- Так, а ну перестали ебаться на глазах у детей, шпанье! - раздался рев, заставивший всех прекратить почти начавшиеся дела… что поделать, мастер тоже не преминул возможностью опустошить бочку-другую, да и третью… и от десятой не отказался… то есть, мы не туда уехали. - По домам, быстро!
Ослушаться мастера никто не посмел.
Эльза и Жерар первыми забрались в волшебный автомобиль, который по новой технологии сам должен был доставить обоих прямо домой. На автомобиле были два кольца, слегка съехавших.
- А что обозначают эти кружки? - ткнув пальцем на отливающие золотом обручи на крыше, спросила Аска.
- Это означает счет 0:0, - не преминул отшутиться Нацу, обнимая свою супругу за талию. Ну, почти за талию.
- Расходимся, ребя~т, - протянула Альберона, держа в одной руке бочку, а другой обнимая за шею Лексуса и даже не замечая, что сидит у него на руках.
Разошлись все довольно быстро. После свадьбы обычно должна быть первая брачная ночь… Хм, у кого-то она, может быть, и не будет первой, но жаркой точно. А что вы хотели, это же драконы. А что вы хотели, это же весна. А что вы вообще хотели, это же Фейри Тейл!
Комментарий к Глава 70. Хороший день, не правда ли?
Часть заканчивается) Хотите бонус Эльза/Жерар? А то я про них ничего не писал))
========== Бонус №7: Эльза/Жерар: “Открой своё сердце солнцу”. ==========
Закат в Магнолии как всегда прекрасен. Скрываясь за полосой горизонта, солнце кидает последние отблески, скрашивая ими небо в самые разные цвета, создавая волшебные переливы. Нежно-розовая полоса плавно переходит в светло-оранжевую, ближе к желтому, а затем алая полоса, цвета яркого пламени и крови, переходит в светло-голубоватый, который постепенно темнеет с наступлением темноты. Ясный вечер позволяет полностью насладиться красотой заката.
Эльза любит такие закаты. Она может долго, не отрываясь смотреть в небо и смотреть на то, как солнце покидает свое пристанище, чтобы вернуться утром. В карих глазах девушки сияют блики, словно отражение солнца. Ветер слегка касается ее волос. Она сидит, обняв руками свои колени, и неотрывно смотрит в небо, как маленький ребенок, увидевший что-то такое, что его очаровало. Она ведь и вправду чем-то похожа на ребенка. Но никому и никогда не показывает этого, скрывая свои истинные чувства за железной броней. Интересно, каково это - жить, не открывая свое сердце никому, даже лучшим друзьям.
Да, здесь лучше всего наблюдать за этим потрясающем явлением природы. Высокая скала, возвышающаяся над всем городом, с удобным пологим выступом. Ветер здесь не особенно сильный сейчас, будто бы специально не хочет спугнуть гостью, решившую сегодня навестить это место и понаблюдать. Запах цветов, последних в этом году, сводит с ума приятным ароматом. Но всё это не важно, а всё, что привлекает внимание пары карих глаз - этот прекраснейший по своей красоте закат. И в нем уже будто бы мерцают звезды, словно подмигивая Эльзе, словно улыбаясь ей и заставляя тоже улыбнуться.
По щеке, оставляя соленую дорожку, стремительно скользнула слезинка, замерев у уголка губ. Вот сейчас, когда она одна, когда она наедине с этой безлюдной, но такой понимающей природой, с этим закатом, можно снять броню и открыться душой навстречу солнцу. Но это не согреет ее. Ведь солнце уже ушло за горизонт, оставив после себя лишь напоминание в виде зари. Скарлетт сама не знает, почему так хочется плакать, а душа будто бы рвется наружу, словно разрывается на части сердце. Хочется вскочить и побежать куда-нибудь, и не важно куда. Поддаться внезапному порыву безумия и бежать куда-то, вперед, не разбирая дороги, преодолевая все препятствия, и убежать так на край света. А может, так далеко и не надо. Просто скользнуть в чьи-нибудь теплые объятия и растаять в них от тепла и любви. Она лишь маленькая девочка, что мечтает о чистой и светлой любви.
- Эльза? - знакомый, до боли знакомый и родной голос заставляет девушку невольно вздрогнуть и, схватившись за щеку, обернуться, чтобы поскорее увидеть обладателя этого голоса. Ей нестерпимо хочется видеть его.
- Жерар? Что ты тут делаешь? - надеясь, что голос не дрожит, старается спрашивать естественно Скарлетт, чтобы ничего не подумал. Ей стоит большого труда выглядеть как обычно рядом с ним, и она сама не до конца может понять, почему так. Почему именно он, что он такого сделал, чтобы завоевать сердце волшебницы. И надо ли ему вообще это закованное в непробиваемую броню сердце?
- Я… был на задании, - с секундной запинкой произнес синеволосый, отводя взгляд. Он никогда не умел врать, особенно ей. Любой обман, даже самый скрытный, та, что зовется Титанией, раскрывала с полуслова. Так и сейчас. Она смотрит на него наивными глазами и от чего-то улыбается.
- Как задание? - спрашивает легко и непринужденно, а сама еле пересиливает себя, чтобы не отвести взгляда, чтобы не показаться слабой.
- Всё хорошо, - кивает в ответ, а затем начинает прожигать взглядом место рядом с Алой. Он будто бы спрашивает: “Можно?”. Конечно можно, даже нужно. Чуть подвинувшись, Скарлетт отвечает ему этим, и, поняв, Фернандес опустился на прохладный камень, присыпанный землей.
Теперь они смотрят на прекрасный закат вдвоем. Жерар опоздал к самому прекрасному действию, но и сейчас еще не все потеряно. Ему нравится, когда слегка прохладный ветер касается лица, ему нравится, когда он приносит с собой запах последних цветов, и ему нравится, что, делая вид ,что ему так интересно небо, он может смотреть на неё. А она и не подозревает, будто бы специально не поворачивается и с блеском в прекрасных глазах наблюдает за последними лучами солнца с трепетом провожая их.
Алые локоны мягко лежат на ее спине, будто бы маня собою. Эльза не замечает, как один из них оказывается в руке Жерара. Он просто не может удержаться, мысленно вопрошая самого себя, почему нельзя сейчас, чтобы все было как в детстве? Тогда, давно, он мог спокойно держать ее за руку, улыбаться ей, и, самое главное, они могли быть искренни друг с другом. Разве это не счастье? Уголки губ парня растягиваются в улыбке, и в этот самый миг она оборачивается. Локон выскальзывает из ладони Фернандеса, и он тут же отворачивается, словно его поймали на страшном преступлении.
- Жерар, - Скарлетт не знает, как начать разговор и давно обдумывает это. Но ей кажется, что вот сейчас обязательно нужно начать. Потому что, кажется, сама судьба хочет, чтобы они сейчас заговорили. - Скажи, как твои дела?
- А как могут быть дела у преступника в бегах? - с иронией улыбнулся синеволосый, заставляя девушку опустить взгляд.
- Ты не преступник, Жерар, - произносит она тихо, но от чистого сердца. Для нее он никогда не был и не будет настоящим преступником, пока она знает его, его настоящего.
- Может быть, сейчас и нет, - соглашается Фернандес, запрокидывая голову и смотря в небо, темнеющее с каждой секундой.
- Но ты ведь и не был преступником, - аловолосая чувствует, как глаза начинает щипать в предчувствии слез.
- Эльза… - ему нравится произносить это имя. Прекрасное, как и этот закат, только еще прекраснее. Оно слишком много значит для него, что он даже не смог забыть его при полной потери памяти. Что оно означает? Для него означает всё. Смысл жизни и сама жизнь.
- Разве ты не помнишь, что я говорила тебе? - Скарлетт сжимает кулаки. - Ты должен бороться. Нельзя постоянно ждать, что кто-то признает тебя честным человеком. Ты выбрал путь, так иди по нему. Не глупи, Жерар. Я хочу, чтобы ты был счастлив, но ты сам готов загубить себя. Ты не должен так… убивать себя.
Она понимает. Всё прекрасно понимает. Он просто не может быть счастлив, пока на нем этот грех. Он, словно те кандалы в тюрьме, опутал его по рукам и ногам, не позволяя в полную силу жить. И не поможешь тут не слезами, ни словами поддержки. Его душа страдает от того, что он натворил. Пусть, не он, пусть, все это не его вина, но руки его в крови. Его вина - вина невиновного. Он словно все еще окутан тенью, но в то же время страдает, будучи в свете. Ночи напролет он словно слышит их, души тех, чьи жизни он отнял. Не по своей вине, не сам, не специально, но он лишил их жизни, их счастья и радости, лишил их души еще при жизни, а затем и вовсе стер из существования. Он не специально, не хотел, чтобы было так, но ничего с этим уже не сделаешь. Остается лишь попытаться искупить свои грехи, но разве же возможно такое чем-то закрыть? Нет. Легкий ветер ударяет в лицо, словно отрезвляя. Будто бы опомнившись, парень замечает, что его рука в теплых ладонях Эльзы. Широко раскрыв глаза, Фернандес хочет отодвинуться, но не может отпустить ее.