Не обращая внимания на доносящийся из мастерской приглушенный трескающимися и рушащимися стенами восторженный писк, Айоро, со стоном подхватив саквояж, подобрал трость, нахлобучив на голову валяющийся в пыли цилиндр, и побежал прочь. Несмотря на возраст и терзающую его последние месяцы постоянную боль в коленях, уже через пять шагов у стилиста в ушах засвистел ветер. Еще через пять его бег ускорился настолько, что вызвал бы удивление даже у самых опытных «загонщиков» Стаи. Хромота прошла, как будто ее никогда и не было. Впрочем, Айоро Дракенбург об этом не задумывался. Он просто бежал. Вверх по склону. Туда, где вдали виднелась крыша огромного эллинга…
Сидящая на вершине того, что осталось от водонапорной башни, замотанная в желтые тряпки фигура чуть шевельнулась. Небо никогда не ошибается. Жаль, что он не смог прочитать его знаки сразу. Конрад Берг тяжело вздохнул. Как же он был слеп. Как глуп. Но Небо всегда дает шанс. Прищурившись, монах, не торопясь оглядел пылающий сразу в десятке мест город. Люди. Настоящие, чистые люди гибли на его улицах десятками, и все, что он мог сделать, это успокоить себя мыслью, что их незапятнанные гнилостным прикосновением атомного распада души попадут в рай. Интересно, он так же прекрасен, как этот голубой, затянутый дымами и пороховой гарью купол над его головой? Если да, то им можно только позавидовать. Наверное.
Огладив пластиковый бок оружия, монах, вздохнув, достал из раскрытого футляра небольшую поблескивающую металлом коробку и, вытащив одну из питающих винтовку батарей, с щелчком загнал ее в открывшееся гнездо. Прикрыл глаза, неторопливо щелкнув тумблером, Берг привел винтовку в боевой режим. Подождав минуту, задержал дыхание и щелкнул следующим тумблером, выводя на максимум мощность форсажного блока. Оружие чуть слышно загудело. Конрад облегченно вздохнул. Теперь только Небо знает, превратился ли его разящий меч в всесокрушающую длань Божества или снаряды порвет прямо в стволе. Языки пламени пожарищ и поднимающиеся на местах взрывов клубы пыли слагались в письмена, послания на тайном языке, ведомом только ему. Картина чуть заметно подрагивала и перетасовывалась, кусочки головоломки вставали на уготованные им места, чтобы спустя мгновение вновь рассыпаться цветной мишурой. Берг видел, как к городу с огромной скоростью несутся четыре куска мрака, четыре сосредоточья скверны такой силы, что все виденное им до этого меркло в источаемом ими дыхании мерзостной, противной самой жизни бездны. Но даже они меркли в сравнении с тем, что пульсировало под холмом. Зло. Настоящее, древнее, исконное. Оно содрогалось и протягивало свои щупальца по всему городу. Сочилось из хитро замаскированных, разбросанных по всей Бойне ходов, рычало и ревело в беспробудном мраке. Нет, оно само было мраком. На глаза монаха навернулись слезы. Это было, все равно, что смотреть на гаснущую в небе звезду, все равно, что опуститься на дно самого глубокого, полного разлагающихся тел и кишащих трупных червей колодца и обнаружить там нечто, никогда не бывшее живым, и потому просто не смогшее умереть. Мрак пульсировал и содрогался в агонии, и монах чувствовал, что пробужденное запахом крови Ничто, уже готово вырваться на волю. И скоро сюда придут те, кто в этом заинтересован. Те, кто стряхнет с древнего чудовища тонны укрывающего его до поры песка и пересохшей глины, превратит эти земли в настоящий Ад. Берг поежился и, повернув к востоку голову, принялся смотреть на медленно поднимающееся к зениту солнце. Не моргая, до рези в глазах, выжигая оскверненные прикосновением к древней Тьме клетки сетчатки. Мимо башни пролетел дрон. На секунду зависнув, машина повернула было орудия в сторону монаха, но тут же, будто передумав, резко спикировав вниз, скрылась в ближайшем переулке. Берг улыбнулся. Не время для сомнений. Он знал, когда и где закончится его путь. Знал с того момента, когда ножи киберхирургов начали нежно, но умело перекраивать его оскверненную Духом распада плоть. С тех пор, как строгие и мудрые учителя начали обучать его стрельбе и рукопашному бою. Смерть всего лишь начало…
Подтянув приклад к плечу, чистильщик закрыл глаза и, чуть довернув ствол, прижал пальцем кнопку спуска. Раздался чуть слышный хлопок, и оставляющая за собой инверсионный след вольфрамо-осмиевая игла прочертила нить жизни между ним и застывшим у полуразрушенного, оснащенного автоматической турелью крытого нарядной разноцветной черепицей дома, сгустка Тьмы. Мерзкую, чем-то смахивающую на помесь рака, паука и гигантской песчаной ящерицы тварь будто ударили молотом, вокруг ее головы вспухло облако из хитина и серовато-красных ошметков плоти. Походя развалив по пути пару домов, монстр отлетел к полуразрушенной городской стене и, издав задушенный писк, засучил лапами. Второй выстрел пришелся в брюхо, оставив в нем дыру, в которую спокойно мог бы пролезть не слишком крупный мужчина. Третий, раскроив мощный панцирь груди, вышел из спины фонтаном кровавых брызг. Монстр дернул шипастым хвостом и затих.