Спрыгнув с покрытой пылью и ржавчиной балки водонапорной балки, Берг небрежно отбросил в сторону раскаленную винтовку. Жалобно зазвенев о камни, оружие чуть слышно тренькнуло и, теряя по пути куски прогоревшего насквозь, обугленного и оплавленного пластика, бесстыдно оголило искореженное нутро. Губы монаха искривились в горестной ухмылке. Небо никогда не лжет. Достав из-за пазухи массивный автоматический пистолет, чистильщик оглянулся по сторонам и, не торопясь побрел вниз по улице. К чему торопиться: когда мироздание создавало время, то сделало его достаточно. Мимо него, не замечая идущего по середине улицы одинокого путника, с криками пробегали отряды вооруженных людей. Берг не обращал на это никакого внимания. Сомнения и страх умерли десятилетия назад. Он не может умереть, пока не исполнит свою миссию. Пройдя до перекрестка, монах неспешно обошел оставшуюся на месте баррикады чадящую воронку и повернул к арене. Он успеет. Должен успеть.
Из подворотни неожиданно выскочила женщина, вся покрытая копотью, в разодранном платье, она прижимала к груди слабо попискивающий сверток.
— Помогите, — прошептала горожанка одними губами. — Помогите…
На испачканном лице женщины протянулись дорожки слез. — Я…
На крыше грохнуло, и чистильщик, не оборачиваясь, вскинул пистолет. Сухо щелкнул подавленный интегрированным глушителем выстрел, и к ногам горожанки упало раскрашенное, покрытое татуировками тело.
— Спасибо, — всхлипнула женщина, падая на колени. — Спасибо, спасибо, спасибо, — забормотала она, раскачиваясь и тиская слабо шевелящегося младенца.
— Именем Его. — Кивнул Берг и, наведя ствол пистолета на женщину, метким выстрелом разнес ей голову. — Славой Его… — проронил он, и третий выстрел превратил упавшего в пыль младенца в ошметки. Проводив взглядом чуть слышно звякнувшую об утрамбованный песок гильзу, монах тяжело вздохнул и продолжил путь.
— Грязная падаль, — пробормотал он чуть слышно. — Атомово семя.
— Мэл, что делать?! Вторая линия прорвана. Первый и седьмой отряды потеряны! Шестой попал под перекрестный огонь стайников и Операторов! Со стороны рынка и теплиц все еще прут мутанты!! Но Звери отступают! Слышишь, звери отступают!
— Что? — Отпустив кнопку тангеты массивной полевой радиостанции, маршал сплюнул в песок очередную лужицу зелено-коричневой жижи, заскрипев зубами, весь превратился вслух. Штурм, похоже, захлебнулся. Стайников оказалось много, очень много, и хоть его ребята с помощью ополчения и вытеснили их поначалу к стенам, но уже вторая волна рейдеров просто-напросто завалила собственными телами большую часть заграждений и хлынула в город. Не помогла даже задумка хитреца Аладдина с подрывом улиц. К лезущим через завалы бесконечным потоком зверей неожиданно присоединились непонятно откуда взявшиеся в городе мутанты, и сейчас из почти двухсот его людей и четырехсот вооруженных рабочих отзывались на запросы не больше трети. Часть отрядов погибло, часть, испугавшись, попросту побросали оружие. Шериф горько усмехнулся. Во всяком случае, справедливость восторжествовала. Если верить все реже пробивающимся через грохот взрывов и шум помех донесениям, струсивших ублюдков стайники, просто-напросто, потрошили на месте.
Рация снова захрипела динамиком.
— Маршал!! Похоже, это отступление — не просто так. Они выпустили зверей!! Вдели одного у рынка! Второй… — Голос сделался неразборчивым, погребенный девятым валом эфирного шума.
— Срань! Срань! — С раздражением отбросив микрофон рации, глава ополчения вскочил со служившего ему сиденьем набитого песком мешка и громко заскрипел зубами. — Срань, срань, срань… Дерьмовые ублюдки… — На мгновение остановившись, шериф звонко впечатал кулак в лафет стоящей за спиной пушки. Боль немного отрезвила. Подхватив бессильно повисшую на проводе тангету, шериф тяжело вздохнул. — Общий сбор. — Проронил он, стараясь сделать так, чтобы его голос казался уверенным и громким. — Всем отрядам отходить к блокпостам, с пушками. Не кучковаться. Звери обычно охотятся за большими группами. Отходите по двое, по трое. Малыми отрядами. И перезаряжайтесь, парни. У каждого из вас в подсумке по комплекту патронов, что раздали умники Финка. Стрелять только в упор и наверняка. Если все сделаете правильно — будете жить. Тот, кто подстрелит зверя, помимо награды Устроителя боев получит кило серебра лично от меня.
— Вас понял! — Хрипнула рация. Голос говорившего пропал.
— Вот так, парень, — повернулся к ординарцу шериф. — Вот так… Как же я надеялся, что обойдется без этой гадости…