Брюнетка нервно сглотнула и, опустив глаза, села на стул рядом с Адамом. Она не решалась посмотреть на парней. Это был не стыд, а скорее растерянность и шок, от которого она не могла отойти.
— Будешь что-нибудь? — поинтересовался отец.
— Да, — она продолжала смотреть вниз. — Сок.
Переборов себя, Оливия сделала глубокий вдох и посмотрела на Криса, который буквально просверливал ее взгляд и пытался залезть в ее голову.
— Я думаю, нам стоит поговорить, — шепотом сказал Джексон, а Рик поставил перед дочкой стакан апельсинового сока и сел рядом. — Лив, можно тебя? — громко и уверенно сказал Крис, кивнув в сторону коридора.
— Я хочу поесть, — она вновь спрятала глаза, ощутив, как кулаки Криса инстинктивно сжались.
— Рик, — сказал Адам, а мужчина посмотрел на парня. — Ты резко почувствовал, что хочешь спать, и решил пойти в свою комнату. Завтра сложный день, тебе нужно отдохнуть, — он внимательно смотрел в глаза старого знакомого.
— Лив, я пойду отдыхать. Мне нужно подготовить проект, завтра сложный день, — Андерсон зевнул и, поцеловав дочку в щеку, пошел в спальню.
Оливия стиснула зубы и посмотрела на Адама.
— Ты не оставила нам выбора, — Дейхарт легко пожал плечами, а Крис вскочил со своего места и, схватив брюнетку за руку, потянул ее в спальню. Она не пыталась сопротивляться, но старалась выбиться из его хватки, которая становилась только крепче.
Буквально втолкнув ее в комнату, Джексон захлопнул дверь и посмотрел на нее так, словно она — его будущая жертва. Он старался успокоиться, чтобы не поддаться ложным эмоциям и не напугать ее. Разум требовал логики и объяснений, но ее поведение буквально вымораживало его из себя. Оливия стоял в нескольких шаг от парня и, сложив руки, бегала глазами по комнате.
— Объяснишь? — начал парень.
— Я не знаю, о чем ты, — она наигранно пожала плечами. — Это ты ворвался в мой дом вместе с Адамом и внушил моему отцу пойти спать. Если кто-то и должен требовать объяснений, то я.
— Может, прекратишь паясничать? — он сделал шаг к Оливии, а та от него. — Что, черт возьми, происходит? Ты игнорируешь мои звонки, но спокойно общаешься со своим отцом и говоришь о каких-то ссорах? Что ты себе напридумывала за два часа, пока меня не было?
— А ты не думал, что я просто не хочу тебя видеть? — она посмотрела на парня и, закатив глаза, повернулась к кровати, но Крис буквально сорвался с места, схватив ее, и прижал к стене. Он взял ее руки в крепкий замок над головой и посмотрел прямо в глаза, вызывая страх девушки и своего внутреннего монстра. Его голубые глаза вмиг стали красными, как у настоящего вампира. — Отпусти меня! Немедленно.
— Кажется, ты забываешь, кто я, — сказал Крис.
— Я тебя не боюсь, — глубоко дыша, сказал Оливия, а он ослабил хватку, давая ей опустить руки. — Уходи.
— Пока ты не объяснишь мне, что заставило тебя сбежать в объятия Остина, я не уйду.
— Ты всегда был со мной откровенен? — спросила Андерсон, заглянув в его глаза.
— Что? — возмущенно протянул тот. — Ты опять что-то придумала себе?
— Ответь на мой вопрос.
— Да, Лив, да. Что за вопрос? — взорвался тот. — Я всегда говорил тебе правду.
Она больно улыбнулась и, обойдя парня, достала из кармана шорт сложенную пополам бумажку. Нервно сглотнув, брюнетка протянула ее парню, а тот непонимающе посмотрел на нее.
— Что это? — спросил Крис.
— Просто посмотри, — выдохнула та, а он раскрыл клочок бумаги. Это был тот самый снимок, который практически вызвал истерику у Оливии — Крис страстно целовал блондинку, обнимая ее за талию. В одну секунду в его голове сложилась вся картина произошедшего. Оливия едва сдерживала слезы, стараясь глубоко дышать и гнать от себя плохие мысли. — Ты говорил, что никого не любил…
— Лив, — он попытался к ней подойти, но она вытянула руку и посмотрела на него сквозь пелену слезы.
— Почему? Почему ты не рассказывал мне о ней? — глухо спрашивала та. — Я верила тебе, Крис…
— Я не любил ее так, как тебя, — Крис смотрел в ее глаза, ощущая, как внутри что-то разрывается на мелкие кусочки. — Лив, это очень сложная и болезненная история. Я хотел тебе рассказать, но…
— Но передумал? — она посмотрел на него с болью в глазах. — Я рассказывала тебе все. Ты знала о моих страданиях по Марку, о моих настоящих чувствах, а сам…врал мне. Я верила тебе, думала, что наши чувства особенные, что заставила тебя поверить в любовь, а ты прятал фотографии со своей бывшей в шкафу, в вещах, которые ты носишь каждый день. Почему? Потому что скучаешь по ней?
— Нет. Нас давно ничего не связывает, — холодно отвечал Джексон. — Я нашел их в старых вещах и спрятал в тот день, когда ты пришла ко мне. Я не хотел, чтобы ты увидела их, — он пытался оправдываться. — Лив, послушай, эти фотографии ничего не значат для меня. Да, мы были вместе, но сейчас мне нужна ты, только ты, потому что я люблю тебя.