— Лив, — Крис зашел в комнату, а Андерсон резко повернулась. — Держи, — он подошел к ней и протянул полотенце со своей футболкой, замечая мурашки на ее коже. — Ты замерзла? Тебе надо в душ согреться.
— А если я знаю другой способ? — хитро протянула Андерсон, расстегивая молнию и давая платью упасть на пол. Она сделала шаг к парню, заглядывая в глаза и кладя руку на его шею. — Помоги мне согреться, — тихо протянула Оливия и закусила нижнюю губу. — Пожалуйста.
Крис откинул полотенце и вцепился в хрупкое тело Оливии, прижимая к себе и чувствуя, как ей холодно. Она крепко обняла его, страстно целуя в губы и ощущая прилив тепла, вызванный его руками. Джексон аккуратно наклонил Андерсон и положил на кровать, нависая сверху и продолжая целовать в губы. Один ее вид в полумраке в светлом нижнем белье разжег внутри него пожар, который невозможно было остановить. Крис хотел ее еще на заднем дворе, и пытался сдерживаться, но оказалось, что Оливия куда горячее и решительнее, чем он ожидал. Кто бы мог подумать, что в такой тихой и неприметной девочке прячется такая страсть и раскованность.
Опустившись на шею, Крис проложил дорожку из влажных поцелуев до мочки ее уха и посмотрел в блестящие от наслаждения глаза. Она тянулась к нему, не хотела глупых пауз и всячески заставляла его продолжить, но Крису нравилось дразнить ее. Джексон видел в ней сумасшедшее желание, чувствовал ее напор и то, чего ему так не хватало всю одинокую жизнь — любовь. Он читал ее в каждом движении, в каждом поцелуе и слове, отдаваясь полностью эмоциями и заставляя ее ощутить то же самое, что разгоралось внутри его холодного тела.
Прижавшись к губам Оливии, Крис ловко избавился от остатков их одежды и медленно вошел, заставляя девушку вцепиться в его спину и застыть. Дав ей немного времени привыкнуть к ощущениям, парень начал медленно наращивать темп, смотря в ее глаза и ощущая горячее дыхание у себя на шее. Она закусывала нижнюю губу и тянулась к его губам, издавая хриплые стоны и тяжелые вздохи. Джексон целовал каждую часть ее тело, желая продлить момент такой близости так долго, как только можно. Они скучали друг по другу, и сейчас прошедшие дни точно казались наказанием. Оливия впилась ногтями в его плечо и, закусив его нижнюю губу, довольно улыбнулась. Крис прижался губами к ее шее и, оставив след от поцелуя, ощутил, как ее тело начало слабо дрожать.
— Я хочу быть с тобой каждую чертову минуту, — шепотом протянул Джексон.
— Будь, — уверенно ответила Оливия. — Мне ничего не нужно, кроме этого.
Крис поцеловал ее в край губ и снова перешел к шее. Каждое его движение вызывало глухой стон, вырывающийся из ее рта вместе с тяжелым дыханием. Они понятия не имели, что так сильно приковывает их друг к другу, но им точно не хотелось останавливаться. Долго сражаясь за собственное счастье, Крис и Оливия, наконец, смогли стать друг другу теми, в ком больше всего нуждались.
Глава 30. Скрытая ненависть.
Самое лучшее утро.
Пожалуй, это лучшая формулировка для сегодняшнего начала дня. Ни привычное яркое солнце, ни хорошая погода, ни выходной — ничто не сможет сделать утро лучше, чем наличие рядом любимого человека. Испытав боль, потери, страдания и пройдя через столько неприятных ситуаций, Оливия, наконец, ощутила счастье. Спустя три недели одиночества Оливия поняла, что влюбленность, которую она начала испытывать к Крису, уже на заглушить. Ее начало безумно притягивать к тому, кто так бесцеремонно ворвался в ее жизнь и заставил почувствовать спокойствие, за которым она безутешно гналась несколько лет.
Крис проснулся первым. Повернув голову на соседнюю часть кровати, которая всегда была пуста, он увидел тихо сопящую Оливию. Внутри все сжалось от одного беззащитного вида этой девушки. Он до последнего не мог поверить, что все, что произошло вчера, было по-настоящему, а не иллюзией или пьяной фантазией. По телу пробежала волна приятной эйфории от давно забытых ощущений, а мысль о том, что было между ними прошлой ночью, опьяняла разум.