— Что тебе нужно? — сжав кулаки, спросила брюнетка. — Где мы?
— Далеко от города, в полной тишине наедине с природой, — Эдвин восторженно махнул руками и улыбнулся. — Прости, что все вышло так бесцеремонно, но у нас не осталось вариантов, кроме как поговорить с тобой, ведь с моей вечеринки ты сбежала…
— Вы хотите меня убить, я знаю, — она осмотрелась и вновь перевела взгляд на мужчину, а тот лишь кивнул.
— О, нет, милая Оливия, ты глубоко ошибаешься. Никто не хочет тебя убивать, пока что…
Внезапно она услышала шорох в стороне и, переведя взгляд, увидела Джексона, который начал дышать и двигать руками.
— Вот видишь, я же говорил, что с ним все будет нормально, — прошептал Эдвин.
— Крис, — крикнула Оливия, едва сдерживая слезы из-за страха и боли от клейкой ленты.
— Оливия, — он резко поднялся с пола и посмотрел на девушку. Он практически сорвался с места и поспешил к любимой, но два парня в темной одежде схватили его и опустили на колени, заломив руки. Крис еще не успел восстановить силы после серьезной травмы Джеймса, так что вырываться было глупой идей. — Лив, с тобой все хорошо?
— Отпустите его! — Андерсон начала дергаться.
— Успокойся! — крикнул Эдвин, давая брюнетке пощечину. Глаза парня буквально налились кровью и ненавистью. Он был готов разорвать всех за этот поступок, погрузив каждого в самые настоящие мучения.
— Тебе конец, Эдвин, — процедил сквозь зубы Джексон. — Я долгие годы терпел и ходил под всеми вашими правилами и законами, но отныне все твои установки не имеют никакого смысла. Ты сеешь хаос среди людей и таких, как мы.
— Насколько же ты влюбился в эту смертную девчонку, что готов нарушить наши законы, чтобы спасти ее? — мужчина сделал несколько шагов к парню и язвительно улыбнулся. — Ты действительно что-то чувствуешь к ней, или в тебе говорит обычная жажда? Я знаю, ее кровь такая сладкая…
— Пошел ты к черту, — буквально выплюнул брюнет.
— Что тебе нужно? — вмешалась Андерсон. — Я? Моя кровь? — Эдвин с интересом посмотрел на свою пленницу. — Я сделаю все, что ты хочешь, но только отпусти его.
— Что ты несешь, Оливия? — возмущенно протянул Джексон.
— Какая самоотверженность, — Эдвин присел перед девушкой и провел рукой по ее щеке. — Ты готова убить себя, чтобы спасти бессмертного монстра, доставляющего боль другим?
— Он не монстр, — уверенно сказала брюнетка.
— Как иронично, когда-то твоя мать говорила также…
— Что? Ты знал мою маму? Этого не может быть, нет. Она давно умерла!
— Ты столько не знаешь о своем прошлом, Оливия, — один из парней поставил стул рядом с девушкой, на который вальяжно сел Эдвин. — Мы так долго тебя искали, и, благодаря Крису, у нас получилось выйти на след дочери Клэр.
— Не смей о ней говорить! — сквозь зубы процедила брюнетка, сдерживая пелену слез на глазах. — Я не верю ни одному твоему слову.
— Я знала ее лично, — Эдвин провел рукой по волосам. — Ее кровь была такой же сладкой, как и твоя.
— Я никогда не поверю, что она была замешана в твои грязные игры. Не смей мешать ее имя с грязью, — рявкнула Оливия. — Она была искренней и честной. Она бы никогда не связалась с таким, как ты.
— Твоя мать была грязной лгуньей, — после слов девушки Эдвин буквально вскочил со стула и схватил Андерсон за горло, поднимая ее стеклянные и пустые глаза на себя. Крис глухо завыл, сжав кулаки, и начал пытаться вырваться из хватки двух хилых парней. — Она влезла в чужую игру и начала нарушать правила, в результате чего обрекла свою старшую дочь на вечные страдания, — с яростью в глазах рассказывал вампир, смотря, как по щеке девушки течет одинокая слеза. — Ты особенная, Оливия Андерсон, и ты это знаешь. Ты привлекаешь всех вампиров. Никто из нас не способен чувствовать что-то больше, чем влечение, вызванное твоим человеческим запахом, — он наклонился к брюнетке и провел носом по ее волосам. — Это просто что-то невероятно дурманящее и опьяняющее.
— Оливия, не слушай его! — крикнул Крис, дергая руками за спиной и превозмогая боль. — Он пытается играть на твоих чувствах.
— Я открываю ей глаза на реальность, — рявкнул Эдвин, коротко посмотрев на парня. — Ее мать виновата во всем, что начало происходить в ее жизни. Она не была такой невинной девушкой, какой выставляла себя в рассказах своим дочерям и горе мужу. Ее смерть не была случайно — Клэр поплатилась за то, во что ее втянули.