— Я буду делать с этой шлюхой всё, что захочу.
Пока они спорят, я решаю, что это мой лучший шанс. Вскакиваю на ноги и бросаюсь бежать. Кто-то дёргает меня за волосы, и кожу головы пронзает, словно тысячи иголок, меня сбивают с ног, и я падаю на пол навзничь. У меня перехватывает дыхание, а перед глазами пляшут точки. Переворачиваюсь на бок, обхватываю живот руками и кашляю, когда вспыхивает боль у меня за глазами и распространяется по затылку вдоль позвоночника. От удара у меня начинают покалывать пальцы рук и ног.
— Не трогайте её, чёрт возьми, — кричит Сент, и они начинают бороться.
Когда я поднимаюсь на четвереньки, в коридоре раздаётся громкий хлопок, на мгновение оглушающий меня. Закрываю уши руками, чтобы заглушить звон, но это не помогает.
Подняв глаза, вижу, как охранник опускается на колени, а затем падает ничком. Звон в ушах усиливается, когда я вижу, как Сент опускает пистолет, который тот, должно быть, отобрал у охранника. Он засовывает его сзади за пояс джинсов, свирепо глядя на мёртвого охранника.
Я вскакиваю на трясущиеся ноги и прижимаюсь спиной к стене, чтобы обойти растекающуюся под парнем лужу крови. На мне и так достаточно крови.
— Сент, — выдыхаю я, подбегая к нему сзади.
— Пойдём.
Сент хватает меня за руку и тащит по коридору в ту сторону, откуда я пришла. Я не могу этого сделать. Я не вернусь. Я слишком близко.
Задрав его футболку, я хватаюсь за рукоятку пистолета, спрятанного сзади у него в джинсах, и вытаскиваю. Мы оба замираем, и время замедляется, когда я вжимаю пистолет ему в спину, понимая, что после этого пути назад уже не будет.
Сент напрягается, тонкая ткань футболки натягивается на его упругих мышцах, руки опущены вдоль тела. Он медленно поворачивается ко мне лицом. Сент прищуривается, глядя в дуло.
— Господи Иисусе, Эш. Ты действительно рехнулась на хрен, — выдыхает Сент, и его взгляд смягчается от сочувствия, как будто я настолько жалка, что ему действительно жаль меня.
Так и есть, но я отказываюсь становиться своей матерью. И сделаю всё, что в моих силах, для своего ребёнка. Я буду ставить ребёнка на первое место и прослежу, чтобы у него было безопасное и здоровое место для взросления. Если не разорву этот порочный круг, то кто это сделает?
Слёзы текут по моему лицу, пистолет дрожит в руках, но ноги широко расставлены, словно я корабль, готовящийся к шторму.
Разведя руки в стороны, Сент делает шаг ко мне, теперь пистолет упирается ему в грудь, и я, спотыкаясь, отступаю назад.
— Милая.
Он называет меня по прозвищу, и это заставляет меня всхлипывать.
— Мы оба знаем, что ты в меня не выстрелишь. Давай.
Сент показывает поднятыми руками, чтобы я отдала ему пистолет.
— Я буду здесь, рядом с тобой. С тобой ничего не случится. Я позабочусь об этом.
Он имеет в виду наказание отцов. Но Сент не знает того, что знаю я. Во всяком случае, пока.
Никто не покидает «Бойню». Никогда. А те, кто пытался, были пойманы и больше никогда не видели свет. Мир уже думает, что я мертва; никто не будет скучать по мне, если меня убьют здесь.
Сент добавляет:
— Что бы ни случилось, все кончено, и тот, кто прикоснулся к тебе, заплатит. — Его взгляд опускается на окровавленный труп позади меня, прежде чем снова встретиться с моим.
Никогда не сомневалась в том, что Сент сделает для меня, потому что своими глазами видела, как он защищает тех, кого любит. Но даже я знаю, что некоторые вещи выходят за рамки его возможностей. Мне не суждено стать его женой или матерью его детей. Я просто шлюха, которую Сент использует, пока не появится она. И это самая трудная пилюля, которую нужно проглотить. Данные нами клятвы ничего не будут значить для Лордов, когда они узнают, что он нарушил свою клятву.
С моих губ срывается смех. Я чувствую себя безумной, как бомба замедленного действия. Малейшая мелочь приведёт меня в действие.
— Кончено? Это никогда не закончится, — выдыхаю я, ненавидя его беспечность. Но Сент вырос в этой жизни. Он Лорд. Его родословная гарантирует, что ему никогда не придётся пройти через то, что придётся пережить мне. Он — мужчина. А я для них всего лишь шлюха, которой они будут пользоваться, пока я не сгнию в этом месте.
Я слышу слабые голоса, за которыми следует шарканье ног. Они идут, чтобы забрать меня. И я знаю, что у одного из них в руках рубашка. Они напялят её на меня и потащат по коридору за волосы... если повезёт. Или как ту женщину, у которой вокруг шеи была обмотана верёвка, за которую они её и тащили.
— Ну же, милая. Будь хорошей девочкой и отдай мне пистолет.
Хорошей девочкой? У меня чуть колени не подкашиваются от его слов. Я всегда была хорошей девочкой для него. Я дала этому мужчине всё, что могла предложить. И его друзьям тоже. Но моя жизнь? В какой-то момент женщина должна постоять за себя и провести черту. Вот тут-то я и делаю выбор. Либо сбегу, либо позволю им убить меня при попытке. Я с радостью позволю ему убить меня, чем убью его. Но в моей жизни никогда не было ничего лёгкого. Особенно наша любовь.