воспользоваться членом.
Мы все так чувствуем.
Хайдин снова смотрит на часы и поправляет рюкзак на плече.
— Я ухожу. Скоро увидимся, ребята. — Он поворачивается к нам спиной и заходит в двери.
— Я тоже. — Адам закидывает в рот жвачку, по-мужски приобнимает Кэштона, и я киваю ему, после чего он тоже уходит.
— Ты собираешься блевать? — спрашиваю я Кэша. Мы зашли так далеко не для того, чтобы он всё испортил, заблевав всё вокруг.
Он качает головой.
— Не, думаю, со мной всё будет в порядке.
Мы с Кэштоном пробираемся через мегаяхту. Она принадлежит Лорду, но никто не знает, чем тот занимается. Он держится особняком. И раз в год устраивает вечеринку на «Изабелле» в Атлантике, когда проводит выходные в Хэмптоне. Он кому-то насолил, и, как оказалось, это пойдёт нам на пользу.
Сегодня нам нужно вычеркнуть из списка четыре имени. Каждый из нас должен вычеркнуть одно из них. Если один из нас не справится, то мы все провалимся — так нас видят Лорды, но мне от этого не легче.