— Я привык, — Джексон засунул руки в карманы шорт и сделал несколько шагов к девушке. — Чувство любви гораздо сильнее чувства голода, но тебе этого не понять, да? Ты готова на все ради удовлетворения своего эго.
— И ты собрался ее обратить? — она хитро улыбнулась. — Она ведь также, как и я, рано или поздно, начнет стареть и умрет на твоих руках. Думаешь, люди будут нормально смотреть на молодого парня, который будет гулять под ручку со старушкой? — эти слова заставили его задуматься. Зная всю ничтожность сущности вампира, Джексон хотел сохранить человечность Оливии, но, в таком случае, их разлучит банальная смерть через пару десятков лет. — Она человек, Крис, — Эшли сделала несколько шагов и провела пальцем по его груди. — Ей нужен человек, который подарит ей семью, детей, свою жизнь, а не тот, кто убивает по ночам ни в чем невиновных людей. Ты не дашь ей этого, и ты это понимаешь.
— Мне плевать, — выдавил Крис, убирая руку девушки и улыбаясь краешком губ. — Оливия моя, и, если потребуется, я сделаю все, чтобы она осталась со мной.
— Как эгоистично, — Эшли закусила нижнюю губу.
— Мне кажется, тебе пора на выход, — вмешалась Миранда. — Давно понятно, что тебе здесь не рады.
— Посмотрите, мать Тереза проснулась, — Эшли перевела глаза на Миранду, а та победно улыбнулась и указала рукой в сторону коридора. — Надеюсь, тебя не надо провожать.
— Нет, потому что я еще вернусь. Не будем прощаться, — девушка театрально отправила воздушный поцелуй Смит и пошла на выход, встречаясь с взглядом Картера и хитро улыбаясь. Звук ее каблуков скрылся за входной дверью, а Миранда глухо провыла и пошла к холодильнику за вином, чтобы успокоить все то, что пробудила внутри эта дрянь.
— Она просто воплощение зла, — выдавила Смит. — Я не знала, что это обращение так повлияет на нее.
— Но ее появление было неожиданным, — усаживаясь в кресло, сказала Адам. — Я думаю, теперь Оливии нужно быть в два раза осторожнее. Эшли могла кого-то привести за собой, — Дейхарт перевел взгляд на друга. — Ты дозвонился до нее?
— Нет, — ответил Джексон и пошел на кухню, но в его руке резко завибрировал телефон. Это был входящий от Оливии.
— Лив? — выходя на задний двор и прикрывая дверь, сказал Джексон. — Я думал, я уже не дозвонюсь до тебя. Я хотел поговорить с тобой об Эшли.
— Крис, это Рик, — резко перебил Андерсон.
— Где Оливия? С ней все хорошо?
— Да, она неважно себя почувствовала и потеряла сознание у Кейт дома, но сейчас все хорошо. Она спит, — рассказывал мужчина. — Я передам ей, что ты звонил.
— Я приеду вечером, — заявил Крис, встречаясь со взглядом Картера, который вышел на задний двор к другу.
— Все хорошо, не стоит. Ей нужно отдохнуть и успокоиться. Лучше просто позвони, — с заботой и тревогой в голосе, сказал Рик.
— Хорошо, спасибо, — на выдохе сказал Крис и убрал телефон в карман, сжимая кулак и едва сдерживаясь, чтобы не убить Эшли и всех, кто портит им с Оливией жизнь.
— Что случилось? — спросил Картер.
— Оливия потеряла сознание у Кейт дома. Не знаю, с чем это связано, но явно не с чем-то хорошим, — Джексон провел рукой по волосам и повернулся к другу. — Ее отец попросил дать ей отдохнуть.
— Я уверен, она справится с чем угодно. Ты ведь это знаешь, — сказал Браун.
Вечер.
Едва за окном стемнело, Оливия начала приходить в себя. Открыв глаза, она испуганно осмотрелась по сторонам и начала вспомнить, что произошло. Ее голова неприятно пульсировала, а в глазах была странная пелена, как после долго сна. Мысли шли по кругу, пробуждая в памяти отрывки из разговора с мамой Кейт и эти жуткие новости о жертвах и студентах из ее университета.
Приподнявшись, Оливия взяла с тумбочки стакан воды и сделала пару глотков, ощущая неприятную боль в области желудка. Сутки без еды давали о себе знать самым неприятным образом. Проморгав и немного прийдя в нормальное состояние, Андерсон посмотрела на часы и за окно, а в комнату открылась дверь, и вошли Ария с папой.
— Лив, — протянула девушка, присаживаясь на кровать и обнимая сестру. Некогда непривычный порыв со стороны младшей сестры сейчас был лекарством для душевного покоя. Крепко обняв Арию, Оливия улыбнулась и прикрыла глаза, вновь ощущая ее внимание и любовь. — Я переживала за тебя.
— И я, — добавил отец, вызывая улыбку на губах дочери.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила Ария.
— Голова немного кружится, но все хорошо. Я рада видеть вас и быть дома, а не в больнице среди кучи врачей и больных, — Оливия улыбнулась краешком губ, а по комнате разнеслось урчание ее желудка.
— Давай я принесу тебе поесть? — предложила Андерсон младшая, кивая в сторону кухни. — Папа сделал вкусный ужин.