Мускулистое тело обрушилось на скрипучую кровать. Стас закатил глаза, растягиваясь на холодной сетке в полный рост. Я лишь ждала, когда он вновь продолжит свой рассказ, не совершая ни единого лишнего движения.
- Что было потом? – Робко проронила я, подвинувшись к краю кровати и спустив на пол голые ноги.
- Потом? – Его тешила мысль, что мне интересно, это было заметно по загадочной ухмылке и хитрым глазам. Но стоило кареглазому вновь продолжить свой рассказ, как уставшие глаза начинали блестеть от слез. – Митинги не прекращались, а наоборот росли на глазах. На них шли все: мужчины, женщины, старики, подростки. Я помню, как вооруженный отряд всадил пулю в грудь молодого парня. Ему было не больше шестнадцати, не думаю, что он так представлял свою смерть. Так это всё и началось. Стреляли по всем гражданским, попавшимся под руку. Затем они перешли к более серьезному оружию, бросая мины по домам, магазинам, школам, больницам. Третьего марта я возвращался домой с аптеки, у сына поднялась температура, но дома больше не было, на его месте остались лишь руины. Моя жена и сын остались заваленные камнями внутри! – Больше он не сдерживал себя, давая свободу чувствам. Слезы бесшумно полились по щетинистой щеке, от чего мое сердце сжималось от боли. Я даже не могла представить, что этот хладнокровный солдат потерял самых родных, прежде чем стать таковым.
Я нерешительно поднялась с кровати и сделала пару шагов вперед. Мозг твердил, чтобы я продолжала сидеть на месте, не делая глупых вещей, но в глубине души понимала, что обязана это сделать. Сев рядом со Станиславом, холодной рукой проскользнула по крепкой спине. Всхлипы становились все тише, но он не показывал своего лица. Подавшись чуть вперед, я приобняла темноволосого, положив голову на плечо.
- Прости, что заставила обо всем вспомнить опять. – Мои голубые глаза пытались заглянуть в его, но он старательно их отводил.
- Я думаю об этом каждый день. Теперь моя главная цель – уничтожить тех тварей, убивших мою семью. За этим я здесь. – Разразился басистый голос, и Стас положил сильную руку на мою, бросив в мою сторону тёплый взгляд.
- Меня зовут Марго, кстати, - слегка улыбнувшись, прошептала я и чуть отстранилась. – Будем знакомы.
Не успел Гром что-то сказать в ответ, как в замкнутые железные двери стали настойчиво стучать, от чего я вновь пришла в себя, осознавая, что творится снаружи.
- Эй, Гром, ты там не засиделся, часом? – Знакомый сиплый голос лысого насильника послышался за дверью. – Ты с ней там уже около часа сидишь, пора уступать место и другим.
Дыхание участилось, я не знала куда податься. Вскочив с кровати, стала бегать из стороны в сторону, думая, как поступить в этой ситуации. В эти мгновения я была готова броситься вниз через окно, даже если бы мы находились на восьмом этаже, но ржавые решетки не давали даже мнимой возможности спастись.
- Ждите, скоро будет! – Взглянув на моё перепуганное лицо, кареглазый подмигнул и поднялся на ноги.
- Ну давай, ждем.
Убедившись, что Лысый ушел достаточно далеко, чтобы не слышать наши разговоры, мужчина схватил меня за руку, внимательно взглянув в глаза.
- Сейчас от тебя требуется одно – хорошо притвориться, будто ты без сознания. Не реагируй ни на что. Ни на прикосновения, ни на угрозы. Поняла? – Он был, как никогда серьезен и сосредоточен. Я лишь молча кивала головой. – Мы пойдем мимо них, потому что другого пути в этом крыле нет.
Тихо открыв железную дверь, мужчина вышел в коридор убедиться, что поблизости никого нет. Яркий солнечный свет, падающий из окна в коридоре, залил порог темной комнаты. Я ощутила на своих ногах теплые майские лучи, а моё тело покрылось мурашками. Сильные мускулистые руки схватили меня и с легкостью повалили на плечо.
- Теперь закрой глаза и расслабься, тогда у нас всё выйдет.
Мы сделали пару шагов от двери, медленно двигаясь в сторону лестницы, как вдруг из соседней комнаты послышался незнакомый мне бархатистый голос.
- Мне кажется, что девушка и сама в состоянии стоять на ногах. Стас, что же ты так облажался? Опять.
Глава 6. Она мертва
Кареглазый бросил раздраженный взгляд в сторону незнакомца, скривив от недовольства лицо. Никакими словами нельзя было описать его неприязнь к этому парню. Это ощущалось даже по учащенному дыханию, напряженному телу, злости, что пылала внутри. Осознавая, что моя роль давно была сыграна и провалена, я похлопала Стаснислава по широкой спине, ожидая, когда вновь коснусь ногами холодных бетонных полов. Не пререкаясь, он поставил меня на ноги и сделал шаг вперед, перекрывая мой напуганный силуэт собой.