Светловолосая вскоре уже сама сдалась настойчивому разбойнику, жадно проникающему языком в ее ротик, поддаваясь его порыву страсти и отвечая на победный поцелуй. Да, кажется, он потребует за свою победу немалой расплаты. Его рука уже вдруг скользнула по нежной ножке Люси. Теплая ладонь поднялась от колена, и, щекоча нервы и слегка пробуждая скрытые чувства, поднялась к юбке, задевая ее краями пальцев. Затем рука, будто сделав свое грязное дело, вернулась обратно под колено девушки, слегка приподнимая его и сгибая. Драгнил не прекращал прекрасного и наполнившегося страстью и желанием поцелуя. Люси стало не хватать воздуха от волнения, она жадно втягивала его через рот во время мимолетных перерывов. Внезапно ей почему-то захотелось вновь оказаться сверху. Недолго думая, девушка разрушила всю систему, устроенную супругом, вновь перекувырнувшись с ним на другую сторону кровати.
Устало усмехнувшись над настойчивостью волшебницы, маг огня подметил, что они еще даже не раздеты, а медлить как-то не хочется. Да и в положении лежа наблюдать за прекрасным телом жены гораздо легче, так что в этом есть и свои плюсы. Чуть возвысившись над Саламандром, Люси обнаружила, что он уже быстрыми движениями расстегивает ее жилет. Светловолосая мгновенно распахнула края жилета Нацу, открывая своему взгляду прекрасный рельефный торс.
Вспомнив о главном соревновании, Драгнил, обнаживший грудь своей супруги, вновь поскорее присоединился губами к ее губам, придерживая держательницу за голову и прижимая ее к себе за талию, словно боясь отпустить. Оттолкнувшись от мягкого матраса ногой, парень вновь обменялся привилегиями с женой. Теперь он тут главный, зато она может наслаждаться видом супруга снизу вверх. Хотя вряд ли ей дадут долго засматриваться, да и вряд ли ей захочется куда-то смотреть. Жадно не отпуская губы девушки, опасаясь, что она может вновь натворить чего-то, Нацу вновь принялся за работу. На этот раз его руки, уже не видя никаких препятствий, скользнули любимой под юбку, обхватывая кончиками пальцев ее трусики и медленно стягивая их вниз. Покраснев непонятно от чего, блондинка прогнулась так, чтобы парню было удобнее. Странная она. Столько уже всего между этими двумя было, столько всего неприличного друг с другом делали, даже детей нарожали, а она до сих пор краснеет, как маленькая девочка. Такая уж Люси.
Наконец, Нацу победно надолго вжал голову светловолосой в подушку, наслаждаясь крепким поцелуем и ее легким сопротивлением, которое было спало. Решившись доводить дело до конца самому, дракон всегда сделает только по-своему, спорить с ним, а уж тем более вступать в перепалки, особенно с помощью поцелуев - затея гиблая. Хотя именно благодаря этому-то их обоих сейчас ждет нечто вкусненькое в качестве призов.
Поджав припухшие и слегка побаливающие истерзанные губы, Люси довольно жмурилась от легких порхающим поцелуев, прошедших по ее шейке, ключицам, груди, опустившихся к соскам и завладевших одним из них. Мерно обдавая нежную кожу горячим дыханием, Саламандр с перерывами касался то одного, то другого соска, сжимая грудь девушки в своих руках и неустанно проверяя ее упругость, сжимая в теплых ладонях.
Тут взгляд блондинки упал на штаны юноши. Его мужское достоинство уже настойчиво хотело освободиться от мешающей ткани, так что девушка не преминула этой возможностью. Во время того, когда Драгнил вернулся к лицу супруги, чтобы еще немного “помучить” ее губы, заклинательница опустила руки к штанам парня и, легко проникнув под них руками, пару раз провела прохладными пальчиками по возбужденному органу. Саламандр от этого неожиданного действия вынужден был сделать глубокий вдох, чтобы слегка успокоиться, но окончательно прийти в себя парню вновь не позволили легкие, но заметные касания. Штаны Нацу медленно съехали вниз и, чуть не путаясь в ткани, он отбросил их в сторону с кровати.
Теперь им уже ничто не могло помешать. Взгляды слегка помутнелись, хотелось только продолжения, и чтобы никаких остановок, чтобы только движение, крепкие объятия, страстные поцелуи и преимущественно желание.
Не давая себе больше отсрочку, Драгнил исполнил то, чего желали они оба. Послышался тишайший стон, едва подернувший тишину, но тут же эхом повторившийся несколько раз подряд, медленно переходя в нечто более громкое. Уже не страшно, ничего не страшно, можно хоть орать на весь дом, но пока хочется издавать именно такие звуки: заводящие, приятные, не оглушающие, а именно слегка колющие слух и заставляющие еще сильнее возжелать друг друга.
Запах… По комнате разносится запах, не сравнимый ни с чем. Нельзя назвать его приятным или неприятным, но для этих двоих, не желающих отпускать друг друга, этот аромат идеален. Они наполняют им все легкие, с наслаждением выдыхая его же сквозь легкие постанывания. Зарывшись носом в светлые волосы любимой, разбросанные по подушке, дракон безостановочно вдыхает их запах, смешивая его с основным запахом комнаты. Она чиста, ее запах перемешан лишь легкими ароматами с его собственным и запахом его детей, все остальные уже давно выветрились, да и особо не приставали. У его женщины может быть только его запах.
Напрягая руки, согнутые в локтях, Нацу удерживается над девушкой, целуя ее сверху, а руками обхватывая грудь, которая словно всем своим видом показывает, что хочет, чтобы ее еще немного поласкали. Слушая приятные и едва различимые постанывания, розововолосый вновь склоняется к соскам, мимолетно успевая покусывать их и проводить по ним языком, словно желая и вовсе слизать их. Снова поцелуи, еще более жаркие, да еще и со стонами сквозь соединенные губы.
Прижимаясь к своей второй половинке, розововолосый с остервенением уже рвался вперед, жмурясь и стискивая зубы, едва успевая перекрывать губы девушки прежде, чем она успевала кричать. Все-таки, стоит еще сохранять относительную тишину, хотя она итак безвозвратно нарушена. Шорох беспощадно сминаемой простыни, сдавленное рычание, сквозь которое прорезывается голос, затем оно становится громче, сливаясь в унисон с женским голосом, и девушка практически без сил, отпускает своего супруга, который вскоре издает протяжный стон-полу вой, медленно останавливается, дыша через рот и закатывает глаза, словно пытаясь прочувствовать каждым нервом их соединение. Иногда это бывает слишком замечательно.
========== Глава 21. Уставшие. ==========
Ну вот, после небольшой “разгрузки” можно и провалиться в желанный сон ,правда ведь? А вот и нет! Только Нацу и Люси прикрыли глаза, желая наконец попасть в царство Морфея, как тишину в комнате беспощадно порвал крик и плач Наши. Проснулась девчонка. Драгнил тяжело вздохнул. Если он сейчас подойдет к дочери, она опять попытается отнять шарф. Да что с ней вообще такое? Чем ей так приглянулся этот шарфик? Это же такая важная вещь для огненного убийцы драконов, а его так неаккуратно берут и пытаются стащить! Вот же мелочь. Поймав себя на мысли, что он уже злится на собственную дочь, розововолосый тряхнул головой и посмотрел в сторону кроватки.
- Нацу, проверь, что там, - сонно попросила блондинка, мило утыкаясь носиком в край подушки. Ей сейчас как никогда хотелось спать, Саламандру удалось вымотать ее за один раз. Все-таки, в последнее время она какая-то вялая. Надо будет ее разогреть заново, чтобы все как в первый раз. Снова обнаружив, что он отвлекся от основной проблемы в виде плачущего ребенка, Нацу фыркнул и поднялся с кровати. Лениво, сонно, он кое-как натянул штаны, просто чтобы не ходить совсем уж раздетым, и подошел к кроваткам малышей. Как он и предполагал, проснулась действительно Наши, и, требуя к себе внимания, громко рыдала, не позволяя отдохнуть уставшим родителям.
- Ну чего ты? - поднимая дитя на руки, спросил парень, слабо улыбаясь. Девочка не успокаивалась, даже заметив драгоценный шарфик. Это было странно. Проверив пеленки и убедившись, что неприятных неожиданностей Наши не наделала, Саламандр решил, что она просто проголодалась. Ну а что, ребенок все-таки, аппетит у нее хороший, почему бы не захотеть есть прямо когда мама с папой хотели поспать, как нормальные люди. Ну, не совсем, конечно - нормальные спят ночью - но все же.